Страница 25 из 263
Глава 2. Часть 3.
В этот момент наставник Ичуй и советник Цзинь втайне восхитились про себя: «Сильно!»
На посторонний взгляд, слова Тао Мо были совершенно неожиданными. В конце концов, даже если бы их с Гу Шэ связывала крепкая дружба, но как ни крути, разве он мог принять за него решение о самом важном событии в жизни? Но если вдуматься, возможно это вовсе не означало, что он воспринимает Гу Шэ как близкого друга, которому даже решил одной фразой доверить свою жизнь. К тому же Гу Шэ – лучший ученик наставника Ичуя, была ли эта молодая госпожа Тун лучше или хуже, чем о ней говорят, но поручить это дело ему – тоже часть испытания.
Если хорошо подумать, такая, казалось бы, случайная фраза на самом деле имела различные преимущества: и не обидел госпожу Ичуй отказом, и не согласился без колебаний, проявив легкомысленность.
В отличие от них госпожа Ичуй размышляла не так много, она тотчас обратила свой чарующий взор на Гу Шэ. Тем не менее, её истинные помыслы были понятны без слов.
Гу Шэ повернул голову, и увидев полные ожидания четыре пары глаз, равнодушно сказал:
— Можно подумать.
Тао Мо опешил, явно ожидая, что он вежливо откажется вместо него, и не смог скрыть выражение некоторого разочарования на лице.
— Не слушайте чепуху, которую болтает Шэ'эр, — быстро сказала госпожа Ичуй, — Он всегда такой, оставляет немного пространства для манёвра в своих словах. У моей племянницы редкостные внешность и характер. Если бы не выдающаяся личность господина Тао, я бы до сих пор ещё не пожелала протянуть эту нить.
Разумеется, её слова могли одурачить только такого новичка в этих местах как Тао Мо. А здешние старожилы, такие как советник Цзинь, уже давно были наслышаны о «цветастой биографии» её племянницы. И то, что она назвала «нежеланием», было, пожалуй, нежеланием другой стороны.
Первоначально Тао Мо рассчитывал отказаться под предлогом соблюдения траура, но хорошенько подумав, он вспомнил слова Лао Тао о том, что это обстоятельство нельзя предавать огласке. Чувствуя беспокойство в глубине души, он уклончиво сказал:
— Это не срочно.
— Как это может быть не срочно? На один день промедлите с женитьбой – на один день меньше удовольствия подводить брови [61], — сказала госпожа Ичуй, — Лучше для начала оставьте Ваш гороскоп по дню рождения, я передам его в храм для совмещения. Если сочетание благоприятное, можете присылать подарки невесте.
[61] В период династии Хань правитель столичного округа Чжан Чан с супругой были очень любящей парой. Каждый день он подводил брови своей жене, к тому же его мастерство было чрезвычайно велико — подведённые брови были несравненной красоты. Правивший в то время император Сюань, узнав об этом, вызвал их к себе на аудиенцию и утвердил их отношения в качестве эталона взаимной супружеской любви.
Тао Мо ошарашенно застыл, «распахнув глаза и разинув рот». Интересно каким образом это дело неожиданно дошло до помолвки?
Советник Цзинь, увидев своего начальника застывшим на месте как истукан, в конце концов не вытерпел и вмешался в разговор:
— Сейчас как раз окончание года, к тому же господин только недавно занял свой пост, и в уездной управе полно разных дел. Боюсь, что пока совсем нет свободного времени. Не лучше ли дождаться следующего года и повторно рассмотреть этот вопрос, когда «повеет весной, расцветут цветы и защебечут птицы»?
— Какие такие дела в уездной управе? — уставилась на мужа госпожа Ичуй, — Ты снова строил какие-то козни тайком?
Почём было знать наставнику Ичую, что он, попивая чай, хлебнёт заодно и огня?
— Мудрейшая супруга, этот муж последние несколько дней находился рядом с тобой, день за днём преданно следуя по пятам. Откуда у меня было свободное время идти в уездную управу заниматься делами в суде? — заискивающе улыбаясь, быстро ответил он.
— Ты-то был паинькой, но кто знает, что вытворяли твои ученики, — с холодной усмешкой парировала госпожа Ичуй.
Наставник Ичуй бросил взгляд на Гу Шэ, безучастно сидящего рядом с таким видом, как будто его это не касается.
— Я не знаю, что вытворяли мои ученики, — произнёс наставник Ичуй, — Но к счастью, здесь есть один, спроси у него сама.
Госпожа Ичуй обратила свой пристальный взор на Гу Шэ.
Гу Шэ ещё не успел ответить, а Тао Мо уже опередил его, сказав:
— Он никогда не приходил, чтобы строить козни.
— Я знаю, что он не приходил, — отозвалась госпожа Ичуй, — Всем известно, что он не появляется в суде. Только не смотрите на его честное лицо, на самом деле у него полно дурных мыслей в голове.
Советник Цзинь едва не прыснул чаем изо рта. Это у Гу Шэ честное лицо?
Наставник Ичуй, удачно отведя от себя гневную стихию [62], вздохнул с облегчением и подпел супруге:
— Да, да, да. Мне до него далеко.
[62] 祸水 [huòshuǐ] – «губительная вода» – женская стихия, которая зальёт мужскую – огонь = беды, невзгоды.
— Это потому, что вы оба слишком долго «плескались» [63] вместе, — сказала госпожа Ичуй.
Наставник Ичуй натянуто рассмеялся.
Гу Шэ наконец открыл рот и произнёс:
— Землепашец пашет землю. Охотник охотится на зверей. Скандалист [64] расплёскивает воду. А как назвать жену скандалиста?
— Ты посмел назвать меня скандалисткой? [65] — возмутилась госпожа Ичуй.
[63] 泼 [pō] – у слова два значения: глагол «обливать, плескать, разбрызгивать» и прилагательное «сварливый, скандальный, надоедливый, вредный».
[64] 泼夫 [pōfū] – сварливый мужчина, скандалист.
[65] 泼妇 [pōfù] – сварливая женщина, скандалистка.
— Я этого не говорил, — сказал Гу Шэ.
— Он правда не говорил, — шёпотом поддакнул Тао Мо.
— Скажи что-нибудь! — уставилась на мужа госпожа Ичуй.
— Это всё моя вина, это я «расплескал слишком много воды» и впутал свою супругу, — тотчас попросил прощения наставник Ичуй.
Настроение госпожи Ичуй снова улучшилось, она повеселела, обернулась к Тао Мо, протянула палец и ткнула ему в лоб:
— Будь с ним поосторожнее. Если ты ещё больше сблизишься с Шэ'эр, то не успеешь и глазом моргнуть, как он тебя похитит.
— Если он и правда захочет меня похитить, то я позволю ему меня похитить, — глуповато улыбаясь, ответил Тао Мо.
Госпожа Ичуй лишилась дара речи от его глупого вида.
Наставник Ичуй, бросил на него глубокомысленный взгляд и сказал, обратившись к Гу Шэ:
— Не так просто быть по достоинству оценённым главой уезда. Тебе нельзя не оправдать такого доверия.
— Почему учитель придаёт такое большое значение словам «оправдать доверие»? — равнодушно спросил Гу Шэ.
Госпожа Ичуй тотчас строго взглянула на него.
Наставник Ичуй бросил на него свирепый взгляд и торопливо продемонстрировал госпоже Ичуй самую восторженную улыбку:
— Супруга моя, солнце немного склонилось, не лучше ли нам вернуться в дом?
Госпожа Ичуй, не желая уходить, посмотрела на Тао Мо:
— Мы всё ещё не знаем, придёт ли господин Тао в следующий раз.
Наставник Ичуй тотчас бросил на него убийственный взгляд!
— Я приду, обязательно приду, — был вынужден сказать Тао Мо.
— В таком случае, после Праздника фонарей [66] я с почтением ожидаю Ваше превосходительство у себя дома, — с довольным видом ответила госпожа Ичуй.
[66] 元宵节 [yuánxiāojié] – Праздник фонарей, отмечается 15-го числа 1-го месяца по лунному календарю и знаменует собой окончание традиционного китайского Нового года.
Тао Мо смотрел, как она прильнула к наставнику Ичую, когда они медленно уходили вдвоём, но не мог даже выдавить улыбку.