Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 78 из 263

Чем больше Гу Сяоцзя слушал, тем больше ощущал, что ситуация развивается как-то неправильно, и он поспешил объяснить:

— Его вчерашняя одежда до смерти провоняла. Я забрал её постирать.

— Ах, провоняла. Вот как! — глядя на Гу Шэ многозначительно улыбнулся Му Чунь.

— Запашок действительно был, и я полагаю, что с крыши он тоже ещё до сих пор не выветрился, — холодно ответил Гу Шэ.

Му Чунь сделал вид, что не понимает.

— Да? Запах распространился аж до самой крыши? Тогда это был действительно сильный «аромат».

Тао Мо, услышав, как сначала один из них произнёс «вонь», потом другой сказал «запашок», не знал куда деться от стыда и вымолвил, запинаясь:

— Я больше никогда не буду пить.

— Господин, ну зачем же так ограничивать себя? — с улыбкой отозвался Му Чунь, — Питье вина – одно из величайших удовольствий в жизни. Разве ты не слышал, что даже в Небесном дворце есть драгоценный «нефритовый нектар»? [165] Значит, даже став бессмертным и отказавшись от своих страстей и желаний, ты не сможешь отказаться от этого «божественного напитка».

— Но употребление алкоголя также имеет множество недостатков, — возразил Тао Мо, — Так, например, алкоголь может приводить к... распутству? — из-за того, что он был не совсем уверен, правильно ли он выразился, он произнёс последнее слово очень тихо. Но такая интонация, достигнув чужих ушей, приобрела совсем иной оттенок.

— Почему господин это сказал? — поинтересовался Му Чунь, — Неужели прошлой ночью ты... что-то сделал? — его слова были адресованы Тао Мо, но его глаза смотрели на Гу Шэ.

Гу Сяоцзя застонал в глубине души и подумал про себя: «Ну вот, ну вот, это действительно «ловушка с красоткой»!»

— И что такого, по мнению сюн Му, он мог сделать? — с невозмутимым видом спросил Гу Шэ.

— Разумеется, лучше всего, если ничего, — Му Чунь знал, когда нужно остановиться.

Слушая их непринуждённую беседу, Тао Мо постоянно ощущал, что в их словах есть какой-то скрытый смысл, но как назло так и не смог его уловить. Увидев, что и Гу Шэ, и Му Чунь оба улыбаются и молчат, он взял инициативу на себя и спросил:

— А как вы узнали, что я в поместье Гу?

— Мы искали господина всю ночь и чуть не перевернули вверх дном два уезда, — не моргнув глазом ответил Му Чунь, — В итоге, именно Хао Гоцзы пришло в голову, что у господина дружеские отношения с молодым господином Гу, поэтому мы и пришли в поместье Гу.

— Я так виноват, что заставил вас бегать всю ночь, — сгорая от стыда, произнёс Тао Мо.

В этот момент даже Гу Сяоцзя, который обычно не слишком ему симпатизировал, и то немного посочувствовал ему. «Его продали, а он ещё деньги помогает пересчитывать» – вот это как раз про него.

Му Чунь сухо откашлялся.

— Вообще-то, я пришёл сегодня, чтобы попросить молодого господина Гу ещё об одном одолжении.

— Говори, — произнёс Гу Шэ.

— Уездная управа готовится к ремонту...

Му Чунь был только на середине фразы, когда его прервал Тао Мо:

— Всё было в полном порядке, зачем вдруг понадобился ремонт?

Хао Гоцзы было горько об этом говорить:

— Молодой господин, твоя комната сегодня обрушилась без всякой видимой причины.

— Что? — округлил глаза Тао Мо.

Гу Сяоцзя уставился на Му Чуня. Хотя у него не было никаких оснований так думать, но он просто нутром чуял, что Му Чунь явно имеет к этому какое-то отношение.

— Обрушилась не только твоя комната, в комнате Лао Тао и в нескольких гостевых кровля тоже повреждена, — добавил Хао Гоцзы.

— Как такое могло произойти? — обалдел Тао Мо.

— Это... — Хао Гоцзы посмотрел на Му Чуня, — Советник Му сказал, что, возможно, кто-то, планируя воровство, наведался в уездную управу посреди ночи, чтобы изучить обстановку, и к несчастью, проломил крышу.

Гу Сяоцзя фыркнул, рассмеявшись.

Хао Гоцзы бросил на него гневный взгляд. Он ещё и злорадствует, когда тут такое.

Гу Сяоцзя сам понимал, что вышел за рамки приличия, и поспешил исправить положение.

— Я просто подумал, что этот вор должен быть толстым, как свинья. А как иначе он смог проломить крышу? — сказал он, бросая косые взгляды на Му Чуня.

Му Чунь был невозмутимо спокоен. «Изучать обстановку, планируя воровство»? Зачем ему заниматься подобными пустяками самому? И какое ему дело, если кто-то другой толст, как свинья? Ему надо было только убедиться, что этот человек выполнил приказ, вот и всё.

— Насколько велик ущерб? Сколько времени займёт ремонт? — спросил Тао Мо.

— Это можно узнать, только спросив мастера, — ответил Му Чунь.

У Тао Мо был опечаленный вид. Уездная управа – не его частная собственность, но сейчас она находится под его управлением, и не имеет значения, по какой причине произошёл инцидент, было это стихийное бедствие или дело рук человека, ему в любом случае не избежать ответственности.

Му Чунь закончил объяснение и обратился к Гу Шэ:

— Уездная управа столкнулась с трудностями, и мы хотели бы попросить молодого господина Гу протянуть нам руку помощи.

— Ты же здесь не для сбора средств? — удивлённо спросил Гу Сяоцзя.

Подобное не редкость в других уездах, где чиновники всегда найдут способ под различными предлогами выудить у местных богачей деньги на «пожертвования», чтобы положить их в свой карман. Но это уезд Таньян, место, где любой адвокат одним плевком может «утопить и похоронить» главу уезда. Здесь никто не осмелится на такое, если только у него не медяки вместо мозгов. Раз уж на то пошло, эти адвокаты ничего другого и не умеют, но что касается подачи исков, то почти каждый попадает в цель!

— Разумеется, нет, — с улыбкой отозвался Му Чунь, — Ремонт уездной управы – забота владельца. Какое это имеет отношение к молодому господину Гу?

— Тогда какой помощи ты ждёшь от молодого господина? — спросил Гу Сяоцзя.

— Я хочу попросить молодого господина Гу на время приютить моего господина у себя, — медленно произнёс Му Чунь.

— Что? — первым подпрыгнул Гу Сяоцзя.

— Ни за что! — Хао Гоцзы – вторым.

Но Гу Шэ и Тао Мо, два человека, которых это непосредственно касалось, наоборот, сохраняли полное спокойствие.

Гу Шэ глубоко задумался, а Тао Мо... только выглядел спокойным, но на самом деле его разум уже давно был сметён лавиной противоречивых чувств – волнения, надежды, смущения, беспокойства... делавших его лицо неспособным выразить хоть что-нибудь.

Хао Гоцзы крайне недовольно посмотрел на Му Чуня.

— Может нам лучше снять дом на время или пойти в гостиницу? — спросил он, — Нехорошо... беспокоить молодого господина Гу.

Гу Сяоцзя редко когда был с ним согласен, но тут сразу же присоединился к его словам:

— Верно, верно. В уезде Таньян огромное количество гостиниц. Я охотно помогу тебе подыскать одну.

Му Чунь посмотрел на Гу Шэ и улыбаясь произнёс:

— Молодой господин Гу, разумеется, знает, что у меня на уме.

— Я не знаю, что у тебя на уме, — ответил Гу Шэ.

Му Чунь слегка удивился.

— Но я знаю твою отговорку, — медленно продолжил Гу Шэ.

— Неужели?

— Ты не хочешь шумихи по поводу разрушения уездной управы, — сказал Гу Шэ.

— Мой господин только недавно занял свою должность. Если поползут слухи, это безусловно нанесёт ущерб его репутации, — уточнил Му Чунь.

— Но я не могу найти ни одной причины, чтобы согласиться на это — ответил Гу Шэ.

— А задумывался ли вообще молодой господин Гу, почему прошлой ночью захотел оставить у себя моего господина? — вдруг понизив голос спросил Му Чунь. Если бы не вчерашний совершенно неожиданный поступок Гу Шэ, он бы тоже не стал измышлять такой способ «вытащить горячую картошку из огня».