Страница 34 из 203
[11] 藤罗花 téngluóhuā - Campsis grandiflora: крупная многолетняя листопадная лиана с яркими декоративными цветками из семейства Бигнониевые.
За очередным поворотом был горный утес, заканчивающийся обрывом.
Перед этим поворотом Тасянь-Цзюнь вдруг остановился. Казалось, впереди бушует огненное море, которое, отражаясь от скал, окрашивало их камень во все оттенки красного. Он чуть повернул голову, так что стал виден его профиль, и этот странный огненный свет распространился по его лицу, заполнив его зрачки. Оскалив зубы в плотоядной ухмылке, Тасянь-Цзюнь обратился к Чу Ваньнину:
- Здесь представлены плоды многолетних достижений этого достопочтенного. Учитель, сделай милость.
[1] 殉道 xùndào 殉道 cюньдао «путь самопожертвования» - погибнуть за идею, отдать жизнь за справедливость, мученичество.
Перед ними возвышался мост.
Начинаясь у края отвесной скалы, он уходил прямо к небесам, туда, где среди пустоты висели каменные ворота, оценить реальный размер которых было практически невозможно. Они возвышались в туманном мареве облаков и даже мечущая громы и молнии буря с проливным дождем не могли погасить исходящее от них похожее на бушующее пламя багрово-алое сияние.
- Учитель, помнишь, когда-то ты рассказывал нам про то, что давным-давно вся нечисть взбунтовалась и ввергла мир в хаос, а Гоучень Шангун, надеясь их сдержать, помог Фуси подавить бунт и изгнать демонов из мира живых?
Заложив руки за спину, Тасянь-Цзюнь устремил взгляд на поражающие воображение огромные ворота в небесах:
- Армия демонов была повержена и, признав поражение, позорно бежала. После их возвращения в демонический мир, опозоренный этим разгромом Владыка Демонов издал указ запечатать все врата, соединяющие мир демонов с миром живых и впредь не иметь никаких связей с бренным миром людей, - чуть помолчав, он продолжил. - Но нельзя все предусмотреть и не бывает абсолютных запретов. На всякий случай Владыка Демонов все же оставил одну лазейку... и сейчас она прямо перед нами, - в этот момент сверкнула молния и ударил гром. - Врата Мученичества[1].
Но взгляд Чу Ваньнина был прикован вовсе не к Вратам Мученичества. С того момента, как он оказался здесь, Чу Ваньнин смотрел только на огромный мост, соединяющий Пик Сышэн с вратами, ведущими в мир демонов.
Когда он увидел это сооружение, то сначала просто удивился, но затем его лицо побледнело и сейчас он выглядел совершенно разбитым и почти безумным.
Резко повернувшись, он воскликнул:
- Мо Вэйюй, ты с ума сошел?! Этот мост...
- Мост этого достопочтенного такой впечатляющий, - убедившись, что Чу Ваньнин отреагировал должным образом, Тасянь-Цзюнь снова слегка улыбнулся и приподнял веки. Прикинувшись святой невинностью, он спросил. - Что с тобой? Неужели не нравится?
...Нравится?
Для постройки этого невероятно длинного моста шириной в полтора метра не было использовано ни одного бревна и ни одного гвоздя. От начала и до конца он был построен из человеческих тел!
Сложенные друг на друга, эти тела висели высоко в воздухе, образуя бесконечный мост из мертвецов, у которого не было видно ни конца ни края. Плотно подогнанные к друг другу трупы мужчин и женщин, стариков и детей, превратились в похожий на муравьиную тропу длинный мост, ведущий к тем самым поражающим воображение вратам в мир демонов. Сколько их там было? Не было способа, которым это можно бы было подсчитать.
- Поскольку это Врата Мученичества, значит к ним должна вести Дорога Мученичества.
Тасянь-Цзюнь равнодушно взирал на трупы, словно они были подобранными на обочине камнями или срубленными деревянными кольями. Неожиданно он громко свистнул, и в тот же миг на дальнем конце моста вспыхнул слепящий голубой огонек и стремительно помчался к ним.
- На самом деле есть кое-какие секреты Царства Демонов, о которых Учителю неизвестно, - Тасянь-Цзюнь повернул голову и улыбнулся Чу Ваньнину. - Если учитель не побрезгует выслушать, ученик их растолкует.
- ... - Чу Ваньнин просто дар речи потерял.
- Учителю известно лишь, что во время войны Фуси с Владыкой Демонов, Гоучень Шангун предал своего государя и изготовил для Фуси самый первый меж небом и землей так называемый «меч». Однако есть кое-что, о чем Учителю не ведомо: впоследствии Владыка Демонов затаил обиду и вынашивал планы, как бы поквитаться с Гоучень Шангуном. Хотя он не мог ничего сделать с Повелителем Несметного Воинства, но вполне мог наказать соплеменников Гоученя. Так он решил изгнать весь клан его матери из мира демонов.
Не сводя глаз с луча голубого света вдали, Тасянь-Цзюнь заложил руки за спину и неспешно продолжил:
- Испокон веков демоны обладали сильнейшей духовной энергией, но именно из-за того, что в их крови живет такая мощь, для поддержания сил им постоянно необходимо потреблять извне много материальной энергии. Только питаясь выращенными в демоническом мире зерном, мясом и рыбой, демон может поддерживать нормальную циркуляцию энергии в своем духовном ядре.
После того, как род матери Гоучень Шангуна был изгнан в мир живых, из-за недостатка подходящей пищи, со временем их духовные ядра атрофировались или необратимо изменились, так что, в конце концов, большинство из них превратились в отбросы, у которых не было сил даже курицу связать. Единственное наследие расы демонов, что осталось при них - это тела, которые идеально подходили для совершенствования и спаривания.
После этих слов Тасянь-Цзюнь сделал паузу и оглянулся на Чу Ваньнина:
- Учитель, должно быть, уже догадался, к какой расе принадлежал клан матери Гоученя?
Даже если ему совсем не хотелось отвечать, этот вопрос был слишком важным, чтобы его проигнорировать, поэтому, чуть помолчав, Чу Ваньнин сквозь зубы процедил:
- Прекрасные костяные бабочки?
- Верно, - хлопнув в ладоши, довольно ухмыльнувшись, подтвердил Тасянь-Цзюнь, - именно, прекрасные костяные бабочки[2].
[2] 蝶骨美人席 diégǔ měirén xí дегу мэйжэнь си «угощение/банкет|место/должность прекрасных костяных бабочек».
- Изначально клан прекрасных костяных бабочек считался одним из сильнейших среди демонов. Ради увеличения своей силы и продолжения рода они очень долго трансформировали свои тела в идеальные котлы[3] для поддержания баланса инь и ян. Изначально они подбирали в пару к идеально подходящему для двойного совершенствования телу, тело с могучим духовным ядром, и в дальнейшем из поколения в поколение продолжали закреплять результат, образуя пары между рожденными потомками с лучшими качествами. Но когда врата демонического мира закрылись, они не могли больше поддерживать свои духовные силы и, когда без доступа к дыханию мира демонов духовное ядро в них усохло, осталось лишь переполненное духовной энергией тело.
[3] 炉鼎 lúdǐng лудин «треножная печь» - плавильный котел алхимика. Фактически, «лудин» - это тело, где идеально дополняется инь и собирается ян, которая в процессе секса переплавляется и смешивается. То есть суть «двойного совершенствования» в правильной циркуляции энергии, когда достижение абсолютного баланса инь и ян порождает состояние высшей гармонии.
- Ну и конечно, - взгляд Тасянь-Цзюня потемнел, словно он вдруг вспомнил о чем-то, - есть еще и врожденная выдающаяся красота представителей этой демонической расы.
Ему не нужно было продолжать, Чу Ваньнин и без того его прекрасно понял.
В мире совершенствования на прекрасных костяных бабочек смотрели лишь как на мясо, которое можно съесть, или идеальный «котел» для двойного совершенствования.
Не по этой ли причине Сун Цютун была схвачена и выставлена как один из лотов на продажу на аукционе в Палате Сюаньюань? Если даже такой разумный человек как Цзян Си не считал эту красавицу живым человеком, что уж говорить о прочих заклинателях, многих из которых сложно было назвать порядочными людьми.