Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 90 из 263

— Да ему уже столько мужчин преподносили горы золота и серебра за его порядочность, что если бы он был порядочным, давно бы уже повесился, — когда Хао Гоцзы думал о нём, с его языка не могло сорваться ни одного доброго слова.

— А какое он имеет отношение к твоему господину? — покосился на него Гу Сяоцзя.

— А ты чего лезешь не в свои дела? — нахмурился Хао Гоцзы.

— Если ты всё чётко не объяснишь, как я тогда смогу пойти с тобой, чтобы выставить его отсюда, а? — скрестил руки на груди Гу Сяоцзя.

— Ты хочешь пойти со мной, чтобы выставить его?

— Если ты расскажешь мне правду, я приму это во внимание.

— Тьфу! Я сам пойду, — Хао Гоцзы развернулся и пошёл прочь.

Гу Сяоцзя немедленно последовал за ним. Такой шанс поглазеть на представление никак нельзя было упускать.

А тем временем у И Юя уже возникло нехорошее предчувствие, пока он, стоя в дверях, бесконечно долго ждал и никак не мог дождаться возвращения привратника. И сейчас, увидев подходящего с грозным видом Хао Гоцзы вместе с ещё одним неизвестным ему молодым человеком, сразу понял, что предчувствие его не обмануло, и в тот же момент скрыл все явные проявления чувств, бесстрастно наблюдая за их приближением.

— Мой молодой господин уже отдыхает, тебе лучше уйти, — произнёс Хао Гоцзы.

— Да ну? Уже отдыхает? — притворился удивлённым Гу Сяоцзя, — А я только что видел, как он играл в ци с моим молодым господином!

— Зачем ты говоришь это так прямо? Совсем не боишься расстроить человека? — вместо того чтобы разозлиться, улыбнувшись произнёс Хао Гоцзы.

Гу Сяоцзя сперва опешил и почти сразу же топнул ногой с досады, когда до него дошло в чём дело:

— Ты, ты... Что за вздор ты несёшь?

Хао Гоцзы обнял его за шею и расплывшись в улыбке весело произнёс:

— Всё равно мы скоро будем одной семьёй, зачем ты до сих пор это скрываешь?

— Кто это будет с тобой одной семьёй? Мой молодой господин потрясающе красив и исключительно талантлив, в Поднебесной больше нет никого, кто бы мог сравниться с ним...

— Так именно поэтому мой молодой господин и увлечён настолько, что не отходит от него ни на шаг и мечтает лишь о том, чтобы всё время быть вместе! — перебил его Хао Гоцзы.

Гу Сяоцзя, едва не задохнувшись от крепкого захвата, изо всех сил ударил Хао Гоцзы локтем в грудь.

— Раз он так удивительно талантлив и несравненно красив, может быть тогда ему не стоит выпроваживать гостей, даже не пустив на порог? — не меняя выражения лица, произнёс И Юй.

Гу Сяоцзя внезапно освободился и резко оттолкнул Хао Гоцзы, поправил воротник и тяжело дыша произнёс:

— Нет. Разумеется, нет! Прошу сюда!

Хао Гоцзы с ненавистью уставился на него.

Гу Сяоцзя ответил ему презрительным взглядом.

По пути Хао Гоцзы отчаянно пытался переубедить Гу Сяоцзя, кланяясь на ходу со сложенными перед собой руками, но Гу Сяоцзя был в такой ярости, что не обращал на него никакого внимания и без лишних разговоров широкими шагами нёсся вперёд.

И Юй в полном молчании рассматривал раскинувшийся вокруг пейзаж. Он побывал в достаточно большом количестве богатых домов, но такой изысканный сад ему доводилось видеть нечасто. Похоже, этот Гу Шэ и правда был настолько невероятным, как о нём говорили.

Приблизившись к главному залу, они сразу услышали чеканный звук касания камня о доску, звонкий и чёткий, выдающий твёрдое и лаконичное движение руки игрока.

— Этот ход сделал мой молодой господин, — заявил Гу Сяоцзя.

Хао Гоцзы прямо взвился от злости и ответил на его слова ледяной усмешкой:

— Да у тебя реально собачьи глаза, раз ты отсюда это разглядел!

— Это лучше, чем твои свиные уши против ветра, — не остался в долгу Гу Сяоцзя, — Мой молодой господин никогда не медлит при игре в ци, в отличие от твоего, который вечно копается, запинается и мямлит.

— Ты...

— Молодой господин, пришёл молодой господин И Юй, — неожиданно громко объявил Гу Сяоцзя.

Тао Мо вздрогнул и вместе с Гу Шэ обернулся на звук.

[184] 金镶玉裹 [jīn xiāng yù guǒ] – «инкрустировано золотом и обёрнуто нефритом» – метафора роскошной жизни.

[185] 千里送鹅毛,礼轻情意重 [qiān lǐ sòng é máo, lǐ qīng qíngyì zhòng] – «За тысячу ли прислали лебединое пёрышко: лёгок подарок, да дорого внимание».

[186] 定海神针 [dìnghǎi shénzhēn] – «волшебная игла, повелевающая морем» – одно из названий волшебного посоха Сунь Укуна: 金箍棒 [jīngūbàng] – «посох с золотыми обручами» – оружие, используемое Царём Обезьян в романе «Путешествие на Запад».