Страница 37 из 80
И выходит, что эту дискету мне никак не запустить. Ибо компов тут не осталось просто физически, даже если они и были у сероногих, то явно не пережили драконацию.
Я в шаге от всесильного заклинания и вместе с тем этот шаг непреодолим. Невероятное и очень поганое чувство.
К тому же, я не прогрессор. Я всю свою жизнь был дармоедом-гуманитарием, так что не смогу «изобрести» даже обычную винтовку, даже танк с командирской башенкой, как это обычно делают попаданцы, что уж говорить о компьютере.
Да даже если бы я был программистом и инженером в одном лице, и изобрел бы компьютер — то вряд ли смог бы запустить на нем эту дискету. Ибо неизвестно еще в каком формате сохранена информация на ней, она там явно не в ворде записана, даже не в Либре Офисе…
Ну и самое главное: а толку-то от этого заклинания всесокрушающей мощи? Сероногим оно явно не помогло, конец света для этой загадочной расы умников уже наступил, и вряд ли оттого, что никто не добрался вовремя до дискеты.
Тем не менее, я на всякий случай сунул дискету в карман. Сам толком не знаю — возможно, я надеялся, что когда-нибудь все же найду в этом мире рабочий компьютер. В любом случае, от лжи императору я теперь перешел уже к воровству. Хорошенькое дельце! Эдак и до убийства человека недалеко… С другой стороны, я изначально призван в этот мир, чтобы покончить с человеческой тиранией, так что для меня это все, можно сказать, норма.
Закрыв вопрос с дискетой, я перешел к более традиционным для фэнтези-мира носителям информации.
Красивый кристалл, покрытый рунами, оказался бесполезным эльфийским свадебным украшением: текст на нем был молитвой каким-то эльфийским богам плодородия, которых просили дать новобрачным побольше богатства и потомства, причем, богов просили еще и о том, чтобы потомство родилось как можно более остроухим.
Язык, на котором была сделана надпись на хрустальном кристалле, видимо, принадлежал какому-то истребленному племени эльфов.
Массивный круглый камень, с просверленной в центре дыркой, оказался отнюдь не граммофонной пластинкой каменного века, как можно было подумать, а просто каменюгой с перечнем гномьих правителей. Судя по этому камню, правителей у гномов за тысячу лет сменилось — мое почтение, штук пятьсот точно.
На другом таком же камне был вырезан гномьими рунами рецепт верескового эля, состоявший из пары десятков ингредиентов.
Этот камень был поменьше предыдущего с именами правителей, и самое главное: влезал мне в карман кафтана, так что его я тоже решил залутать, просто на всякий случай. Я раньше даже не подозревал, что когда начинаешь воровать из секретной секции библиотеки — трудно остановиться.
Далее я занялся глиняными табличками, но на них не обнаружилось ничего интересного. Таблички принадлежали хрен знает какой расе и содержали в себе свод законов. Судя по этим законам, у неизвестной расы было аж три пола, причем один пол зачинал детей, второй их вынашивал, а третий — воспитывал, так что большая часть законов была посвящена семейной сфере. И эти законы были столь мудрены, что в них бы сломал голову даже самый крутой юрист.
Кожи, покрытые письменами, ожидаемо оказались орочьими. Правда, написаны они были не на знакомом мне языке орков, а на каком-то древнем протоорочьем диалекте. Читались они нелегко — древние орки, подобно евреям, игнорировали гласные, так что в тексте прописывали лишь согласные. Впрочем, моя системная способность понимания языков работала, как швейцарские часы, так что я бегло ознакомился с какой-то орочьей сказкой про мальчика, у которого не росли зубы, потом с какой-то не менее орочьей порнографией про пьяного орка и трех эльфиек, потом с инструкцией по борьбе с людьми.
Инструкция заканчивалось оптимистично, фразой о том, что «лучшее средство от человека — бегство от него». Но, судя по тому, что этот древнеорочий диалект ныне стал вымершим: даже бегство его носителям не помогло. Люди их уничтожили, как и многих других…
Я просмотрел еще несколько кож, но и на них содержалась лишь туфта — какие-то рецепты по поводу разделки кабана, сборник молитв от зубной боли, описания обрядов мужской воинской инициации…
Знал бы император, какая хрень у него хранится в запретной секции — давно бы уже приказал выбросить все это на помойку, а то и предать огню.
Нечто интересное обнаружилось разве что на последнем куске кожи, за который я взялся. Интересными в нем были целых два факта. Во-первых: текст на этом куске кожи был явно написан кровью. А во-вторых…
Во-вторых, текст состоял из непонятных знаков. Непонятных даже для меня!
Я на миг даже перепугался, что системные силы оставили меня, но переведя взгляд на другой орочий документ, убедился, что читать на древнеорочьем все еще могу. Не мог я читать только одну единственную кожу: вот эту последнюю, написанную кровью.
Я вперил в неё взгляд, даже напрягся, но ничего не происходило, знаки все еще оставались непонятной абракадаброй.
Лишь через пару секунд напряженного вглядывания в текст, Система наконец соизволила сообщить мне:
И всё.