Страница 73 из 83
3.1.6 совершал над готовым текстом какие-то манипуляции, время от времени утоняя, верно ли он все делает. В свободные же моменты вращал между пальцев какую-то блестящую металлическую палочку.
Босой окинул кабинет взглядом. Аскетичностью рулевого здесь и не пахло. На стенах висели полки, заполненные множеством мелких предметов, каждый из которых имел короткое описание. Как в музее.
Шрифт на памятках использовался мелкий, но Босой легко прочитывал написанное даже у самых отдаленных экспонатах. На нижних полках 3.1.6 разложил кусочки минералов, добытых еще до вторжения земными кораблями на других планетах, спутниках и кометах Солнечной системы. Для каждого минерала указывались свойства и химический состав. Выше — ряд осколков, прилетевших откуда-то из космоса за пределами орбиты Нептуна. Некоторые из минералов хранились в вакуумных колбах.
Наверняка знатока бы восхитила эта коллекция. Босой же не понимал, зачастую, даже строчки химического состава. Но вот то, что было выше, он был готов изучать, не поднимая головы.
Это были артефакты гррахской цивилизации: обломки кораблей, детали оружия, пули, батарейки, куски тканей, украшения и множество бытовых мелочей, в чем-то схожих с человеческими. У некоторых предметов, особенно металлических, был указан химический состав. У других — только физические свойства. Возле тканей стояли лупы и рядом — прорисованный рисунок плетения. Кое-где имелись рукописные пометки. Видимо, хозяин кабинета продолжал исследования и время от времени записывал неожиданно пришедшие мысли.
Почетное место на стене за креслом 3.1.6 занимали целые устройства, рабочие, если верить надписям: генератор гравитационных волн, двигатель на углеводородном сырье, двигатель на гравитационных волнах, генератор электромагнитного поля, плазменный резак и два механизма, которые точно были оружием, но как они должны работать, Босой так и не понял.
Место, где должен был находиться плазменный резак, оказалось пустым, но судя по размеру сделанных специально для него опор, не сложно было догадаться, где он сейчас находится.
— Полюбопытствуете? — 3.1.6 проследил за взглядом гостя и, перегнувшись через стол, протянул ему палочку. — Пламя четыре сантиметра. Не прожгите себе ничего.
Он встал со своего места и подошел к ловчему.
— Вам необходим уровень доступа к секретной информации. Что-то вы знаете из материалов Гранитного. Что-то разболтал Существо 345.хх.хх. На всякий случай присвою вам уровень доступа ЛА-8–6. Запомните его и называйте при запросе.
— Вряд ли это нам понадобится. Мы здесь всего на сутки.
3.1.6 недоуменно поднял бровь, повернул к себе свободный монитор и на что-то нажал.
— Устаревшая информация. У вас, уважаемой Зои Романовны Погореловой и уважаемого Михаила Игнатьевича Кремнева стоит статус «Формирование миссии». Зоя Романовна Погорелова и Михаил Игнатьевич Кремнев остаются работать на базе. Вы же вполне можете взять с собой на задание уважаемую Эсмиру Наурисовну Джуваншкалиеву и уважаемого Табола, поделиться с ними наградными очками рейтинга, чтобы провести на Ладье время в соответствии с их количеством.
Босой покрутил в руках гррахский плазменный резак. С одной стороны у него располагалась кнопка. С другой — отверстие. Несмотря на размеры, устройство весило не меньше килограмма и изрядно оттягивало пальцы. Босой нажал на кнопку. Из отверстия вырвался язычок плазмы.
— Про Зою я понял. А с Михаилом Игнатьевичем-то что? Чего он знает такого, чего нет даже на вашей Ладье?
3.1.6 сделал странное движение пальцами, как будто что-то пропустил между пальцев. Видимо, обычно он почти не выпускал резак из рук и привык думать, покручивая его туда-сюда.
— Для этого я и присвоил вам уровень секретности, чтобы можно было рассказать. При проектировании сети убежищ мы слишком понадеялись на технологию распределенных вычислений. Настолько, что и данные хранили отдельно друг от друга. В какой-то мере это спасло нас. Когда гррахи открыли охоту на наши кабели, тоннели и базы, ни на одном сервере не хранилась полная информация о расположении всех наших объектов и о всех наших проектах. Это создало сложности врагу, но и нас подвело. Выводя из строя сервер за сервером, гррахи лишили нас некоторых важных частей баз данных. В конце концов, мы сообразили, что происходит и создали автономные хранилища без удаленного доступа. Чтобы докопаться до них, летающим тварям придется перекопать полпланеты, причем не только вширь, но и вглубь. Однако, некоторые данные было уже не восстановить. Например, почти весь блок информации о военной тактике и стратегии, о параметрах и эксплуатации большинства военных машин. У нас нет даже устава караульной службы. Уникальная же голова Михаила Игнатьевича Кремнева хранит все, что когда-либо видели его глаза. А глаза его видели так много, что только диву даешься.
Босой взглянул на Винника. Старик продолжал наговаривать одну из множества когда-то прочитанных книг по организации минных полей перед охраняемым объектом в условиях уменьшенной гравитации и скального грунта.
Не останавливаясь, он медленно закрыл и открыл глаза, показывая свое полное согласие с планом 3.1.6. Винник вообще выглядел счастливым, как никогда, и Босой даже немного позавидовал ему. С момента вторжения жизнь строителя Михаила Кремнева стала чередой кровопролитных схваток с судьбой, которые он с завидной периодичностью проигрывал. И с каждым проигрышем положение его становилось все хуже.
Он потерял жену. Сына. Человеческую сущность. Право распоряжаться собственной жизнью. Обманом притаскивая в Гранитный талантливых бойцов и людей-носителей нанитов, он лишил себя совести и морали, а вместе с ними и смысла прежней жизни. После гибели Гранитного он потерял вообще все, кроме трех друзей, каждый из которых был ему почти не знаком и каждый имел немало поводов люто его не любить.
И Босой, и Рина, и Зоя простили старика, вернули его в отряд и помогли получить освоить полную версию интерфейса, но вряд ли Михаил Кремнев в свое время мечтал к концу жизни оказаться на куриных правах в отряде самоуверенного молодняка.
И вот он нужен. И нужны его знания. И, наверное, никто из людей на всей планете не способен выполнить миссию, которую на него возлагают Создания. Каждый прожитый день, как теперь оказалось, был прожит не зря.
Винник поставил диктовку на паузу.
— Ты видел Зою и Рину, мой дорогой друг? Как у них дела?