Страница 66 из 203
- Что это?!
Когда они снова подняли головы, то увидели, как черная дыра Пространственно-временных Врат Жизни и Смерти с угрожающей скоростью начала расширяться, пожирая затянутое грозовыми облаками небо. Сразу после этого резкий пронзительный свист разорвал небеса. Люди остолбенели! И в этот момент они увидели, как пылающий алый феникс вырвался из черной дыры и рассек небесный свод. Два крыла этого феникса были так огромны, что, казалось, могут заслонить небо и закрыть солнце, каждый из его глаз был размером с озеро Тяньчи, когти похожи на горные пики, а одно перо имело длину не меньше ста метров. Одного взмаха его крыльев хватило, чтобы поднять бурю. Многие деревья в один миг были вырваны с корнем, а на ближайших вершинах горного хребта Куньлунь растаял весь снег и раскололся многовековой лед.
- Чи-и-ирик!
Огненная птица села на гору Куньшань и громко запела. Звуки, что вырывались из ее горла, были точь-в-точь такими же, как свист, что можно было услышать во время открытия и закрытия Пространственно-временных Врат Жизни и Смерти.
- Это же...
Кто-то из заклинателей в ужасе закричал:
- Это изначальный феникс Шихуан[1]!
[1] 始凰 shǐhuáng шихуан «изначальный феникс».
- Предок всех фениксов!
В летописях у этого древнейшего мифического зверя не было даже изображения. Известно было, что когда-то Гоучэнь Шангуну удалось подчинить его. Сила изначального феникса была так велика, что он мог двигать горы и заполнять ими моря. Шихуан распахнул свои огромные крылья и воспарил к Девятым Небесам, двигаясь быстрее молнии и намного быстрее света.
- Оказывается... именно он был стражем Врат Жизни и Смерти? - пробормотал Чу Ваньнин.
Созданные Гоучэнем Пространственно-временные Врата Жизни и Смерти, фактически были дверью в Великую Пустоту, в которой был заточен Шихуан. Как только человек открывал их, изначальный феникс свистом задавал вопрос, а затем, обгоняя ветер, переносил человека сквозь пространство и время в прошлое или будущее. Но тело феникса было слишком велико, а скорость его так высока, что чаще всего человек, открывший Пространственно-временные Врата Жизни и Смерти, не успевал заметить даже тени Шихуана, а лишь слышал его крик, и тут же переносился туда, куда стремился попасть.
Стоя на горе, Шихуан внимательно осмотрел все вокруг своими огненно-золотыми глазами. Внезапно, подобно звону огромного колокола, лишенный эмоций глубокий человеческий голос разнесся под небесами:
- Мир смертных должен подчиняться установленному порядку. Если вы идете против него, Небеса покарают вас.
Сказав это, он взмыл ввысь и, раскрыв свой хвост из девяти золотых перьев, проволок его по земле. Когда его крылья открылись и закрылись, земля содрогнулась, затряслись горы и обвалились холмы! Если бы это не было прелюдией к концу этого мира, то можно бы было сказать, что подобная невероятная сцена потрясала воображение.
- Отступаем! - сурово приказал Чу Ваньнин.
И в этом решении он был не одинок. Практически одновременно с ним почти все главы и старейшины школ отдали тот же приказ...
Нужно отступить.
Выживание - врожденный инстинкт человека, так что дважды повторять не пришлось. Перед изначальным фениксом любой заклинатель был муравьем или горчичным зернышком, так что один за другим люди вскочили на свои мечи и помчались в направлении, противоположном полету Шихуана.
В этот момент младший Мэй Ханьсюэ наконец добрался до Чу Ваньнина. Смахнув со лба спутанные волосы, он сказал:
- Образцовый наставник, пожалуйста, прикажите им отступать к Пространственно-временным Вратам Жизни и Смерти.
Прежде чем Чу Ваньнин успел о чем-то его спросить, он добавил:
- Этот бренный мир давно уже при смерти. На протяжении последних восьми лет мы с Сюэ Мэном постоянно искали способ, когда этот день придет, смягчить последствия обрушившегося на нас бедствия. После того как два мира окончательно сошлись, мы использовали тяжелую броню Сюань-У, чтобы создать защитный магический круг рядом с Пространственно-временными Вратами Жизни и Смерти.
Тяжелая броня черепахи Сюань-У была древней реликвией той же эпохи, что и изначальный феникс Шихуан. Использовав ее как основу, можно было укрепить защитный купол в десятки миллионов раз.
По передаваемой из уст в уста легенде, эти доспехи в виде огромного панциря находились в самом гиблом месте Восточного моря.
Через какие испытания и невзгоды пришлось пройти братьям Мэй и Сюэ Мэну этого мира, чтобы вернуть эти доспехи...
- Образцовый наставник, - продолжил настаивать Мэй Ханьсюэ, - пожалуйста, скажите всем отходить туда. Пусть все возвращаются в свой мир.
- ...
- Раз уж этот мир породил это бедствие, будет правильно, если здесь все и закончится.
Когда его голос затих, Шихуан вдалеке уже взмахнул крыльями и взлетел. Золотисто-алые перья его хвоста ударили о землю, породив тысячи лавин. После этого феникс превратился в красный свет между небом и землей. Его скорость была так высока, что никто не мог его увидеть, однако в тот же миг Хуанхэ потекла вспять, а Янцзы поднялась и хлынула ей навстречу. Казалось, вся вода мирового океана поднялась, когда, обнажив дно, необъятное синее море породило невиданной высоты волну, устремившуюся к материку с намерением его уничтожить!
Воды безбрежного моря[2] поднялись до небес, в мгновение ока ввергнув мир в первозданный хаос.
[2] 瀚海 hànhǎi - Безбрежное море (об оз. Байкал, но также и о пустыне Гоби).
Чу Ваньнин собирался отступить, но заметил, что пожирающая землю огромная волна быстрее, чем пытавшиеся убежать от нее на мечах заклинатели. В мгновение ока она вплотную приблизилась к ним, и появилась угроза, что наводнение скоро настигнет в спешке отступающих людей.
Мгновенно приняв решение, Чу Ваньнин ответил Мэй Ханьсюэ:
- Вместе с Сюэ Мэном ведите их вперед, а я пока останусь здесь и попытаюсь выиграть немного времени.
С этими словами он опять использовал талисман призыва дракона и на нем взмыл ввысь:
- Тяньвэнь! - сурово сказал он. - Десять Тысяч Гробов!
Из недр земли поднялись ветви ивы. Прокусив палец, он капнул на них кровью и крикнул:
- Возвести стену!
Подобно ветвям глицинии, переплетаясь, накладываясь и нагромождаясь друг на друга, ивовая лоза в один миг воздвигла невероятно высокую изумрудную стену.
- Призываю Цзюгэ!
Казалось, только что на ладони Чу Ваньнина вспыхнул яркий свет, и вот уже Цзюгэ лежал у него на коленях. Чу Ваньнин коснулся струн, и подобный весенним водам поток сочных звуков золотистым сиянием окутал построенную из лозы стену, придав ей еще большую устойчивость и несокрушимость. Как только он закончил, бурлящий поток воды достиг воздвигнутой им твердыни...
Бах!
Брызги разлетелись во все стороны, когда огромная волна разбилась о стену.
Повернувшись вполоборота, Чу Ваньнин крикнул Мэй Ханьсюэ:
- Быстрее уходите!
Мэй Ханьсюэ не ожидал, что события будут развиваться так стремительно. Хотя сердце его горело в огне, он не мог ничего сделать, поэтому ему осталось лишь почтительно поклониться Чу Ваньнину и исчезнуть в густой чаще леса.
Чу Ваньнин бросил все силы на поддержку защитной стены, пока многочисленная армия заклинателей отступала.
Бурлящий поток яростно ревел, пытаясь прорвать дамбу, что воздвигли Тяньвэнь и Цзюгэ.
Тем временем в конце Дороги Мученичества перед прекрасными костяными бабочкам медленно открывались демонические врата. Багровые небеса мира демонов со спокойно плывущими по нему темно-фиолетовыми облаками постепенно сливались в одно целое с небом исстрадавшегося мира людей.