Страница 67 из 83
Руки старика уверенно и быстро порхали над экраном, словно выполняли привычную любимую работу.
Босой усмехнулся, но кивнул Зое: «Спасибо» — и отступил на шаг назад, взглянуть на экран девчонки.
Палочки на нем валялись кучкой в углу экрана. Посреди же красовались нарисованные собранные в букет ромашки. Она успела прорисовать все, вплоть до мелких прожилок на лепестках.
Улыбка на лице Босого расползлась от уха до уха.
Зоя снова закатила глаза и презрительно взмахнула рукой:
— Ой, все. Зануды, — и, вздернув подбородок, вернулась к своему столу.
С чертежами дело пошло быстрее, и одна из конструкций, логически законченная и от этого элегантная и красивая, мигнула, раздвоилась и одна из копий, уменьшившись, сместилась в появившуюся сбоку полосу. Сама же фигура раскрасилась в несколько цветов, каждый из которых включал в себя несколько взаимосвязанных элементов.
Сверху и снизу на появившейся сбоку полосе осталось еще с десяток пустых мест, и Босой продолжил работу.
Разобрав конструкцию на цветные составляющие элементы, он начал работать уже не с палочками, а с ними. Один за другим, он перебрал все возможные сочетания базовых элементов, так, чтобы типы соединений не дублировались.
И когда последнее место в боковой полоске оказалось заполненным, прямоугольник рабочего пространства приобрел «глубину». Теперь конструкции можно было собирать в трехмерном пространстве.
Рядом что-то звякнуло. Босой оторвался от экрана и увидел, что 56.1.7 опустила на край стола наполненный стакан, и только сейчас ловчий понял, как сильно хочет пить. Не оборачиваясь на девушку, он выпил. Вода имела сладковаты привкус и слегка бодрила.
В трехмерном пространстве каждый из цветных элементов, соединенный особым образом с такими же, как он, имел собственные стабильные свойства. Присоединенный же к другим, мог вести себя непредсказуемо: менял вес, способность к стабильному соединению, терял прочность или приобретал эластичность.
В попытках выяснить все возможные сочетания, Босой провел не меньше часа и в какой-то из моментов понял, что совершенно не понимает, куда двигаться дальше. Вверху экрана так и горело: «Соберите фигуру». Он же только трехмерных, разного состава, формы и свойств, сконструировал их несколько сотен, но так и не понял, существенно ли продвинулся к цели.
Он невольно огляделся. Ни за одним из столов никого не было. Только у входа стояла молчаливо сосредоточенная Пятьдесят шестая.
Босой посмотрел на часы. У монитора он стоял больше трех часов.
— Я что-то пропустил?
Пятьдесят шестая покачала головой.
— Каждый из нас идет по собственному пути. Ваши спутники проследовали в места, наиболее подходящие им по способностям, интересам и стремлениям.
Экраны еще горели. Босой прошелся мимо них. На мониторе Зои поблескивал капельками росы трехмерный фиолетовый цветок с крупными треугольными лепестками. Прорисован он был наспех, но с изрядной фантазией. Девчонка умудрилась откуда-то добыть несколько выпадающих сверху экрана панелей с разноцветной палитрой и инструментами, которые, видимо, помогали ей формировать детали. Например, те голубоватые полупрозрачные точки, что создавали видимость росинок.
Табол успел освоить только двухмерный мир палочек, но с их помощью он создал трехмерные модельки юрт и шатров Степных волков и расставил их в полноценный лагерь, с телегами и даже помостом для суда племени.
Совсем по-другому выглядела картинка у Винника. На его экране была открыта целая серия панелей для полноценного конструирования, и он умудрился успеть составить трехмерный чертеж части основного корпуса Гранитного, раскрашенный таким образом, что можно было разобрать, где в конструкции бетон, где металл, стекло или пластик.
Босой ткнул в одну из перегородок. При прикосновении отобразился разрез стены с прорисованной арматурной сеткой, указанием марки бетона и стали.
Пятьдесят шестая пояснила:
— Уважаемый Михаил Игнатьевич Кремнев, как оказалось, уже имел дело с программой «Континуум», что мы используем для профориентации, поэтому его успехи неудивительны. Он сразу открыл инженерную часть и, усложняя конструкции, получил доступ к интеллектуальному проектированию.
Босой кивнул.
— В прежней жизни он был строителем.
Пятьдесят шестая удивленно склонила голову набок.
— В прошлой?
— До вторжения.
— Это все объясняет.
Босой провел пальцами по экрану. Спроектированный кусок Гранитного поворачивался во все стороны, легко распадался на части и сводился в одно целое.
Самая простая картинка оказалась у Рины. По экрану разметало несколько звездочек с различным количеством лучей и что-то наподобие сложного прицела для снайперской винтовки.
— И где сейчас все?
Босой легко представил, как товарищи, не желая его отвлекать, гурьбой устремились в столовую и сейчас отирают рты от жира, разваливаются на подушках удобных диванов и посмеиваются, споря, сколько еще командир собирается собирать из палочек треугольники.
В животе заурчало.
— «Континуум» для каждого определяет способности, интересы и стремления. Ваши товарищи сейчас заняты делами, совпадающими с рассчитанными программой параметрами.
— Это как?
— Уважаемая Зоя Романовна Погорелова в комнате досуга создает рисованные образы. С ней находятся все свободные от работы склонные к творчеству Создания. Михаил Игнатьевич Кремнев у уважаемого Создание 3.1.6. Создание 3.1.6 отвечает за оборону и специальные операции. Знания Михаила Игнатьевича Кремнева могут пригодиться Ладье в обеспечении безопасности. Уважаемый Табол сейчас получает оперативную информацию о племени Степных Волков.
— А Рина?
— Стреляет на нашем виртуальном стрельбище. Уверена, что оно ей понравится.
Образ обожравшихся, лениво развалившихся на диванах друзей померк. Теперь Босой был уверен, что ни один из них не бросит предложенного «Континуумом» занятия даже ради обеда. Особенно Винник, которого хлебом не корми — дай поделиться своими бесконечными знаниями, хранимыми нанитами в голове с надежностью любого компьютера.
Царапнуло только одно: какой оперативной информацией могут обладать ладьевцы, да такой, что не была известна Таболу?
Узнать об этом можно было только у самого Волка.
— А я? Какие стремления у меня?