Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 99 из 263

Глава 6. Часть 3.

Когда повозка достигла поместья Гу, Тао Мо в спешке слез с неё, кратко обрисовал сложившуюся ситуацию, попросил привратника принести короб с едой и отправить другой экипаж к подножью горы Луншань, чтобы забрать оттуда Гу Шэ. Потом подумал немного и, побоявшись, что они не смогут найти нужное место и вынудят Гу Шэ напрасно томиться в ожидании, отослал крестьянина, правившего телегой, ехать вместе с экипажем, а сам «на своих двоих» побежал в уездную управу.

Служащие управы даже не признали его поначалу, посчитав, что прибежал какой-то пострадавший. И только с трудом кое-как разобравшись, что это глава уезда собственной персоной, подняли на ноги советника Цзиня и Хао Гоцзы.

— Молодой господин, вы столкнулись в горах с разбойниками? — с тревогой спросил Хао Гоцзы, поражённо разглядывая сильно перепачканного Тао Мо.

— На сто ли вокруг уезда Таньян мир и покой, в горах нет никаких разбойников, — неторопливо произнёс советник Цзинь.

— Разбойников нет, но есть вор, укравший экипаж, — утерев лицо, торопливо изложил Тао Мо. Боясь упустить время и промедлить с преследованием, он потащил советника Цзиня к воротам, давая объяснения прямо на ходу.

— Поместье Гу достаточно богато, чтобы даже не заметить потерю одного экипажа. Зачем господину браться за это дело? — нахмурившись спросил советник Цзинь. Деревня Сантоу находится в полной глуши, там обычно совершенно безлюдно, а незнакомцев вообще не бывает. А те из жителей уезда, кто приезжал в деревню по делам, должны были сразу узнавать экипаж поместья Гу и ни за что бы не посмели тронуть его. В конце концов, эта дорога ведёт только в уездный центр, а оказаться в городе, значит самому загнать себя в ловушку, без малейшего шанса ускользнуть. Зато с другой стороны деревни есть ущелье, и спрятать там экипаж на три-пять или даже семь дней не составит никакого труда.

— Раз уж это случилось в уезде Таньян, это определенно касается меня, — ответил Тао Мо.

Советник Цзинь уже давно привык к его характеру и без особых раздумий сказал:

— В таком случае господину следует отправить служащих управы, чтобы поспрашивали в городе, а потом пусть пойдут осмотрятся в деревне Сантоу и выяснят, остались ли какие улики, — такой большой экипаж будет привлекать внимание повсюду, где появится.

— Я так и собирался, — кивнул Тао Мо.

Увидев, что сказать-то он сказал, но с места так и не сдвинулся, советник Цзинь, покачав головой, отправился искать Цуй Цзюна.

Заметив вдруг, что они так долго разговаривали, а Му Чунь до сих пор ещё не вышел, Тао Мо озадаченно спросил:

— А где советник Му?

— А! Советник Му ушёл сегодня рано утром, — ответил Хао Гоцзы, — Сказал, что у его господина появилось срочное дело, поэтому должен был уйти без промедления. Сначала он хотел лично попрощаться с молодым господином, но не ожидал, что молодой господин уедет на прогулку с Гу Шэ. Он действительно не мог больше ждать, поэтому ему пришлось передать сообщение через меня. Да, ещё он сказал, что очень скоро вернётся Лао Тао, велел передать, что молодому господину не стоит беспокоиться.

— Он не сказал, он ещё вернётся? — Тао Мо было очень жаль расставаться.

— Нет, этого он не сказал. Но раз у него есть господин, то, скорее всего, в будущем ему придётся выполнять его поручения, так что, боюсь, ему будет непросто найти свободное время.

Тао Мо кивнул, сделал глубокий вдох и вслед за тем, улыбнувшись, произнёс:

— Лао Тао возвращается, нам нужно поскорее починить крышу. Ни в коем случае нельзя допустить, чтобы он тоже поселился в поместье Гу, — заговорив о поместье Гу и неизбежно вспомнив Гу Шэ, он снова тихонько вздохнул.

— Молодой господин не спросит об И Юе? — поинтересовался Хао Гоцзы.

Пока он не упомянул о нём, Тао Мо вообще можно сказать забыл о его переезде.

— Он уже устроился? — поспешил спросить он.

— Советник Му собирался перед уходом устроить его в гостинице, но молодой господин И Юй сказал, что уже сам нашёл себе дом, и как раз сегодня планирует туда переселиться. Эй! А с чего бы такое совпадение? Я думаю, он купил дом уже давно, просто не хотел съезжать из уездной управы, вот и всё.

После того как Тао Мо услышал, что ему есть куда переехать, у него не осталось ни сил, ни желания вникать, жил ли он до этого в уездной управе по какой-то другой причине или ему действительно было некуда податься, поэтому сказал:

— Я пойду помоюсь. Если у советника Цзиня будут новости, немедленно дай мне знать.

Хао Гоцзы пообещал, что сразу сообщит, и пошёл позаботиться о том, чтобы он поскорее смог помыться.

Тао Мо вернулся в свою комнату, дыра в крыше была точь-в-точь того же размера, что и прежде, а со свистом врывавшийся через широченное отверстие ветер был настолько резким и холодным, что вгонял в дрожь.

Бронзовое зеркало прямо напротив отражало его жалкий вид. Волосы спутались словно птичье гнездо, а лицо и тело были перепачканы настолько, что казалось, как будто он только что птичье гнездо разворошил. Неудивительно, что никто из служащих у ворот уездной управы даже не смог его узнать. Неужели Гу Шэ игнорировал его, потому что брезговал, что он был слишком грязным? Но если он чурался его из-за того, что он был грязным, в таком случае он должен был воротить нос и раньше, ещё на склоне горы перед павильоном Мо Дао. Тогда почему он сказал ему в тот раз так много слов?

Он смотрел на себя в зеркало и чесал голову, но не имел ни малейшего понятия в чём дело.

Пока он так размышлял, слуга принёс горячую воду.

Он лёг в бочку для купания, потерявшись в мыслях, и рассеянно смотрел на свои покрасневшие от горячей воды бёдра, а его пальцы безотчётно водили по ним. А когда пришёл в себя, то обнаружил, что линии, которые он чертил, складывались в слова: гу, сянь, чжи.

Гу Сяньчжи.

Сяньчжи.

Он откинул голову назад и прислонился к краю бочки, что-то неосознанно бормоча, а в его голове невольно всплыл образ Гу Шэ – его лицо в тот момент, когда он улыбнулся. Его настроение постепенно улучшилось, и следом он почувствовал, как на него волнами накатывает сонливость.

При том, что он прекрасно понимал, что сейчас не время дремать, его веки помимо воли становились всё тяжелее и тяжелее, и он даже не заметил, как Хао Гоцзы толкнул дверь и зашёл внутрь.

— Молодой господин, — тихо позвал Хао Гоцзы.

Веки Тао Мо дрогнули, но так и не открылись.

Хао Гоцзы смотрел на его уставшее лицо и колебался, будить ли его. Ему было безразлично, найдётся или нет экипаж Гу Шэ, но он боялся, что Тао Мо простудится в воде.

Через некоторое время Тао Мо сам открыл глаза и, увидев нерешительное выражение лица Хао Гоцзы, тут же быстро взбодрившись, спросил:

— Ну что там? Есть новости?

— Служащие как раз сейчас ведут поиски в городе, пока что нет никаких новостей, — покачал головой Хао Гоцзы.

— А из поместья Гу новости есть? — снова спросил Тао Мо.

— В это время экипаж, наверное, ещё только выехал из поместья Гу, откуда новостям взяться так быстро? — ответил Хао Гоцзы, — А может молодому господину стоит вернуться в поместье и подождать там, или же просто немного отдохнуть? — он и правда не мог спокойно смотреть на его измождённое лицо.

Уголки рта Тао Мо слегка шевельнулись, но в итоге он всё же покачал головой и сказал:

— Давай сегодня вечером останемся ночевать в уездной управе.

Хао Гоцзы остро почувствовал, что между Тао Мо и Гу Шэ точно что-то произошло. Может, это из-за пропавшего экипажа?

— Молодой господин Гу расстроен потерей экипажа? — осторожно поинтересовался он.

Тао Мо немного наклонил голову, а затем, отрицательно покачав головой, произнёс: