Страница 152 из 203
Они не знали, что Мэй Ханьсюэ на самом деле были двумя братьями-близнецами, поэтому стали выкрикивать:
- Да, что с тобой? Как так получается, что в один день ты милый и вежливый, а в другой кричишь об убийстве людей? Нужно, чтобы старшие соученики вправили тебе мозги?
- Разденьте его. Он из Дворца Тасюэ, так чего же носит одежду Пика Сышэн?
Во время борьбы он внезапно услышал звук летящего лезвия. Длинная сабля сияющая, как снег, вдруг глубоко вонзилась в деревянный пол!
- Что это вы тут делаете!
Кучка хулиганов из Дворца Тасюэ потрясенно отскочила, повернув головы.
- Сюэ... Сюэ Мэн?!
Услышав это имя, Мэй Ханьсюэ откинул свои растрепавшиеся светлые волосы, закрывающие его голубые глаза, и поднял взгляд.
Он увидел, что в дверях библиотеки стоит мальчишка, скрестив руки на груди. Его лицо было элегантным, а аура властной. На нем был надет полный комплект серебристо-голубых доспехов Пика Сышэн, волосы собраны в хвост, и пальцы в черных защитных полуперчатках нетерпеливо постукивали по скрещенным рукам.
Сюэ Мэн раздраженно произнес:
- Вам мой отец дал разрешение кого-то запугивать на Пике Сышэн? Или, может, вы спросили у моего Учителя? Или у меня?
Ученики Дворца Тасюэ подобострастно рассмеялись:
- Ай-яй... Это, это мы так просто преподаем урок непослушному младшему ученику... Хе-хе... Хе-хе-хе...
- Вы называете это уроком? - Сюэ Мэн посмотрел на Мэй Ханьсюэ, - По-моему, больше похоже на то, что группа сильных юношей, объединилась против одного слабого человека?
- Да-да... Ты прав ...
Сюэ Мэн сердито сказал:
- Что вы тут еще до сих пор околачиваетесь? Убирайтесь!
Они были всего лишь кучкой хулиганов, а Сюэ Мэн был сыном Главы Ордена. Разве смели они его провоцировать? Они тут же низко закланялись и разбежались, словно птицы, взмахнув крыльями.
Сюэ Мэн с серьезным лицом шел по деревянному полу, поскрипывая и звеня своими подбитыми сталью ботинками. Потом он протянул руку и схватил Лунчэн. Он хотел крутым жестом вытащить ее, но, когда тянул только одной рукой, сабля не сдвинулась с места.
Сюэ Мэн смущенно кашлянул. С трудом, только задействовав силу обеих рук и подпитку духовного ядра, он смог вытащить саблю из пола. Она оказалась примерно такого же роста, как и он сам.
Он отступил назад на два шага.
Сюэ Мэн:
- ...
Мэй Ханьсюэ:
- ...
Сюэ Мэн снова неловко кашлянул и повернулся, чтобы посмотреть на Мэй Ханьсюэ.
Он не признал в нем вчерашнюю «грязную подглядывальщицу» из купальни Мяоинь. Мэй Ханьсюэ, конечно же, тоже его не узнал. Какое-то время они просто смотрели друг на друга. Сюэ Мэн увидел, что его золотистые волосы растрепаны, на губах кровь, а одежда разорвана на бесформенные клочки. На теле Мэй Ханьсюэ осталась только тонкая нижняя шелковая одежда, которая специально шилась во Дворце Тасюэ. Сюэ Мэн невольно наморщил брови.
- Выглядит слишком постыдно.
Сказав это, он снял свое верхнее одеяние и накинул его на плечи Мэй Ханьсюэ.
- Надень.
Мэй Ханьсюэ, закутанный в одежду Сюэ Мэна, поднял голову и внимательно вгляделся в лицо этого ребенка. Он подумал, что тот вообще не похож на его благодетеля Сюэ Чжэнъюна. У него было маленькое изящное лицо, заостренный нос, черные миндалевидные ясные глаза, и держался он с естественным великолепием и горделивостью.
Он нерешительно произнес:
- Так ты... Сюэ Мэн?
- Да, - сказал Сюэ Мэн, вполне довольный собой, - Как тебе мои навыки? Как думаешь, моя репутация заслужена?
Нет, он совершенно точно сын его благодетеля.
Мэй Ханьсюэ хотел поблагодарить его, но потом услышал, как Сюэ Мэн со смехом произнес следующую фразу:
- С тех пор, как этот Шаочжу вышел в люди, никому не удалось превзойти его!
- ... Ты Шао Чжу?
Сюэ Мэн:
- А разве не очевидно?
---
- Разве «Шао Чжу» это не имя человека? - в ту ночь, когда Мэй Ханьсюэ-старший вернулся в свою комнату, Мэй Ханьсюэ-младший удивленно спросил его, - Как он может быть сыном нашего благодетеля?
Поскольку старший брат был более спокойным, чем младший, он просто молча вытащил из их багажа книгу под названием «Руководство по переводу на мандаринский». Два брата сели рядом и стали читать книгу под лампой.
- Шаочжу, - Мэй Ханьсюэ-младший указал пальцем на слово и прочитал, - По отношению к молодому господину. Также может использоваться, когда взрослый господин называет кого-то своим наследником.
Мэй Ханьсюэ:
- ...
Мэй Ханьсюэ:
- ...
Они погрузились в молчание. Спустя долгое время Мэй Хансюэ-младший спросил:
- Это значит, что мы не можем его убить?
Старший брат немного обдумал это, потом посмотрел на одеяние, в котором сейчас был, опустил свои длинные бледно-золотистые ресницы и холодно произнес:
- А как ты думаешь?
Мэй Ханьсюэ вздохнул, его голубые глаза были похожи на глаза экзотической кошки:
- Ладно, ладно, я понял.
- ... ...
- Но можно же немного поиздеваться над ним, да?
- Нет.
- Брат, ну ты же видел, как он вчера издевался надо мной.
- Нет.
- Это из-за него и тебе пришлось носить женскую одежду!
Мэй Ханьсюэ помолчал немного и, наконец, сказал своему брату всего пять слов:
- ... Хорошо. Не заходи слишком далеко.
В дальнейшем Мэй Ханьсюэ часто сам искал встречи с Сюэ Мэном. Постепенно двое детей стали друзьями по играм.
Но на взгляд Мэй Ханьсюэ Сюэ Мэн был слишком глупым. В один день это был его брат, в другой день - он сам, но Сюэ Мэн никогда не чувствовал, что что-то не так, кроме того, что у него менялся настрой. Напротив, тот маленький ученик по имени Ши Мэй, который часто появлялся вместе с Сюэ Мэном, всегда выглядел так, будто улавливал, что что-то не так, и задумчиво смотрел на него.
Мэй Ханьсюэ не любил таких слишком умных людей, как Ши Мэй. А вот с теми, кто, как и Сюэ Мэн, ходит бочком, как краб, и кто не семи пядей во лбу, он любил дружить. Еще их было весело дразнить.
Единственная проблема заключалась в том...
- Тебе нельзя сегодня со мной спать!
- Э? - Мэй Ханьсюэ держал бамбуковую подушку, одетый в шелковую пижаму, со своими мягкими светлыми волосами, струящими вниз, во все глаза уставился на него, - Почему?
Сюэ Мэн злился:
- Потому что прошлой ночью ты столкнул меня с кровати! Уже забыл?
Мэй Ханьсюэ:
- ...
Разве его брат не сказал, что не будет издеваться над Сюэ Мэном? Зачем ему выталкивать кого-то с постели посреди ночи?
Мэй Ханьсюэ улыбнулся. Хотя он еще не повзрослел и внешность его пока еще была не потрясающей, в этой улыбке уже сквозил след будущего аристократа Мэй.
- Я не сделаю этого сегодня. Я буду спать с краю, и, если ты все еще не доверяешь мне, я могу лежать, придерживая тебя, пока ты спишь.
Намерения Мэй Ханьсюэ были благими. Он хотел спать с Сюэ Мэном. Если Сюэ Мэн упадет, то и он тоже упадет - близкие друзья должны разделять все горести и невзгоды.
Но проблема была в том, что мандаринское произношение Мэй Ханьсюэ по-прежнему был плохим. Он хотел сказать «лежать», но Сюэ Мэн услышал...
«Если ты все еще не доверяешь мне, я могу лизать, придерживая тебя, пока ты спишь.»
Ли... лизать?
Сюэ Мэн был шоке, потом он представил, как эта сцена могла бы выглядеть, и не мог не бросить в него тигриную подушку*:
- Ааа! Почему вы, люди с горы Куньлунь, такие извращенцы? Убирайся отсюда!!!
Именно из-за того, что молодой Мэй Ханьсюэ столько раз страдал, потому что Сюэ Мэн не понимал его заикающихся слов, он рано понял, насколько важна правильно поставленная речь. И поэтому каждый раз, как только у него была возможность, он разговаривал с заклинательницами из Центральных равнин. Девушки обычно были более терпеливы, чем юноши, и были готовы учить его, но иногда все же плакались: