Страница 79 из 123
Глава 24
Навь встретила нас с Лексатронам привычной дымкой, в которой отражения скал и деревьев повторяли себя реальных, как тени повторяют то, что их отбрасывает. А вот сам переход вышел не таким простым, как мне бы хотелось. Драконы — существа магические, но по всей видимости волшебство в них очень сильно завязано на физические тела. В принципе я догадывался об этом, ведь даже там, где маг создаёт огонь заклинанием, а шаман призывает силу духа пламени, с которым имеет договор, дракон просто выдыхает струю огня из пасти. Так что просто взять шагнуть в навь, как я когда-то услышав слова Старого Йара о его голосе и бубне, Лексатронам не смогла. Она погрузилась в медитацию, которую освоила, но сделать маленький шажок своей души за пределы тела у неё всё не получалось. Оттого в ней снова начинали играть эмоции, что сбивало концентрацию и делало всё ещё сложнее. Замкнутый круг.
В общем мне пришлось напрячься и помочь ей. Я конечно не Древняя лысая бой-баба, которая в одном супергеройском фильме вышвырнула душонку из зелёного великана небрежным движением руки. Имей я такую силу, можно было бы вообще довольно просто решить очень многие проблемы, а фраза «вышибить дух одним ударом» заиграла бы совсем новыми красками. Но однако чуть-чуть потянуть душу девушки на себя в навь у меня получилось, а дальше она протиснулась уже сама, почувствовав направление для движения. Наверно для неё это было что-то сродни умению двигать ушами для человека, когда достаточно лишь раз сократить нужные мышцы, а потом всё получается как что-то естественное, вроде сгибания пальцев.
— Уф, наконец-то — выдохнула девушка, оказавшись в изнанке тварного мира. Если в реальности она была или драконицей или напоминала эльфийку с обсидианово-чёрной кожей и волосами, то сейчас рядом со мной стоял некий гибрид. Лексатронам имела почти мой мост, внушительную и полную зубов пасть ящеролюда, стояла на двух когтистых лапах и слегка помахивала кончиком хвоста, видимо от волнения.
Я покосился на Гектора, который согласно и басовито мырлыкнул, чувствуя мои мысли. Вид Лексатронам уж больно напоминал наше с ним слияние, когда я уже не был великаном, ещё не стал огромной рысью, но однако обзавёлся когтями, кисточками на ушах и хвостом на заднице. Это поднимало новые вопросы о природе драконов. В нави наши облики отражение нашей внутренней сути, возможно две ипостаси повелителей неба в яви это следствие какой-то их изначальной гибридной природы. Но откуда им таким тогда взяться? Нет, я конечно верю в некоторую возможность скрещивания разных видов при участии магии, в конце концов кентавро-пауки тому вполне реальное доказательство, а рептилии, к которым по идее относятся драконы и теплокровные гуманоиды, к которым принадлежит малая форма моей знакомой, несколько ближе стоят на поле эволюции, чем млекопитающие и паукообразные. Но породить устойчивый и могучий магический вид с множеством подвидов… Тут кому-то пришлось сильно заморочится. Какие-то боги постарались? Маги ставили над ящерами эксперименты? Или и на ящерах и на себе? Хм, пожалуй Изначальный-то как раз должен знать точно, только вот нет у меня никакой уверенности, что он прочтёт мне лекцию о происхождении драконов. Скорее уж есть уверенность в обратном.
— Как себя чувствуешь? — спросил я у Лексатронам, которая задумчиво рассматривала свою пятипалую когтистую руку с шипом на локте.
— На удивление комфортно — задумчиво ответила она, переступив с ноги на ногу для проверки равновесия — Хотя странно. Я как отъевшийся до гигантских размеров наг-воин с нижними лапами.
— Как бы там ни было, такова твоя внутренняя суть. Возможно теперь ты даже научишься становиться такой в яви — хмыкнул я — Не забыла зачем мы здесь?
— Такое забудешь — буркнула Лексатронам.
— Ну и славно. Дай мне руку.
Чешуйчатая девушка подчинилась и вложила свою ладонь в мою. Гектор занял привычное место в моей душе и я сам приобрёл хищные черты, а не только золотисто-огненные жгуты крыльев. А потом мы шагнули в сторону вотчины Изначального.
Авалий мне говорил, среди магов бытует мнение, что наш мир срединный. А кроме него есть так называемые нижние миры, где обитают демоны и соответственно вершние, где живут небожители. Мой опыт говорил о другом. В нави нет привычных в тварном мире направлений, они в моём восприятии скорее были привычкой разума и не более того. Нет там и верха с низом. Но вот глубина пожалуй имеется. И как известно чем дальше в лес, тем толще партизаны. Как не трудно догадаться вотчина Изначального была довольно глубоко, а кроме него рядом обитало не мало крупных рыб. Ну, насколько понятие «рядом» вообще применимо для нави. Собственно в этом была основная трудность с первым попаданием к Отцу всех стай, не зная дороги, она же конечный пункт назначения, её очень вредно для здоровья пытаться проложить на ощупь. Самого могут так пощупать, что уже никуда не пойдёшь. Причём не особо важно светлые ли или тёмные, могущественные сущности незваных гостей почему-то не любят.
Однако я четко помнил образ красно-ржавой равнины и её хозяина, к которому делал долгий шаг, а потому был спокоен. И чертовски сильно удивился попытке напасть на нас с ученицей в пути. Первым неладное почувствовал звериным чутьём на опасность Гектор, к его предостережениям я настолько привык прислушиваться, что реакция стала рефлексом. А потому удар злого духа был встречен мной ударом огненных крыльев, чье жгуты пронзили пространство, как иглы. И встретили крепкую броню, когти и клыки.
Вид моего противника был необычен, я привык к спрутам и чернильным кляксам злых духов, которых встречал раньше, а вот настоящее аморфное переплетение чешуи, пастей и конечностей с острыми наростами встретилось мне впервые. Но одно про злых духов я знал чётко. Бой с ними это всегда схватка не только мастерства, но воли и эмоций. У кого она твёрже и кто горит жаждой победы сильнее, тот обычно и побеждает. И у врага с этим всё похоже было очень неплохо, потому что меня с ученицей он стал сдвигать, накалываясь на острия жгутов, которые вязли в его плоти.
— Не дай себя схватить — крикнул я Лексатронам, которая была несколько ошеломлена нападением. Последнее было паршивым, для боя шаману нужен правильный настрой, а не растерянность ученика, впервые оказавшегося в нави.