Страница 146 из 240
Когда они проходили через пышную бамбуковую рощу, перед ними показалось огромное каменное здание. Каменная дверь была очень толстой и тяжелой, и большое количество солдат, охранявших ее, уже было заменено личной охраной Цзин Шао. Цзян Лан стоял перед каменным зданием и когда он увидел их двоих, он подошел, чтобы поздороваться.
- Сообщаю Ванье, есть большой замок на каменном здании. Кто-то должен открыть его изнутри.
Цзян Лан был очень расстроен. Ванье приказал ему сначала охранять и осматривать сокровищницу. После долгого изучения Цзян Лан открыл его секрет.
- Должен быть секретный путь, ведущий в каменное здание из другого места.
Му Ханьчжан на мгновение с нетерпением ждал, прежде чем повернутся, чтобы поговорить с Цзин Шао.
Цзин Шао кивнул. Другой конец секретного туннеля должен быть в спальне Юго-Восточного короля. Он собирался кого-то туда послать, но неожиданно дверь каменного здания открылась сама собой!
Цзян Лан быстро отступил и встал перед Ванье и Ван Фэй, чтобы защитить их. Солнце освещало каменное здание, выделяя пыль в воздухе. Кто-то медленно вышел из темноты и встал на колени, чтобы поприветствовать их.
Очаровательно красивую фигуру укутывало розовое кисейное платье на ней не было никаких аксессуаров или косметики и ее волосы были распущенными и растрепанными, но это не умаляло ее красоты.
- Слуга Гэ Жу И приветствует Ванье, Ван Фэй!
Первоначально чистый голос был немного хриплым, вероятно из-за нехватки воды и еды в каменном здании.
- Жу И!
Му Ханьчжан вышел вперед, чтобы помочь ей встать. Хотя она была немного изможденной, на самом деле она была той самой Гэ Жу И.
Увидев улыбку Ван Фэй, Гэ Жу И не смогла сдержать слезы, которые навернулись на ее глаза и прилипли к ее ресницам. Ей не следовало жить после убийства Юго-Восточного короля. Однако она вспомнила, как Ван Фэй искренне убеждал ее позаботиться о себе перед отъездом. Если и осталось что-то, что связывало ее с этим миром, то это могла быть только доброта Ванье и Ван Фэй, которую она еще не выплатила!
Видя, что его Ван Фэй счастлив, Цзин Шао, естественно тоже был счастлив. Он приказал Цзян Лану отвезти Гэ Жу И отдохнуть, прежде чем он радостно заключил Цзюнь Циня в свои объятия и вошел в каменное здание.
Свечи зажигались одна за другой и им открылось все, что было внутри.
В дополнение к целым сундукам с золотыми кирпичами и серебряными слитками, зеленым нефритом, и агатом, и кувшинам с жемчугом из Южного моря, были также бесчисленные старинные каллиграфические свитки, а также картины, знаменитые мечи и оружие, все из которых слепили глаза.
- Сяо Шао ... - медленно произнес Му Ханьчжан, - мы ... мы нашли золото ...
Хотя эти вещи должны были быть переданы в государственную казну, у них не было собственника, поэтому тот, кто их нашел, естественно получит долю!
Цзин Шао схватил большой сундук и в приподнятом настроении, помог своему Ван Фэй собрать что-то хорошее, чтобы запихнуть в него.
У Му Ханьчжана еще оставалась причина. Он остановил Цзин Шао, который наугад хватал вещи и взял только небольшую коробку длиной около трех ци.
- Эта коробка слишком очевидна. Даже если такие вещи являются неписаным правилом, на этот раз ты выполнил чрезвычайно достойную службу и будет трудно избежать критики со стороны тех, кто всегда будет пытаться это сделать, тебе все же лучше быть осторожным.
Хотя Му Ханьчжан не обладал врожденным чутьем своей матери на распознавание сокровищ, он был более чем способен распознать ценность и степень этих сокровищ.
Сокровища были не только в изобилии, но и высокого качества. Цзин Шао вырос при императорском дворе; каких хороших вещей он не видел? Естественно, он понимал, сколько стоят эти чудеса.
Возьмем, к примеру то украшение¹ вырезанный из темно-зеленого нефрита, который был размером всего с грецкий орех, он был более ценным, чем рука Будды из белого нефрита длиной в пол-ци. И эта гладкая голубая нефритовая луна и струящаяся заколка с облаками² были гораздо более ценными, чем замысловатые золотые свисающие украшения³для женщин.
[2] Расплывающаяся часть облака - это то, как изгибается шпилька, а луна - это украшение, которое вы можете зацепить за конец, как показано на картинке.
Цзин Шао взял шпильку. Это была простая нефритовая булавка без украшений, на которой не было слишком много резьбы. Это была просто шпилька для волос, слегка изогнутая в форме струящихся облаков. Нефрит был теплым и блестящим. Более того, это была мужская шпилька. Это больше могло подходить его Ван Фэй.
Цзин Шао подошел и осторожно вставил шпильку в волосы Му Ханьчжана. Сегодня на нем была нефритовая корона⁴ , и две синие кисточки свисали на длинные волосы цвета воронова крыла; добавление голубой нефритовой луны и струящейся булавки с облаками было очень подходящим.
Му Ханьчжан снова посмотрел на него. Его прекрасные глаза светились возбуждением, точно так же, как хрустальная чаша в его руке. Он сверкал, был полупрозрачным и очень красивым. Цзин Шао не мог не подняться и поцеловать его веки.
- Что ты хочешь сделать с этой чашкой?
- Эта чаша должна быть из-за моря.
Пощекотавшись, Му Ханьчжан рассмеялся и уклонился. Мало кто в Дачэне умел делать чашу из хрусталя. Хрустальная чаша в его руке была особенной, не только из-за того, из чего она была сделана, но и довольно странной формы.
- Если мы привезем такую вещь в столицу, она будет продаваться по хорошей цене.
Цзин Шао не удержался от смеха. В любое время и в любом месте его Ван Фэй никогда не забывал находить способы заниматься бизнесом и зарабатывать деньги.
- Зарубежные торговцы часто приезжают на юго-восток, чтобы продать свои товары; мы можем попросить некоторых людей вернуться, чтобы купить немного позже. Они не стоят слишком много. Если хочешь, можешь взять все чашки из юго-восточного дворца и продать их, когда мы через несколько дней поедем в Цзяннань.
- Мы проедем через Цзяннань?
Му Ханьчжан поднял глаза, это был первый раз, когда он это слышал.
Цзин Шао кивнул. Если вернуться в столицу отсюда, они просто пройдут через Цзяннань. В любом случае, они не смогут вернуться к новому году, поэтому он мог бы также сопровождать своего Ван Фэй в Цзяннань на время пребывания и пройти мимо одного человека.