Страница 68 из 83
— По мнению «Контиуума» вам стоит все оставшееся время нахождения в Ладье провести в нашей электронной библиотеке. Наиболее интересные вам разделы уже подобраны и сформированы в подборки. Вы можете получить доступ прямо отсюда, с ученического места. Но лучше пройти в специально оборудованную комнату. Однако, у нас к вам есть просьба, важная для нас и, мы надеемся, приятная для вас.
Пятьдесят шестая щелкнула пальцами.
С торца класса открылась ранее невидимая дверь, ведущая в комнату с диванами, небольшим столиком и настенным экраном.
Оттуда вошли две девушки, одетые только в кружевное белье: трусики-шорты, едва скрывающие то, что девушкам скрывать строго необходимо, и бюстгальтеры из тонкой полупрозрачной ткани.
Девушки призывно улыбались. В их глазах плескалось желание, игривое, хулиганское, как будто им предстояло не соблазнить впервые увиденного мужчину, а залезть в соседский огород, набрать за пазуху яблок и бежать, едва заслышав ругань хозяина и свист хворостины.
Босой смотрел в сторону, боясь, едва взглянув на их полуобнаженные фигурки, уже не суметь отвести взгляд.
Пятьдесят шестая вещала официальным тоном, словно не замечая плотоядных улыбок девушек и покрасневшего от возбуждения ловчего.
— Сбор семенного материала всегда являлся важной частью нашей миссии, особенно до вторжения. В последнее время мы почти не контактируем с людьми на поверхности, но до явления гррахов мы часто проводили измерения и тесты, и собирали семенной материал достойных. Банк, в который поступит ваше ДНК, станет базой для возрождения человечества на других планетах. В наши планы входит заселение сотен планет, и на каждой у вас будут жить миллионы потомков.
— Вы меня что, уговариваете? В этом нет необходимости. Я готов послужить человечеству. Но все же интересно, это тоже решил тест или через процедуру сбора пройдут все?
— Это решил тест, измерение параметров организма и анализ вашего поведения. Вы удивительно здоровы, несмотря на сложности жизни наверху, целеустремлены и при этом осторожны.
Босой невольно осмотрел себя. Ноги как ноги. Руки как руки. Ногти бы стоило давно постричь, а пятна на куртке напоминали о недавней неловкости во время ужина, когда человек, достойный с точки зрения Пятьдесят шестой внести свой геном в базу будущего возрождения человечества, опрокинул на себя тарелку горячего жирного супа.
Вслед за ним его подробно осмотрели и девушки. И судя по блеску в их глазах, увиденное им понравилось.
Пятьдесят шестая улыбнулась, прочитав мысли ловчего.
— Ваша самокритичность — одна из лучших рекомендаций. Может быть поэтому ваши результаты так хороши. Уверенный в своей правоте человек может достигнуть большего, но при этом гораздо чаще ошибается. Наше видение будущего предполагает существование в условиях, не приемлющих риска и ошибок.
Босой краем глаза заметил движение, невольно повернулся и увидел, что одна из девушек поправила упавшую с плеча лямку топика и, словно случайно, провела руками по груди, а потом по животу и бедрам. Вторая запустила пальчики за край трусиков и провела по кромке спереди, а потом сзади, расправляя, хотя они и так сидели на ней идеально ровно.
Босой почувствовал, что краснеет, хотя уже и не мог вспомнить, когда женское внимание вызывало у него смущение. Симпатии поселковых красавиц бывали и настырнее, и пошлее, но никогда и ни на ком, кроме Ирмы, он не видел столь изысканного белья, и никто не был также прекрасно сложен.
Опасение оправдалось. Отвести взгляд теперь не удавалось.
— Но почему так? Когда Существо 345.72.17 просил передать свое ДНК в ваш банк, он отдал нам всего несколько волосков.
По лицу Пятьдесят шестой пробежала тень грусти, но глаза ее по-прежнему озорно улыбались.
— Хм… Можно и так. Волосы — менее надежный способ хранения ДНК, но мы можем ограничиться и ими. Вот только, вы уверены, что хотите разочаровать двух этих прекрасных девушек?
Босой уже приготовился сделать шаг вперед, к влекущей процедуре сбора семенного материала, но через шум возбуждения в ушах вдруг донёсся сдавленный писк интуиции.
— Вот именно. — раздался из-за спины голос Рины. — Иди. Зачем разочаровывать девушек?
Босой резко развернулся, сразу всем корпусом, так, что едва не потерял равновесие.
Рина стояла в дверях, опершись плечом на косяк и скрестив на груди руки.
— Чего стесняешься? Смотри, они изнемогают.
Одна из собирательниц семенного материала, темненькая, прижалась к другой, блондинке, и гладила ее по руке. Обе они не сводили с будущего донора глаз.
Босой заставил себя на них не смотреть.
— А ты чего пришла? Ты же на стрельбище должна быть.
— Почувствовала, — голос ее сочился язвительным сарказмом, а глаза метали молнии, — что тебе понадобится добрый совет.
Босой невольно вспомнил, как Эсмира, дочь Карталя, выглядела на суде племени.
Рина редко бывала такой, не скрывающей свой силы, не сдерживавшей эмоции. В обычной жизни в каждой ее фразе, в решении и поступке сквозила неуверенность в когда-то сделанном выборе. Притворяясь то свободной охотницей, то верной спутницей Роя, то случайной попутчицей ловчего, внутренне она всегда оставалась принцессой Степных волков, воительницей, способной вести за собой две сотни мужчин, каждый из которых был бы горд за нее умереть.
И сколько бы она не мечтала о коротком белом платье, о любви и нежном муже, об уютном доме, детях и семейном счастье, стоило на горизонте замаячить опасности, как вперед выходила Эсмира. Та, которую вырастил Карталь, вождь современной Орды.
Только однажды Босой видел, как Рина сумела прогнать Эсмиру, заставила ее отступить — когда Ирма «купила» его на ночь в обмен на книгу Любавы.
— Я… — Босой не нашел слов.
Он почувствовал, что зубы Рины готовы сомкнуться на его шее, и желание объясняться резко пропало.
Девушка подняла бровь и развела губы в кровожадной ухмылке.
— Что — ты? Не станешь же ты их расстраивать? Разочарованная женщина — весьма опасное существо.
Пространство между ними от напряжения потрескивало электрическими искорками.
Пятьдесят шестая подняла руку, обращая на себя внимание.
— Прошу прощения, Эсмира Наурисовна Джуваншкалиева, но разве вы и Александр — пара? Насколько я помню, Табол сказал, что вы — его избранница? И разве вы не подтвердили это молчаливым согласием?
Рина даже не посмотрела в ее сторону.
— Не лезь в человеческие дела, Создание.