Страница 41 из 91
Но страх того, что налетчики начнут приводить в исполнение свои угрозы прямо сейчас, пересилил все сомнения, и Михин залепетал, что деньги хранятся у него в головном офисе, поэтому надо, дескать, позвонить, чтобы бухгалтер привез их. Но рэкетиры явно не поверили, поэтому из карманов Витька полетели на стол пустой бумажник, ручка, ворох визиток, связка ключей.
— А, вот и квартира, где деньги лежат! — опять радостно заржал главарь, указывая на металлический шкаф, стоящий в кабинете. — Открывай, сука, сейчас посмотрим, сколько там золотых прячет наш Бурати-ночка.
И снова: «Гы-гы-гы!» Михин, подталкиваемый бандитом, трясущимися руками открыл шкаф, но беспре-дельщики тати ничего не обнаружили, а только раскидали понапрасну груду разных бумаг. Неудача привела главаря в ярость. Он схватил Витюшу за лацкан пиджака и от души несколько раз вмазал ему по щекам, разбив заодно нос.
— Давай «бабки», в натуре, а то, бля, сейчас голову отшибу! — буравя маленькими глазками Михина, потребовал бандит.
— Да я… правда… здесь нет… я дам… позвонить… пожалуйста, проверьте сами, — как можно жалостливей залепетал Витек.
— Хорошо, сука, звони, — подумав, согласился главарь. — Только, если что — я тебя сам грохну. Понял? Полчаса тебе на все. Действуй…
Виталий Самуилович, конечно, все понял и, согласно закивав головой, стал судорожно набирать заветный номер. Бандит вырвал из рук Михина телефонную трубку и приложил ее к своему уху. После третьего гудка главарь услышал ответ абонента. Голос, напоминающий интонациями речь хорошо вышколенной секретарши, проворковал:
— Бухгалтерия. Здравствуйте. Слушаем вас…
Рэкетир сунул трубку в руку предпринимателя и прошипел:
— Говори. Только спокойно. А не то… — и сунул ему под нос здоровущий кулак.
Михин, обращаясь к абоненту, представился и попросил привести в его «офис» на Станичной улице три тысячи долларов. Дескать, срочно понадобилось расплатиться с поставщиками. «И, пожалуйста, постарайтесь уложиться в полчаса, а то людям уезжать надо». Бандит нажал на рычаг телефона:
— Все. Хватит базарить. А ты молодец, верно насчет трех «тонн» угадал. Поэтому пока живи. Сиди и жди… Не здесь! — пресек главарь попытку Витюши усесться в собственное кресло. — В шкаф полезай.
Растерявшийся Виталий Самуилович замешкался, но точный пинок визитера буквально втолкнул его толстую тушку в открытый металлический шкаф.
— Гы-гы-гы!.. Щас еще добавлю…
Михин, сжавшись в комок, с ужасом ожидал дальнейшего развития событий. Но бандиты, казалось, забыли про горе-коммерсанта и, рассевшись на креслах в кабинете, завели разговор о какой-то сауне с телками, которые ждут не дождутся, когда их оттрахают.
Виталий Самуилович, поняв, что, по крайней мере некоторое время, ему ничего не грозит, попытался сосредоточиться. В «бухгалтерию» ему пришлось звонить впервые, но он знал, что там хорошие специалисты. Даже порой слишком хорошие. Кажется, все, что требовалось, им уже сообщено.
«Как же наставлял “главбух”? — судорожно думал коммерсант, пытаясь сообразить, не забыл ли он чего. — Сумма денег — количество нападающих… Если в долларах — значит с оружием… О, Господи, надо же было сначала назвать сумму в рублях…»
Михин знал, что «Транскросс» имеет свою силовую защиту, но не представлял полностью размах детища Даутова и стоящих за ним лиц. Это только в дурных кинострашилках организованную преступность представляют в виде обвешанных цепями «быков» — тупоумных бандитов низового звена. На самом деле это явление гораздо сложнее, и ни «быки», ни их бригадиры не знают, что являются обычными марионетками, которых словно за ниточки по своему разумению дергают солидные дяди в белоснежных рубашках. Конечно, бывают и исключения, вроде тех трех «отморозков», что расположились в кабинете Витюши. Но такие долго не живут — сейчас не конец восьмидесятых, когда чуть ли не любой более-менее накачанный штангист мог объявить себя «крышей» и безнаказанно собирать дань с ближайших коробейников-кооператоров. Все районы и целые сферы бизнеса давным-давно поделены, а наказание за нарушение «территориальности» жестоко и неотвратимо.
Дяди в белых рубашках сами не совершают преступлений и ни с каким криминалом дело не имеют. Они чинно заседают в парламенте, руководят солидными фирмами, ведут внешне добропорядочный образ жизни, делая деньги, которые Михину и не снились.
Так же и сам «Транскросс», хотя казался самостоятельной фирмой, но действовал в составе огромной эскадры всяких фирм и фирмочек, обеспечивающих непотопляемость московского флагмана. И флагманом этой суперэскадры был, конечно, не питерский «Транскросс», а кто-то из «беловоротничковых», обеспечивающих с ее помощью свое безбедное существование. Флагманам не надо было читать лекции где-нибудь за бугром, получая сотни тысяч долларов гонорара — такие проделки только для отмыва денег различных эшелонов исполнительной власти. Не надо было и оправдываться перед судом, что, дескать, ремонтировал квартиру за свои «кровные», заработанные собственным трудом пятьсот-шестьсот миллионов рублей, как какой-нибудь очередной честный депутат. «Беловоротничковые» сами платили гонорары, кому надо, и давали указание «подшефным» об организации ремонтов. Они же незаметно управляли и фирмами-производителями, и страхующими их компаниями, и банками, координируя единую, нужную только избранным политику. Одним из примеров этой политики была спекуляция с долларами весной-летом 1993 года, в которой принимал участие покойный Даутов. Если же возникали проблемы в подведомственных хозяйствах — под рукой всегда были и опытные юристы, и аудиторы, и менты-оборотни, и «карманные» депутаты.
«Криминальными делами в Думе никто не занимается. Там другого уровня люди», — говаривал некогда Анатолию Семеновичу один из народных избранников, имеющих влияние на «Транскросс»…
Действительно, зачем заниматься криминалом, когда можно пролоббировать нужный закон, уговорить кого-нибудь в исполнительной власти подарить, скажем, десяток тысяч ваучеров какому-нибудь ЧИФу в обмен на обещание при возможности помочь пенсионерам. Зато на эти ваучеры ЧИФ — чековый инвестиционный фонд — сможет скупить несколько перспективных предприятий, выгодно сыграть на аукционе, а затем продать все приобретенное через подставные фирмы истинным вершителям политики.
Примерно таким образом с помощью фирмы-однодневки и связей в Фонде госсобственности Даутову удалось выиграть некогда конкурс по приобретению здоровенного пакета акций «Транскросса».
Всего этого мелкий ловчила Михин не знал. Теперь же ему предстояло воочию убедиться, что существуют силы, способные реально обеспечить безопасность любого человека, только бы в нем была в данный момент хоть как-то заинтересована фирма…
В конторке нависла душная угрожающая тишина, которую прерывал только тихий разговор рэкетиров. Они закончили обмен мнениями относительно «телок» и теперь обсуждали, когда же следует «замочить этого сморчка» — сразу, или подождав еще минут несколько, когда принесут обещанные три тысячи баксов? А вдруг его удастся расколоть на такую же дополнительную сумму?
Дрожащий Витюша только успел запоздало испуганно взвизгнуть, когда через мгновенно выбитую дверь в комнату ввалились несколько человек в камуфляжных костюмах и в масках, а оконные стекла жалобно тренькнули от ткнувшихся через них стволов автоматов.
Рэкетиры не успели даже привстать со своих мест. Вся троица уже лежала на полу, когда один (видимо, самый исполнительный) из парней в масках удосужился довесить и без того не шевелящемуся главарю бандитов контрольный удар между лопаток. Послышался хруст. Бандит в последний раз дернулся и затих.
— Оставь, здесь не Тузла, — также лениво остановил его другой «бухгалтер». — С этими еще говорить придется.
— Сомневаюсь, — ответил первый, но все же отошел на шаг от своего «клиента». — А кто тут потерпевший, ты?..
Михин лишь суетливо затряс головой.
Он также молча сидел в своем шкафу, затравленно глядя, как выносили из помещения туши еще недавно страшных рэкетиров. Потом в комнату вошел солидный мужчина в галстуке и деловито направился к Витюше: