Страница 59 из 123
Наше ожидание закончилось на седьмой день, видимо дальше мариновать нас посчитали излишним. Почти сразу после обеда наши скромные персоны почтил своим вниманием огромный пернатый змей с странной металлической конструкцией, закрывающей лоб и часть шеи. Та состояла из нескольких подвижных и перекрывающих друг друга сегментов, а ещё явственно фонила магией. Дисциплинированные и организованные драконы в моём мозгу почти мгновенно были повышены до драконов, которые догадались использовать доспехи и магические артефакты, не надеясь на одни лишь свои высокие природные данные. В ушах почти прозвучало сакральное «Юнит промоутэд» с тяжёлым русским акцентом из старого доброго Рэд Алерта. И даже не важно какая именно магия вложена в странную конструкцию, пусть даже это элементарное уменьшение веса. Хотя от столь интересных летающих змеев я конечно ждал чего-то не столь тривиального.
Сам же дракон сделал над островом ленивый круг почёта, а затем опустился рядом со своим меньшим сородичем, что продолжал лежать на вершине скалы, лишь подняв голову, а затем опустив её к земле максимально низко. Вероятно это было приветствием и знаком покорности, в конце концов змеи, прежде чем атаковать, как раз поднимают башку, держа подбородок прижатым к камням ни на кого особо не кинешься. Посмотрев в глаза нашему охраннику и возможно пообщавшись с ним телепатически, новый гость перевёл взгляд на нас и заговорил:
— Итак, вы сказали моим детям, что несёте слово Изначального — услышали мы в своих головах — Что именно он желал сообщить?
— Приветствуя — вежливо склонил голову я, проигнорировав тот факт, что местный большой бвана с нами не поздоровался и не представился — Изначальный желает сообщить, что в наш дом готовятся вторгнуться демоны, которые уже убили нескольких драконов в иных мирах. Он бы хотел, чтобы все стаи выступили вместе с армиями бескрылых и отбили у них желание соваться сюда.
— И что же это за демоны, которые сумели прикончить кого-то из наших родичей? Видел ли кто-то из вас хоть одного из них? — задал новые вопросы крылатый змей, в чьём голосе сейчас явственно слышалась насмешка.
— Да — кивнул я — Двое встретились мне на пути, после убийства первого Изначальный огласил мне свою волю, второго мы убили вместе с моим спутником и людьми Вольной марки. Белая и чёрная стаи вняли моим словам и согласились отбить нападение на наш мир сообща.
— Хаа-хаа — раздался мелодичный, но протяжный и басовитый смех в моей голове, а дракон слегка обнажил клыки в чём-то напоминающем улыбку — Подумать только до чего опустились Громдаридан и М’ерг’денканда. Жалкие слизняки, которых способны убивать даже бескрылые ничтожества едва сунули нос на земли рядом с ними, а они уже готовы дрожать от страха настолько, чтоб сбиться в толпу. Как бараны, что увидели вдалеке волка. И внемлют словам феникса.
— Опасность ненадуманна — возразил я — Да, сейчас здесь лишь шпионы, чья задача подготовить приход своих владык. Но они уже наверняка вполне в состоянии померятся силами с повелителями небес. Особенно если смогут измотать их армиями своих рабов.
— И всё же столь слабое существо, как ты, тот кто не в состоянии ничем угрожать даже моим младшим детям, убил одного из этих шпионов. Не так ли, маленький феникс? — снова усмехнулся Котланти — Это говорит о демонах, обративших внимание на наш мир, более чем красноречиво. К тому же пришли они в земли людей, опасаясь совать свой нос в мои владения. А потому у меня нет причин переживать. Если же они слегка ослабят этих паникующих вырожденцев, то плакать я не буду.
От накатившей злости мне пришлось сцепить зубы, иначе был риск, что я чем-то выдам своё состояние. Это было бы нежелательно. Но долбанный змей, чтоб его, действовал на нервы, не слукавил патриарх чёрных драконов. Опасность незначительна, нам ничего не грозит, объединившиеся стаи слабаки и паникёры, а он тут один единственный д’Артаньян среди лиц нетрадиционной сексуальной ориентации, с#ка! И слово Изначального ему не указ. И демоны слабаки. И у него у самого есть армии бескрылых нагов, чтоб занять массовку, если к нему всё таки припрутся, что не было высказано в слух, но похоже подразумевалось. И мы слабаки, что-то между забавными зверьками и пылью бытия, которой лапы не охота осквернять.
— Значит ли это, что если я одержу верх над одним из твоих детей, то мои слова обретут больший вес? — предпринял я ещё одну попытку достучатся до пафосного дракона, которого даже другие пафосные драконы, в лице Громдаридана, считают несносным. Всё таки у повелителей неба в чести культ силы, может хоть так что-то получится. Вежливость-то явно никакого эффекта не даёт.
— Смело, маленький феникс. Но глупо — слегка склонил голову на бок крылатый змей — Однако согласится на схватку клыков, когтей и огня — это твой выбор. Яцпутл, убей его.
Произнесено это было так буднично, что я даже не сразу сообразил самый вероятный результат данного приказа, а потому расправил огненные крылья и взмыл свечкой вверх от струи пламени в последний момент. Хорошо, что Лестар и Лексатронам стояли достаточно далеко, плохо, что Котланти очень неприятно сформулировал название поединка. Схватка клыков и когтей как бы подразумевает, что использовать будут именно их, а не тяжёлые и острые железки. Не хочу знать, как тут будет выглядеть дисквалификация за нарушение правил боя, наверняка очень паршиво. Чтобы главный змей сказал после схватки, что я выиграл неправильно и мои слова вообще теперь ничего не стоят, тоже не хочу. Значит нужно показать, что мои клыки и когти опасны и для драконов. Ну и огненные плевки.
Как раз пламенем я симметрично и ответил оппоненту, который тоже взмыл в воздух и решил издать рёв, но вынужден был захлопнуть клыкастую пасть и почти увернулся от «снаряда», отделавшись подпалиной на оперении. Это сделало врага злее, но по большому счёту было хорошо. Эмоции — плохой советчик, негативные эмоции особенно. И именно на этом и был сейчас построен мой расчёт. Этот Яцпутл был куда как крупнее Лексатронам, а значит вероятнее всего старше, опытнее и опаснее. Следовательно если он будет действовать хладнокровно и не допускать грубых ошибок, то скорее всего таки грохнет меня, исполнив приказ предка, который бросился исполнять с таким рвением.