Страница 68 из 87
Левая рука фараона вытянулась перед беглецом. Уинстон врезался в нее грудью, ноги пробежали дальше, и он плюхнулся на задницу, больно ударившись копчиком.
— Куда разогнался? — спросил констебль.
Уинстон удивился, с чего бы констебль так грубо задерживал партийного. Но тут же вспомнил, что он, собираясь за город, оделся попроще.
Подбежали Костюмы.
— Он наш! — крикнул Фил.
— Смотрите, кто пришел! Костюмы! — с наигранной радостью воскликнул констебль, — Вы не заблудились, парни? Белгравия не ваш район.
— Договоримся, — сказал Мэтт, переводя дыхание.
— В участке с инспектором будете договариваться. Этого я забираю, — констебль указал дубинкой на Уинстона.
— За что? — опять влез Фил.
— За мелкое хулиганство и оскорбление при исполнении. Устроит?
— Офицер, пожалейте нашего друга, — сказал Мэтт.
— Зачем?
Старший не нашелся с ответом.
— Беги, дурак! — крикнул Фил, — Тебя же расколют! Жить надоело?
Мэтт пихнул Фила кулаком в бок, а констебль ухмыльнулся.
Уинстон вскочил, получил по спине дубинкой и снова упал. Фил подхватил его и потащил за собой. Мэтт попытался преградить путь констеблю, но полисмен снес его в два удара.
Беглецы не успели оторваться и на десяток метров. Констебль метнул дубинку, попал Уинстону между лопаток, и тот снова упал.
Фил встретил полисмена в боксерской стойке. Тот провел ложный кросс левой в лицо, пригнулся под ответным ударом и вбил правый кулак в низ живота на уровне ширинки. Отшвырнул Фила, еще раз ударил Уинстона по спине левой и подобрал дубинку правой.
Мэтт как раз подбежал и тут же получил хлесткий удар дубинкой по правой кисти и тычок в лицо. Шагнул назад, оступился и упал.
Констебль достал наручники и из троих подозрительных типов выбрал самого важного. Беглеца.
В участке полисмен провел задержанного мимо дежурного без всякой регистрации сразу в комнату для допросов. Обыскал и выложил вещи из карманов в лоток на столе. Уинстон порадовался, что положил револьвер в сумочку Бонни.
— Меня очень интересует, кто ты такой, что Костюмы едут в чужой район и отбивают тебя у полиции, — сказал констебль.
— Это ошибка, — ответил Уинстон, — Я простой служащий в Министерстве Изобилия. Они меня с кем-то перепутали.
— Врешь! — констебль ударил задержанного по уху открытой ладонью.
Уинстон свалился со стула.
— Вставай, сукин сын. Служащий он, как же. Завтра, то есть, уже сегодня, рабочий день, а ты с бандитами по улицам бегаешь.
— У меня личные дела.
— Какие?
Вопрос поставил Уинстона в тупик. Что он мог делать у бывшего военно-морского общежития, если не говорить про Бонни? И почему это нельзя было сделать днем?
— Что, не придумал сказку? — констебль рывком поставил его ноги и отвесил пощечину.
Уинстон молчал.
В комнату зашел инспектор. Констебль вытянулся и щелкнул каблуками.
— Вольно, — сказал инспектор.
— Вы тут прямо живете, сэр, — со слабо скрываемым недовольством ответил полицейский.
— Стоит отойти на шаг, и вы начинаете заниматься онанизмом вместо работы. Что тут у тебя?
— Жулик или вор.
— Я не вор, — начал Уинстон, и констебль ударил его поддых.
Оба полицейских говорили как шотландцы. Констебль, скорее всего, родился в Лондоне, а инспектор приехал сюда когда-то давно. Кто другой не заметил бы, но профессиональный лингвист такие вещи замечает, не задумываясь. Тем более, что прошотландские настроения в Скотланд-Ярде давно уже вошли в лондонский фольклор.
Когда бюрократическая структура становится достаточно большой, в ней заводится отдел кадров. Когда она увеличивается, кадров требуется много, а кадровики становятся очень влиятельными фигурами. Настолько, что иногда не осознают масштаба своих действий.
На флоте любимым развлечением кадровиков было группировать подразделения по фамилии. Уинстон, например, попал в экипаж, где половина личного состава носила фамилию Смит. На другом корабле служили Short и Long, Armstrong и Weak, Black, Brown и White, Fox и Wolf. На третьем для капитана Ace подобрали старпома King и командиров боевых частей Queen, Jack, Straight и House.
Да, слова King и Queen в свое время не стали выводить из повседневного обихода только благодаря игральным картам. По легенде, первый Министр Правды сказал «Может быть, еще карты переименуем?» с таким видом, будто карты это что-то священное и нерушимое. Подчиненные тогда решили выслужиться и подчеркнуть, что многократно встречающиеся в топонимике и фольклоре King и Queen это отсылки не к бывшим руководителям государства, а к любимым играм товарища Министра. Но идея демонархизации осталась, и энтузиасты пришли с ней к следующему министру, не картежнику. Тот ответил «Может быть, еще шахматы переименуем?», и часть повторяющейся топонимики перешла с четырех мастей на два цвета.
Если уж вспоминать про шахматы и язык, то слово Bishop удержалось в английском только благодаря им. Параллельно демонархизации проходила кампания по секуляризации, и из словарей вычеркнули значение «священнослужитель», оставив только «шахматная фигура».
Лет тридцать назад кто-то в отделе кадров Министерства Любви решил, что будет очень забавно отправлять в Скотланд-Ярд, «шотландский двор», всех шотландцев, претендующих на должности в правоохранительных органах. С тех пор в ряды умников шотландцы практически не попадали, что заметно усилило ирландское лобби. Зато в лондонской полиции их становилось все больше. Настолько больше, что весь остальной многонациональный океанский народ, живущий в Лондоне, это начало сильно беспокоить.
Понаехавшие сотрудники сначала везли с собой семьи. Потом выписывали всю остальную родню и помогали устроиться всем, способным держать дубинку. Поскольку условия службы оставались довольно жесткие, многие не выдерживали и уходили. Но не покидали Лондон. Так под «крышей», а местами и прямо под крышей полиции образовывалась новая криминальная структура.
— Что он натворил? — спросил инспектор.
— Его вели Костюмы. Приехали за ним в чужой район. Я спросил у них документы. Так, на всякий случай. Этот побежал, а Костюмы полезли в драку.
— Они совсем обнаглели? — инспектор искренне удивился.
— Абсолютно. Выдал им горячих, но пришлось выбирать, кого тащить в участок, этого или Костюмов.
— Он что-то сделал?
— Вот, допрашиваю.
— То есть, он не сделал ничего незаконного, но ты задержал его?