Страница 173 из 203
Так их дальнейший разговор становился все более запутанным, а запах пороха в воздухе становился все сильнее и сильнее.
Дух Свитка:
- Ты умеешь стирать?
- Я могу замочить одежду в воде и дать ей высохнуть на солнце.
- Ха! Да собака чистоплотнее тебя!
- ...
- Ты будешь стоять у двери на коленях, провожая и встречая меня?
- Вы же не из Японии.
- Ха! Даже собака добродетельнее тебя!
- ...
- Можешь ли ты быть мягкой и почтительной, никогда не отвечать на удар, если тебя ударили, и не спорить, если тебя ругают?
- Я не думаю, что вы сможете победить меня в драке.
- Ха! Да собака нежнее тебя!
- ...
- Можешь ли ты быть послушной, чтобы доставить удовольствие моим родителям и Учителю?
- Я говорю о чувствах с вами, а не с вашим Учителем.
- Ха! Даже у собаки манеры лучше, чем у тебя!
- ...
- Ты не будешь возражать, если я буду заниматься боевыми искусствами все двенадцать шичен*, и у меня не будет времени на то, чтобы поговорить с тобой? [24 часа]
С каждым новым сравнением с собакой цвет лица Чу Ваньнина становился все бледнее и бледнее, а выражение его лица все более возмущенным.
Сюэ Цзымин... Сюэ Цзымин!!! Он думал, что этот ученик никогда не обманет его. Он был прямолинейным ребенком: если ему что-то нравилось, то нравилось, если что-то не нравилось, значит, не нравилось. Он бы никогда не подумал, что в голове у Сюэ Мэна будет такое!!!
Он стиснул зубы и яростно сказал:
- В сутках всего двенадцать шичен. Вы говорите о том, что никогда не ляжете в постель, чтобы поспать?
Неожиданно этот «Сюэ Мэн» стал еще жестче:
- Лечь в постель! Все, о чем ты думаешь, это лечь в постель! Разве ты не можешь быть менее скучной?! Тебе всего-то и нужно быть более энергичной, да? Солнечной! Женское дело - заботиться о муже и детях, а если тебе скучно, не нужно изображать «Ах, мне нужно лечь в постель, мне нужно забеременеть, ах, мне нужно родить сына и поднять репутацию моей семьи», бла-бла-бла! Меньше любовных романов, больше кулинарных книг! Будь честолюбивой и порядочной женой!
- ... ... ...
В этой тираде было так много неправильных вещей, что Чу Ваньнин на мгновение лишился дара речи. Он не мог произнести ни слова, и был так зол, что его почти вырвало кровью. Подавляя свой гнев, он обратил свои холодные полыхающие глаза феникса на дух Свитка с лицом Сюэ Мэна.
Через какое-то время его тонкие губы дрожа разомкнулись, и он гневно произнес:
- Ты...
- А что я? Я сказал правду. Чтобы стать моей женой, ты должна быть честолюбивой и чистоплотной. Ты не должна забивать себе голову непристойными вещами. Эх, я вообще не думаю, что кто-то вроде тебя подойдет мне. Только взгляни на себя. Ты вспыльчивая, необщительная, недовольная бездельница, - с презрением сказал дух Свитка и встал, - Забудь об этом. Я слышал, что главная красавица этого дома способная и добродетельная, но, похоже, что все это ложь.
- ... - Чу Ваньнин чуть не упал в обморок от гнева. Он был Учителем трех учеников. Мо Жань приводил его в ярость, Ши Мэй приводил его в ярость, он думал, что Сюэ Мэн будет самым покладистым из них, тем, с кем никогда не будет проблем.
Чу Ваньнин не ожидал, что дух Свитка исторгнет все искренние мысли Сюэ Мэна. Они все трое были одинаковы, все бесполезны!
- Я закончил с тобой беседовать. - Дух Свитка-«Сюэ Мэн» развернулся и собрался уйти. - Увидимся!
В это время настоящий Сюэ Мэн, Мо Жань и целая толпа других людей прятались в соседней комнате, прислушиваясь ко всему происходящему. Старейшина Чэнь Сююань поднял песочные часы и сказал:
- Ай-яй, почти получилось. Уважаемый наставник Чу, безусловно, заслуживает репутацию уважаемого наставника Чу. Еще чуть-чуть и дух будет повержен. Хе-хе-...
Прежде чем он успел сказать третье «хе», из соседней комнаты послышался оглушительный электрический треск, будто рассекающий воздух, сопровождаемый криком духа Свитка:
- Помогите! Помогите!! На меня напали!!!
А потом раздался гневный голос Чу Ваньнина:
- Я тебе покажу нападение!
- Уааааа! Кто-нибудь спасите меня!!!
Бледнея от испуга, толпа ворвалась внутрь. Как только они выломали дверь, сразу увидели сияющий золотой свет Тяньвэни в ладони Чу Ваньнина, его ивовая плеть обвивала шею духа Свитка. Язык духа вывалился изо рта, глаза закатились, как будто он уже сыграл в ящик. Чэнь Сююань быстро подскочил:
- Ай-яй, уважаемый наставник Чу, пожалуйста, успокойтесь! Вы ни в коем случае не должны его убивать! Если убьете, вся информация будет обнародована!
Черные брови Чу Ваньнина были яростно нахмурены, он резко произнес:
- Даже если это так! Какие постыдные вещи он вообще знает?
Сюэ Мэн попытался вмешаться:
- Учитель...
Неожиданно гнев Чу Ваньнина перекинулся и на него тоже. Он сердито сказал:
- Замолчи, Сюэ Цзымин! Как только я закончу с этим, ты следующий!
Сюэ Мэн:
- ???
Уч-уч-учитель, что случилось? Он не только не назвал его «Главой Ордена», но даже сказал, что накажет??
В сердце Сюэ Мэна вдруг смешались самые разные чувства. Он не знал, был ли счастлив или в панике: счастлив от того, что Учитель так давно не ругал его, а он, оказывается, на самом деле скучал по этому, а запаниковал потому что...
Раз Чу Ваньнин сказал ему сейчас такие резкие слова, что именно этот проклятый дух Свитка наговорил его Учителю?!!
Увидев, что дух Свитка почти испустил последний вздох, Мо Жань торопливо схватил Чу Ваньнина за плечо:
- Ваньнин, отпусти его для начала.
Взгляд Чу Ваньнина был острым, как штык:
- Для начала я его убью, а потом отпущу!
Мо Жань не знал, смеяться ему или плакать:
- Тогда будет слишком поздно. Секреты всех будут раскрыты.
Чу Ваньнин сердито сказал:
- У меня нет постыдных секретов. А у тебя?
Мо Жань засмеялся и попытался успокоить его:
- Конечно, есть. Иногда секрет не в том, что я тайно сделал что-то плохое, а в том, что есть вещи, которые я бы предпочел не говорить другим.
Чу Ваньнин нахмурился:
- Например, что?
- Ээ... например ... - Мо Жань наклонился, закрыл глаза и прошептал несколько слов на ухо Чу Ваньнину.
Сюэ Мэн видел, как поднялись длинные ресницы Мо Жаня, как его черные глаза наполнялись беспомощностью и глубокой любовью, пока его губы что-то шептали. Когда он закончил, Чу Ваньнин неожиданно отозвал Тяньвэнь.
Чу Ваньнин, злясь, сказал:
- Почему ты...
С заметным смущением Мо Жань опустил глаза и сдержанно улыбнулся. Хотя он, несомненно, был взрослым красавцем, ямочки на его щеках придавали ему вид молодого невинного юноши.
Чу Ваньнин, казалось, хотел ударить его, но Мо Жань сразу взял его за руку и с улыбкой сказал:
- Извини, я просто попросил Свиток. Буду честен.
- ... ...
Потом он снова склонил голову, повернул лицо, сжал пальцы Чу Ваньнина, и его теплое дыхание защекотало его ухо. Тихо, так, что могли слышать только они вдвоем, он сказал:
- Но, знаешь, я не хочу, чтобы другие знали, в какой позе мне больше всего нравится брать Ваньнина, когда мы ложимся в постель.
Хотя это были слова нежности, в которых звучало глубокое, тяжелое, чувственное желание, Мо Жань, к сожалению, не знал, что говорил до этого дух Свитка Чу Ваньнину. Когда Чу Ваньнин услышал его последние слова, ему будто кто-то наступил на хвост. Он тут же ударил Мо Жаня по голове и закричал:
- Ложимся куда?! В постель? Разве я не должен быть менее скучным? Быть более энергичным, да? Солнечным! Больше думать о том, чтобы заботиться о муже и детях, и перестать думать о чепухе! Прекратить читать любовные романы и начать читать кулинарные книги! Быть честолюбивой и порядочной женой!