Баламут - 4

— Рат, для них это нормально: это вы, засечники, считаете рождение здорового ребенка величайшим благом на Земле и в принципе не понимаете, как можно делать аборты. А девушки, родившиеся и выросшие по эту сторону Стены, делят нерожденных детей на желанных и нежеланных…

— Так и есть! — подтвердила Катя, поймав мой взгляд. — Скажу больше: эти настолько нежеланны, что мы не откажемся от абортов даже в том случае, если ты перестанешь нас уважать. И еще: твоей вины в этом решении нет — да, оно было принято после того разговора, но, поверь на слово, что не случись его, мы пришли бы к тому же самому, просто через месяц или два…

—…и все равно сделали бы аборты… — так же уверенно продолжила ее сестра, куснула себя за нижнюю губу и озвучила еще один аргумент, который считала весомым: — Рат, мы выполняли брачные клятвы со дня свадьбы и до вчерашнего дня, хотя я имела полное право потребовать развода еще второго февраля. Говоря иными словами, относись к нам немного лучше хотя бы мужья — и мы жили бы их чаяниями до конца своих дней. А сейчас мы с Катей переполнены лютой ненавистью и жаждем избавиться от всего, что связывает с недавним прошлым! От всего, слышишь⁈

Я опустил голову и криво усмехнулся:

— Имеете полное право…

Потом поставил себя на их место. Причем ушел в свои мысли настолько глубоко, что не сразу понял, что она продолжает говорить, и успел уловить только часть фразы:

—…когда-нибудь сможешь простить…

Надрыв, чувствующийся в голосе, заставил поднять голову и посмотреть Жене в глаза, а слезы, скатывавшиеся по щекам девушки, помогли прозреть:

— Девчат, я на вас не в обиде. Честное слово! Просто привык смотреть на мир под одним-единственным углом, а перестраивать мышление достаточно быстро пока не умею. В общем, если ваше решение не изменилось, то помогу. Вернее, передам вас в руки целителей рода. Тем более, что обещал вам неделю счастливого отдыха в самом уютном Замке Империи.

— Обещания надо выполнять! Особенно такие, как это… — сквозь слезы улыбнулась она и посмотрела на Долгорукого: — Но разрешение, полученное от покойников, уже недействительно, а новый глава нашего рода почему-то молчит. Дя-а-адь Слав…

— Ох, и лиса же ты, Женька! — усмехнулся он, помурыжил девчонок очень длинной паузой, а затем озвучил решение: — Три дня на восстановление плюс неделя отдыха…

—…и день на перелеты туда-обратно… — невинно захлопав ресницами, прошептала Катя.

— Ладно, уговорили — даю вам десять дней. А потом выделю фронт работ и проверю, насколько добросовестно вы готовы жить чаяниями Империи.

— Что ж, тогда мы поехали на аэродром… — заявила Даша, поднялась с кресла, подошла к сыну и ласково потрепала его по волосам: — А ты поспи хотя бы несколько часов, а то загнал себя так, что смотреть страшно.

Не знаю, сколько души она вложила в это предложение, но государь на пару мгновений поплыл — закрыл глаза, расслабленно выдохнул и убрал с лица привычную маску. А потом пообещал отправиться спать сразу после нашего ухода.

Мы ушли буквально через минуту. А через семь-восемь загрузились в «Онегу», выехали на улицы ночной столицы и Язва, севшая за руль, втопила, как на пожар.

— А помните, как мы втискивались в арендную «Молнию»? — внезапно спросила Катя.

— Места там было — хоть отбавляй! — хохотнула Шахова. — В отличие от кабины истребителя-перехватчика, в которой мы с Баламутом первый раз поняли, что такое настоящая близость!

Я рассмеялся, а через пару секунд почувствовал трапециями чьи-то пальчики, оценил «характеристики» силуэта и вслушался в ультиматум Жени:

— Ра-а-ат, нам нужен честный ответ на один-единственный вопрос…

— Почему я вас не забрал?

— Угу.

Говорить правду не хотелось от слова «совсем», а лгать ИМ как-то не получалось. Поэтому меня бросило в жар:

— Я мутант, девчат. Да, внешне почти не отличающийся от обычного человека, тем не менее, рожденный в семье мутантов предыдущего поколения и до недавнего времени живший под магофоном Той Стороны максимальной плотности. Поэтому, как и любой нормальный засечник, смотрю на женщин через призму возможностей, урезанных особенностями организма, и никогда не заводил романов с ровесницами, так как одноразовые связи в принципе неинтересны, а нормального будущего с семьей и детьми им, увы, предложить не могу…

— А еще всегда считал себя однолюбом, но живет сразу с тремя бабами… — сварливо продолжила Язва и вложила меня по полной программе: —…до смерти боится нас потерять и, трезво оценивая свои возможности как бойца и мага, сходит с ума из-за того, что мы таскаемся с ним во все боевые выходы. Хотя в курсе, что мы ни разу не домашние девочки, далеко не подмастерья и воюем, как дышим. А еще точно знает, что это Вторжение было не последним, собирается воевать с корхами до тех пор, пока эти твари не разучатся открывать переходы между мирами, и не собирается рисковать еще и вами…

Конец ознакомительного фрагмента.