Страница 155 из 203
- Дальше, - белый нефритовый кончик пальца Мэй Ханьсюэ медленно скользнул вниз и, наконец, остановившись на животе Сюэ Мэна, паря над серебряной головой льва на пряжке его ремня, - Вы дали коту почувствовать себя так хорошо, что он ляжет и покажет вам свой белый живот. А это значит, что он начинает вам доверять.
- И... теперь я могу прикоснуться к нему?
- Еще нет, - Мэй Ханьсюэ улыбнулся, - Будьте терпеливы. Вы должны делать то же, что и я, и кружить вокруг его живота, но не прикасаться.
Пока он говорил, его рука мягко и медленно кружила у живота Сюэ Мэна. Со временем Сюэ Мэн почувствовал некоторое напряжение и уставился на эту руку, не зная, когда именно она действительно прикоснется к нему. Но даже спустя довольно долгое время барышня Шоу-Хоу все еще держалась на расстоянии, поэтому он слегка потерял бдительность.
- Нравится?
Сюэ Мэн кивнул:
- Ох ...
Неожиданно в этот самый момент Мэй Ханьсюэ вдруг схватил его за талию, притянул к себе и рассмеялся:
- Теперь, когда вы удивили его, и взяли...
Мэй Ханьсюэ не успел договорить.
Потому что Сюэ Мэн, ошеломленный тем, что его внезапно схватили за талию, совершенно был сбит с толку, его потянуло вперед и накренило на Мэй Ханьсюэ, отправляя их обоих в полет.
- Блядь!
- ... - Мэй Ханьсюэ почувствовал давящую на него тяжесть. Привыкнув защищать представительниц слабого пола, он инстинктивно приобнял Сюэ Мэна, удерживая его наверху, и оба они все-таки упали на пол.
Раздался громкий звук приглушенного удара.
Тонкий слой пыли, покрывающий все поверхности библиотеки, поднялся облаком, заставляя Сюэ Мэна безостановочно кашлять, а его глаза слезиться. Старый деревянный пол библиотеки скрипел под их весом. Как напуганный кот, Сюэ Мэн замер в оцепенении, с выражением растерянности на лице, и только через некоторое время он понял, что прижимает к полу барышню Шоу-Хоу.
Мэй Ханьсюэ:
- ...
Сюэ Мэн:
- Кхе, кхе, кхе! Мне очень жаль!!!
Он замахал перед собой руками, чтобы развеять облако пыли, и только тогда увидел, что одежда «Шоу-Хоу» в беспорядке, а волосы растрепаны. Пара светлых глаз смотрела на него с несколько странным выражением из-под длинных изгибающихся ресниц.
Сюэ Мэн был в шоке. До него, наконец, дошло, насколько неловкой была вся эта ситуация, и в спешке попытался встать.
Но чем больше человек нервничает, тем больше вероятность того, что он совершит ошибку. Суетливо пытаясь подняться, его ноги отказывали ему во время первых попыток, и вместо того чтобы встать, он несколько раз потерся о Мэй Ханьсюэ.
Брови Мэй Ханьсюэ поползли вверх, а выражение его лица стало очень странным.
Наконец, поднявшись, Сюэ Мэн покраснел от смущения. Заикаясь он выдавил:
- Н-ну, э-э, с-с-старшая сестра, я э-э, правда, из-из-извиняюсь.
- ... ...
Из-за своего характера с раннего возраста Сюэ Мэн терпел неудачи с женщинами, а девушки его поколения не любили иметь с ним никаких дел. Вместо этого он снискал внимание старшего поколения девушек и тетушек. Поэтому он обычно обращался к женщинам двумя способами: первый - «старшая сестра», а другой - «тетушка». Поэтому, когда он занервничал, то нечаянно назвал красивую юную леди «Шоу-Хоу» «старшая сестра».
Мэй Ханьсюэ посмотрел на него с глубоко таинственным видом и про себя вздохнул. Этого человека оправдывает только то, что он до сих пор никогда даже не держал девушку за руку!
Что за дурацкое обращение - старшая сестра?
Приветствуя девушек от девяноста лет и старше, следует говорить «бессмертная», от пять лет и младше - «сладкая», а тех, кто между ними, толстых или худых, всех следует называть «красотка». Как Сюэ Мэн не может усвоить такой простой урок, прожив почти тридцать лет?
Сюэ Мэн все еще сидел на корточках:
- Старшая сестра, я не сделал вам больно, так ведь? Я, я не думаю, что я такой тяжелый, а вы выглядите довольно крепкой...
- ...- Мэй Ханьсюэ подумал, что если бы перед Сюэ Мэном в этот момент был не он, а настоящая девушка, то Сюэ Мэн, скорее всего, уже получил бы несколько ударов по лицу.
К счастью, до Сюэ Мэна, кажется, наконец дошло, насколько неуместно называть молодую женщину «крепкой», и он неловко поправился:
- Я, нет, я не это имел в виду, я просто почувствовал, что вы, вероятно, не сломаетесь от одного удара, потому что у вас есть некоторые мускулы, ммм, тьфу ... Мне, наверное, лучше заткнуться. В любом случае, с вами все в порядке?
Мэй Ханьсюэ какое-то время лежал на полу, потом сел со сложным выражением на лице:
- ... Я в порядке. Я просто не думала, что ваша реакция будет такой резкой.
После очередного неловкого молчания Мэй Ханьсюэ спросил:
- Я вас напугала?
- Нет, совсем нет, - Сюэ Мэн все еще сильно краснел и не знал, что сказать. Он надолго замолчал, потом решил сменить тему:
- Кхм ... так вы приручили Цайбао?
- Да, - сказал Мэй Ханьсюэ и слабо улыбнулся, - Из всех животных, которых я тренировала, нет ни одного непослушного.
- О...
- Техника, которую мы только что рассмотрели, понял ли ее Глава Ордена?
Сюэ Мэн:
- В целом, да...
Мэй Ханьсюэ сказал:
- Это хорошо. Если Глава Ордена счастлив, падение того стоило.
Сюэ Мэн был в шоке. Услышать такие слова, мягко сходящие с уст красивой девушки... любой нормальный мужчина почувствовал бы огромное облегчение, охватившее его.
Итак, сердце Сюэ Мэна дрогнуло. Хотя он не был высокого мнения о Ма Юне, сотворившем "Свиток, утоляющий печали", но эта его ученица Шоу-Хоу была не так уж плоха. Она была милой, уравновешенной, неприхотливой и, кроме того, благородной, усидчивой за работой и искренне преданной нуждам своих клиентов.
Сюэ Мэн раньше думал, что эти красивые, изящные маленькие девочки словно сделаны из стекла. Они слабые, их легко можно ранить, они плакали и кричали из-за любой мелочи. Если бы мужчина когда-нибудь упал на них, они бы скрипели зубами, топали ногами, или начали бы жалобно рыдать, или истерически кричать: «Это домогательство! Ты вонючий негодяй!»
Но эта барышня Шоу-Хоу, чтобы изменить его негативное мнение о "Свитке, утоляющем печали", даже не отреагировала на то, что ею могли воспользоваться. [не закатила истерику, что на нее упал мужик :)] Конечно, он не воспользовался бы ею намеренно, но добросердечный Сюэ Мэн не мог не чувствовать глубокой искренней жалости к этой бедной девушке, которой приходилось зарабатывать себе на жизнь покорностью и послушанием.
Поэтому он поколебался мгновение и, наконец, сказал:
- ... Ну, знаете, уже почти обеденное время. Почему бы мне... не пригласить вас отобедать вместе?
Мэй Ханьсюэ улыбнулся:
- Вы только упали на меня. Нет необходимости чувствовать себя виноватым.
- Нет, это чтобы отблагодарить вас за обучение уникальным приемам управления кошками, - Сюэ Мэн все еще краснел от смущения, - Что касается того, чтобы я изменил свои отзывы о "Свитке, утоляющем печали"... Что ж, мы можем поговорить об этом ... Но в любом случае, сначала мы должны поесть.
Тут он протянул руку человеку, которого видел как несчастную маленькую сестренку-чаевницу, барышню Шоу-Хоу, с намерением помочь ей встать.
Однако Мэй Ханьсюэ не сдвинулся с места, его взгляд переместился с ладони Сюэ Мэна на его лицо. Наконец, он сказал:
- Глава Ордена, идите первым. Я тут посижу еще немного.
Видя такую реакцию, Сюэ Мэн не мог не почувствовать себя немного растерянно:
-... Я действительно сильно ранил вас сейчас?
Мэй Ханьсюэ молча слегка приподнял брови, но затем, наконец, улыбнулся:
- Все не так плохо, просто небольшая опухоль, но все будет в порядке. Если вы не будете снова на меня падать, она скоро исчезнет.