Страница 110 из 263
Глава 6. Часть 8.
Тао Мо было слегка тесновато внутри экипажа. Его обычное место сейчас занимал Сан Сяоту, так что он мог сидеть только вплотную к Гу Шэ.
Гу Шэ закрыл глаза и выглядел немного сонным.
Тао Мо заворожённо смотрел на его профиль, и его сердце билось как гром.
И только когда Сан Сяоту очень тихим голосом произнёс: «Господин, приехали», он вдруг вспомнил, что в экипаже был ещё третий человек, и тотчас покраснел, осознав, что всё это время сидел с видом влюблённого идиота, и даже не представлял как много он только что позволил ему «подсмотреть». Он отозвался, запинаясь на каждом слове, и поднялся с места, собираясь выходить, но обернувшись увидел, что Гу Шэ уже проснулся и смотрит на него обжигающим взглядом.
— Может быть молодой господин Гу хочет зайти посидеть в уездной управе? — пригласил он.
— Как-нибудь в другой раз, — ответил Гу Шэ.
Сан Сяоту опустил занавеску, оставив снаружи разочарованный взгляд Тао Мо.
Тао Мо посмотрел, как экипаж, мерно постукивая, медленно исчезает в конце улицы, растворяясь в утренней прохладе, потом развернулся и пошёл в уездную управу.
— Сегодня Гу Шэ появился действительно кстати, — следуя позади него, произнёс Хао Гоцзы. При мысли о надоедливой назойливости Пэн Сяна он тотчас почувствовал дурноту.
Тао Мо резко остановился и расстроенно произнёс:
— Я забыл его поблагодарить.
— Ещё не поздно будет поблагодарить, когда мы вернёмся. Всё равно мы теперь живём под одной крышей, — напомнил Хао Гоцзы.
— Кто с кем живёт под одной крышей? — раздался поблизости глубокий серьёзный голос человека, перенёсшего множество житейских бурь.
Хао Гоцзы, вздрогнув, поднял голову и воскликнул:
— Лао Тао!
Лао Тао не спеша подошёл к Тао Мо и, поприветствовав его поклоном, произнёс:
— Молодой господин.
У Тао Мо загорелись глаза, и он обеими руками вцепился в его руку:
— Как же здорово, что ты благополучно вернулся!
— Я всю дорогу беспокоился о молодом господине и, не позволяя себе промедлить, днём и ночью без остановок мчался назад, — отозвался Лао Тао.
— Лао Тао, как ты смог всё это выдержать в таком возрасте? — удивился Хао Гоцзы.
— Спешка в дороге – это пустяки! А вот из-за этой продуваемой насквозь крыши я чуть до смерти не замёрз, — на самом деле Лао Тао с первого взгляда понял, что черепица на крыше была разбита человеком, который использовал для этого внутреннюю силу, а тот, кто додумался сотворить такую сумасбродную глупость и вообразил, что сможет скрыть это от него, был не кто иной, как Дуаньму Хуэйчунь.
Разве мог Тао Мо догадаться о чём-то подобном? Он решил, что Лао Тао и правда пострадал от холода, и сильно разволновался из-за этого:
— Я немедленно пошлю за врачом! Нужно, чтобы он тебя осмотрел!
— Это вовсе не обязательно. У меня по-прежнему отменное здоровье, — отмахнулся Лао Тао.
Но Тао Мо даже слушать не стал и не мешкая велел Хао Гоцзы пойти отправить кого-нибудь за врачом.
Лао Тао не смог его переубедить и просто позволил поступить по-своему.
— Как твой прежний господин? В порядке? — спросил Тао Мо.
Лао Тао молча кивнул, а долгое время спустя, произнёс:
— С самого начала это была моя вина, это именно я подвёл его. Удивительно, что он совершенно не затаил обиды, а позволил мне жить и идти своим путём, наслаждаясь оставшимися годами.
— Позволил тебе жить? — Тао Мо вздрогнул от испуга.
Осознав, что проговорился, Лао Тао поспешил исправить свою оплошность:
— Я хотел сказать, что он не стал связывать меня подписанным когда-то договором и отпустил обратно к молодому господину.
Тао Мо был очень тронут услышанным:
— Твой бывший господин и правда добросердечный и великодушный человек.
Лао Тао рассмеялся и сменил тему разговора:
— Вижу, молодой господин сильно продвинулся в обучении.
— Это советник Цзинь наставлял меня изо дня в день, — объяснил Тао Мо, — Он часто читал мне разные истории про чиновников, это и правда оказалось очень полезным.
Что до советника Цзиня, Лао Тао всё же считал, что он заслуживает доверия и что выбранные им книги не могли оказаться плохими, поэтому кивнул.
— А откуда только что вернулся молодой господин?
Шаги Тао Мо замерли на мгновение, прежде чем он ответил:
— Последние несколько дней мы вместе с Хао Гоцзы временно живём в доме Гу Шэ.
— О? И когда только молодой господин успел так сблизиться с Гу Шэ? — притворился удивлённым Лао Тао.
Тао Мо не преминул тут же замолвить за Гу Шэ словечко, расхвалив какой он добрый и отзывчивый, и тому подобное.
Лао Тао, не подавая вида, спокойно слушал пока он закончит говорить, и только после этого сказал:
— Я также слышал, что Гу Шэ помог своему товарищу по учёбе вести судебное дело против Лу Чжэньсюэ?
Тао Мо сперва немного озадачился, но почти сразу сообразил, что он имел в виду тяжбу между семьями Лян и Цю.
— Это дело уже закрыто, — сразу же объяснил он.
— Гу Шэ – лучший ученик наставника Ичуя, вполне понятно почему молодой господин подружился с ним.
Тао Мо ощутил смутное беспокойство, услышав это. Он сблизился с Гу Шэ вовсе не из-за того, что он ученик наставника Ичуя, а просто потому, что он это он. Но Лао Тао только что вернулся, и Тао Мо был не готов затевать с ним спор из-за этого, так что просто промолчал.
— Однако всё-таки нельзя быть таким пристрастным и пренебрегать учениками Линь Чжэнъюна, — продолжил убеждать Лао Тао, пытаясь навести его на серьёзные размышления, — Есть только два пути быть чиновником. Первый – стать выдающимся, превзойти всех и быстро взлететь вверх по карьерной лестнице. А второй – избрать золотую середину, быть абсолютно беспристрастным и благоразумно избегать крайностей. Молодой господин, ты понимаешь, о чём я говорю?
У Тао Мо задрожали уголки губ. В конце концов он всё-таки не вытерпел и прошептал:
— У меня с Гу Шэ только личные отношения. Это вообще никак не касается служебных дел.
Это и было как раз то, о чём Лао Тао беспокоился больше всего. Он тихонько вздохнул и хотел что-то сказать, но затем всё же сдержался и снова сменил тему:
— Я слышал, что несколько дней назад в уездную управу приходил молодой господин И Юй? — зато вот эту новость ему передал именно Дуаньму Хуэйчунь. Она-то и стала причиной того, что он «погоняя рысака плетью» поспешил вернуться назад. В прошлом это его промедление и беспечность привели к тому, что старый господин Тао умер из-за несправедливого обвинения, и подобную трагедию он не хотел повторять.
— Он остался на несколько дней, а потом уехал, — сказал Тао Мо.
Лао Тао кивнул. Дуаньму Хуэйчунь уже отправил людей собрать информацию, и если он не ошибся с выводами, то скорее всего это Хуан Гуандэ пытался «разрушить мост, перейдя реку», избавляясь от того, кто был ему больше не нужен [208], и вынудил И Юя прибежать в поисках убежища в уезд Таньян, чтобы просить защиты у Тао Мо.
— Ты, должно быть, сильно устал после такой спешки и стольких дней в дороге? Не лучше ли тебе вернуться в свою комнату и ещё немого отдохнуть? — предложил Тао Мо, глядя на погруженного в беспокойные размышления Лао Тао. Упомянув о возвращении в комнату, он не мог не вспомнить о продырявленной крыше, поэтому сразу добавил: — На счёт крыши, я потороплю рабочих починить её как можно быстрее. Кстати, комната советника Му в порядке, так что можешь пока пожить в ней.
Оставив нетронутой крышу только своей комнаты, Дуаньму Хуэйчунь поступил действительно в открытую нагло и бесцеремонно. Лао Тао покачал головой, развернулся и пошёл в направлении бывшей комнаты Му Чуня.