Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 97 из 136

Маэстро облизнул губы, большим усилием воли запрещая себе поворачивать одеревеневшую шею. Ему это и не нужно было. Он как будто увидел со стороны и себя, и преследователей, достающих ножи и пистолеты.

И вдруг Эндерн сильно толкнул его в бок, втискивая в узкий проулок за углом кончившегося дома. Бруно сообразил с запозданием, когда уже ввалился в проем и исчез с тротуара, упал, клацнув зубами, едва не откусив язык. А Эндерн… Эндерн просто исчез. Растворился в ночной темноте, разбавленной светом фонарей.

Преследователи замешкались и не сразу сообразили, куда он делся. А когда сообразили, большой филин уже сделал над улицей круг и спикировал на одного из них, на самого крайнего. Футах в пяти над головой птица растянулась в человеческую фигуру. Оборотень обрушился каблуками туфель прямо в лицо типа и снова превратился в филина. Махнул крыльями, зависнув в воздухе, метнулся ко второму и хватил его когтями по щекам, пока тот не закрылся и не отшатнулся.

Эндерн приземлился мягко, почти бесшумно касаясь земли туфлями, и наскочил на второго, все еще не успевшего опомниться. Схватил за плечи и сильно ударил коленом под дых, вышибая из него дух. Все еще держась за него, Эндерн почти не целясь достал пяткой в ухо вставшего на карачки первого и добавил второму локтем по челюсти, а затем отскочил, уворачиваясь от ножа или чего-то острого в руке третьего. Второго согнуло от боли. Эндерн подскочил к нему сбоку и парой движений из стороны в сторону проверил нервы оставшегося противника, но сам не стал терять времени. Оперся о широкую спину и перемахнул через второго, носком туфли выбивая армейский штык из руки третьего. Тот отшатнулся, потеряв оружие, услышал щелчок тугой пружины. Напоследок он увидел футовое лезвие, торчащее из рукава оборотня. Оно и рассекло третьему лицо наискось от подбородка до виска.

Эндерн резко обернулся, поднырнул под размашистый удар второго и сам почти без замаха вогнал ему лезвие меча в печень, провернул и резко выдернул.

Первый стоял на коленях и целился дрожащей рукой из уродливо и опасно выглядящего, дымящего затравочным порохом самопала. Эндерн закрылся полуживым телом. Грянул выстрел. Второй из бандитов только хрипнул, когда пуля попала ему в спину. Оборотень оттолкнул тяжелеющую тушу и за два шага оказался возле стрелка, выбил у него самопал, схватил за сальные волосы и вогнал меч в основание шеи.

В своих ударах Эндерн не сомневался, поэтому уже бежал зигзагами к двум последним — к верзиле и целящемуся из-за него коротышке. В отличие от предшественника, пистолет у этого был настоящим.

Верзила не удержался и, когда Эндерн был в паре шагов, бросился на него, намереваясь смять. Оборотень рванулся к стене, пробежал прямо по ней и сильно оттолкнулся, напрыгивая на оставшегося без защиты коротышку. Повалил, придавил к земле и коротко ударил острием.

Коротышке очень повезло вовремя сильно изогнуть шею вместе с головой, оправдывая внешнее сходство с мартышкой, и избежать укола в глаз. Эндерн спрыгнул с него, перекатился и вскочил на ноги.

— Давай! — прохрипел он.

Гигант злобно оскалился, шагнул навстречу.

— Лысый, стоять! — окликнул с земли коротышка. Верзила послушался с покорностью выдрессированного ротвейлера. — Мужик, я все понял, понял хорошо! Хуй с ним, с Гансом, сами виноваты!

Эндерн стоял почти неподвижно, держа выпущенный меч наготове.

— Нас три дня на районе режут, — продолжил коротышка. — Модерские, сыроеды, хакиры — все! Ловят по одному-двум — и привет родителям. Мы в норе отсиделись, думали, нынче слепетнуть по-тихому, а этому мудаку присралось, что вы — модерские. Ну и вот… — он облизнул губы. — Я их, блядей таких, предупреждал — не послушали.

Эндерн обвел обоих желтыми глазами.

— Слышь, я не в претензии, — давил на жалость коротышка. — Они начали! Сам знаешь: как началось — хер остановишь. Тут или стреляй — или лягай. Давай разойдемся, как ничего не было, а?

Оборотень еще раз обвел обоих взглядом. Медленно и осторожно шагнул в сторону, сошел с тротуара, освобождая дорогу. Молча кивнул, указывая направление.

— Спасибо, мужик! — просиял коротышка и подобрал слетевший с косматой башки котелок. — Дай те бог здоровья!

Лысый верзила нагнулся и поставил его на ноги за шкирку. Коротышка сморщился, хромая на обе ноги, взялся за копчик. Верзила подхватил его снова, закинул себе на плечо и зашагал прочь.

— Лысый, бля, ты че творишь⁈ — взвизгнул коротышка, болтая ногами, но быстро сдался.

На прощанье он махнул котелком, водрузил себе на голову и тоскливо подпер ее рукой.

Эндерн проводил их глазами и стоял на дороге, пока оба не исчезли в ночной темноте. Только после этого дернул кистью, втягивая меч в ножны.

Бруно стоял, держась за угол, потирал бок и злобно поглядывал на приближавшегося Эндерна, который не преминул пнуть трупы. Даже задержался, явно раздумывая, что неплохо бы проверить их карманы, но плюнул и пошел дальше.

— Съебываем, пока кому еще, сука, чего не присралось, — скомандовал оборотень, не дав Бруно раскрыть рта.

Маэстро выразительно вздохнул и, слегка прихрамывая, пробрел за ним.


IX


— Прошу, садитесь.

— Благодарствую. Не на каждом, знаете ли, допросе такие учтивые следователи. Не напомните, как ваша фамилия?

— Моя фамилия — Гайстшписен. И вы не на допросе. Расценивайте нашу встречу как доверительную беседу.

— С явкой в приказном порядке?

— Беседу с нюансами и особенностями.

— Доверительность между нами тоже будет в приказном порядке, как оно и положено у тайной полиции? Или сразу возьметесь за дубинку?

— Эдлерхэрр…

— Нобельхэрр! Я знаю, у людей вашего сорта не принято, но все же попрошу соблюдать приличия, чины и звания.

— Виноват. Нобельхэрр, разумеется. Поймите, нобельхэрр, вас никто ни в чем не обвиняет. У меня к вам всего лишь несколько вопросов. Ответьте на них — и мы разойдемся. Возможно, даже никогда не вспомним друг о друге.

— Какие заманчивые перспективы! Ну что ж, задавайте ваши вопросы… как вас там, еще раз?

— Вы присутствовали на приеме в честь его высочества Мекмед-Яфара Мекметдина?

— Кого? А, в честь кабирского принца?

— Шаха.

— А какая разница? Не важно, впрочем. Да, присутствовал. Имел такое счастье, к несчастью.

— Не поделитесь впечатлениями?

— С каких пор следователей интересует светская хроника?