Страница 40 из 83
Кашлянув, Дэн прислушался, потом кивнул.
– Иди спать, Дари. Сегодня будет трудный день. Моя мать назначила тебе встречу на этот вечер. Перед этим тебе стоит набраться сил.
– А ты?
– Сегодня прибывает Офортос. Раньше, чем планировал. Боюсь, что это связано с тобой. Слухами земля полнится, – протянул он, помогая мне подняться с дивана. – Ничего не бойся. Ты всё ещё под защитой нашего клана. Моя мать, хоть и та ещё злюка, но справедлива. Она не станет тебя ни к чему принуждать.
«Хотелось бы в это верить», – скептически подумала я.
* * *
Я проснулась ровно в полдень и успела принять душ и перекусить остатками крови из холодильника, когда меня навестили Макс и Алина. Оба были взвинченными и крайне любопытными. Однако я не смогла утолить их любопытство, только рассказала об итоговом решении Потентата. На мой вопрос, где Грег и известно ли, что не так с жертвами неизвестного вампира, ребята также не смогли дать ответ. Грег мотается по городу, перепроверяет места преступлений, а Дарден отправил запрос в Конгрегацию, но охотники молчат. Из-за прибытия Офортоса все немного на взводе, так что преступления отходят на задний план.
Мне было и интересно, и страшно встретиться с вечным. Алина как-то сталкивалась с ним, когда была маленькая. Она сказала, что он показался ей жутким, но обаятельным.
«В нём есть какая-то магия. Завораживает одним своим присутствием. И это пугает», – сказала она, передёрнув плечами. – «Не хотелось бы оказаться у него на пути».
Ближе к вечеру меня оставили – Макс отправился на тренировки, а Алине позвонил Грег. Судя по выражению её лица, он что-то задумал. Но на мой аккуратный вопрос об их отношениях, девушка промолчала. Они скрывают свои отношения. И я не стала лезть дальше.
Около семи за мной пришёл зачарованный слуга, чтобы сопроводить на встречу с матриархом. А в поместье на полпути перехватил Дарден. Он уже виделся с Офортосом и это оставило неизгладимое впечатление.
– Будь осторожна, – прошептал он и его чёрные глаза будто вспыхнули белыми огнями. – Офортос почти сразу начал расспрашивать о тебе. И, кстати, Потентат не приехал в аэропорт его встретить. Что-то происходит, – протянул Дэн, останавливаясь у входа в кабинет матери.
– Как всегда. В самом эпицентре, – проворчала я, потирая ладони.
Дарден осторожно сжал мой локоть, а потом зашёл первым, прикрыв дверь. Через пару минут впустил внутрь, представляя меня своей матери.
Елизавета Соррент, как и все вампиры, выглядела не старше собственного сына. Лет тридцати, ухоженная женщина в строгом, деловом костюме тёмно-синего цвета, оттеняющего распущенные светлые волосы до плеч с идеально-прямым пробором. Как и у сына, её тёмно-карие глаза сильно выделялись на холёном лице, и, казалось, готовы препарировать как скальпелем любого вставшего перед ней.
Словом, она сразу мне не понравилась. Видимо, чувства были взаимны, настолько сузилось и без того угловатое лицо, когда она заметила, как близко стоит рядом со мной Дарден. Проведя рукой по волосам, она выжидательно уставилась на сына и тот, видимо что-то поняв по её взгляду, отступил в сторону.
– Спасибо, Дэн. Можешь идти, – её голос оказался неожиданно чувственным, хотя внешностью она напоминала ледяную скульптуру, такую же холодную и бесстрастную. – Я хочу говорить с дампиром наедине.
По интонации, по манере держаться, по тому, как спокойно она сидела, я поняла главное – у этой женщины нет слабостей. Она держит свой клан в ежовых рукавицах, она управляется с ним, как истинная Хозяйка. Железная леди. Но, как и у всякой сильной личности, у неё была одна слабость. И она только что покинула кабинет, оставляя меня с раздражённой вампиршей наедине.
– Как тебе мой сын, дампир? – сухо спросила она, жестом предлагая занять неудобный стул напротив. – Он сильно печётся о тебе. Проявляет излишнюю эмоциональность, несвойственную нашей семье.
– Он дважды спас мне жизнь, госпожа, – ответила я, присаживаясь. – Вы вырастили настоящего лидера. Даже Севастьян отступил перед ним.
Лесть не сработала, а только вызвала тонкий укол раздражения, выразившийся в едва заметном подёргивании ресниц. Она кивнула, чуть поджав губы.
– Да, мой сын идеальный наместник. И наследник, – сказала она, продолжая меня разглядывать, как через микроскоп. Отмечая и казённую одежду, и отсутствие косметики, составляя портрет девушки не из их высшего вампирского общества. – Сам распоряжается соррентийской печатью. Принимает решения. Командует моими вассалами, выполняя мою волю по своему желанию, – почти нараспев говорила она, внимательно следя за моей реакцией. – Он принял решение взять под крыло Соррент дампира, дочь предателя.
– И почему я не удивлена, – пробормотала я, стискивая края стула. – Вы отзываете защиту клана?
Женщина возмущённо фыркнула, гневливо уставившись на меня.
– Чтобы все решили, что клан Соррент не последователен? Что сердце клана не монолитно? Девочка, ты ничего не понимаешь в политике, – назидательно ответила она.
– В таком случае, какие условия вы намереваетесь поставить передо мной. Не думаю, что вы не способны обратить данное слово своего наместника, будь у вас такое желание. Соответственно, вам что-то нужно от меня, – ответила в тон, невозмутимо глядя на неё.
Я сидела прямая как палка, такая же твёрдая и жёсткая, как и она. Это возымело эффект.
– Узнаю Августа, – неожиданно улыбнулась вампирша. – Всё выдал. Впрочем, старики не умеют держать язык за зубами. Дарден сообщил, что Потентат дал тебе возможность самой определить свою судьбу. Удивительно, что с этими новостями он не явился на встречу с Офортосом. Лучший способ подарить тебе безопасность – это предоставить выбор из всех кланов.
Кажется мой ответ прозвучал вежливо, но уклончиво, ведь я не хотела раскрывать всё, что рассказал мне Август. Кажется, меня больше взволновал роскошный буфет с прозрачными стёклами, за которыми скрывалась коллекция стеклянных фигурок, среди которых, горделиво задрав подбородок, стоял благородный олень, так нужный Яну. Меня удивил его выбор, так как я решительно ничего в нём особенного не видела, что напрягало. Никому не понравится, когда его используют втёмную.
– Раз мы всё прояснили, хотелось бы услышать ваши предложения, – оторвавшись от статуэток, заявила я с холодной интонацией в голосе. – Что вы хотите за свою защиту и что готовы предложить взамен.
Мой тон не понравился Елизавете Соррент. Хозяева предпочитают видеть почтение, склонённые головы, уважение и даже раболепство. Но никак не вызов в голосе молодой девчонки, уже успевшей доставить столько проблем.
Я смотрела на неё и думала, кто же ты такая? Холёная Хозяйка в роскошном поместье среди призраков прошлого и туманных видений будущего. Твой дом пуст и холоден. Твой сын откровенно недолюбливает тебя, а твои вассалы боятся. Ради чего ты живёшь? Что двигает тобой, Хозяйка влиятельного клана, чьё сердце высечено из камня.
Я не вижу следов усталости, печали или сердечной боли. Но вижу идеальную маску, в которой ничего нельзя прочесть. Если ты видишь маску, а не человека, значит за ней прячется и боль, и усталость, и печаль.
В этом мой шанс. Но сначала я должна услышать из её уст, зачем она убила моих родителей.
– Твоей дерзости можно позавидовать, дампир, – колко сказала она. – Постарайся сдерживаться, иначе рискуешь остаться одна. Ни один Хозяин не потерпит непочтения.
Она замолчала, скрестив руки на столе, и выжидательно уставилась на меня. Мы могли бы сыграть в игру «кто кого переглядит», но Елизавета права. Я нуждалась в ней больше, чем она. Хоть и не по той причине, что вампирша думала.
– Простите, уважаемая госпожа, за мою речь. Не была приучена клонить голову перед Хозяевами, – смиренно ответила ей, хоть слова и прозвучали елейно-ядовито, совсем не соответствуя своему смыслу.
– И в кого ты такая? – фыркнула Елизавета, но чуть-чуть уголки её губ приподнялись, а глаза посветлели. – Я знаю, чего ты добиваешься, Дарья Волкова. Мечтаешь узнать, за что я приказала убить твоих родителей. Считаешь себя вправе требовать от меня эту информацию. Я тебя разочарую, как, в своё время, разочаровала и Августа, когда он пытался отменить мой приказ.