СКАЖИ НА МИЛОСТЬ

— Ну, ты же знаешь Майлза. Он мудак, но мы ближе всех, потому что работаем вместе.

— Я в восторге от его предстоящей свадьбы, — шучу я, и Чейз фыркает.

— Следующий, наверное, Лиам. Он живет немного севернее отсюда и является профессором литературного творчества. Он довольно затворник, и, как старший, делает дерьмовую работу, будучи мудрой старой душой, которой мы все жаждем. Но мы общаемся несколько раз в месяц. Еще есть Малакаи, пастор. Он взял все, что было не так в нашей семье, и все изменил. Я думаю, он увидел, какими мы все стали, и решил сделать прямо противоположное нам.

Я смеюсь.

— А Орион — самый младший. Ему все еще за двадцать, он все еще ходит на вечеринки и слишком много пьет. Сейчас он безработный, но мы все стараемся следить за ним как можно лучше.

— Значит, вы все довольно близки?

Он кивает. — Ага. Я имею в виду, насколько мы можем быть близки, учитывая, что мы потомки Чарльза Рейвэджа.

Готовлюсь к следующему вопросу. — А твой отец?

Чейз пожимает плечами.

— Он все еще зализывает свои раны, переезжая из поместья в поместье по всему миру. Я думаю, что он в настоящее время отсиживается в Париже. Майлз все еще разговаривает с ним. И я думаю, что Орион до сих пор иногда его видит. Поскольку наша мама снова вышла замуж, когда Орион все еще жил дома, он не получил полного опыта Чарльза Рейвэджа. Его отчим хороший парень. У него есть дочь Лейла, так что Орион получил столь необходимую женскую энергию.

Он отстраняется от меня и пытается отпереть машину на моей стороне. Сегодня это новая модель, какой-то причудливый зеленый внедорожник Bentley с золотыми акцентами. Он открывает мою дверь и поворачивается ко мне лицом.

— Но Лиам, Малакай и я давным-давно решили разорвать с ним отношения.

Я проскальзываю на маслянистое кожаное сиденье, когда он подходит к нему. Как только он забирается внутрь, я поворачиваюсь к нему лицом.

— Я хотела спросить тебя… почему твои братья были на моей помолвке? — спрашиваю я, улыбаясь, когда он смеется.

— Я сказал Джексону, что если я заплачу за твою помолвку и свадьбу, то самое меньшее, что он может сделать, это пригласить их. Я никогда не ожидал, что все они появятся.

Он включает музыку, пока мы едем обратно в его квартиру. Я была там с вечера четверга, и мы почти не выходили из спальни. Завтра понедельник, а это время суеты для моей диссертации. У меня есть месяц до срока, и тогда я смогу сосредоточиться на всем остальном. Как только мы подъезжаем к гаражу Чейза в нескольких кварталах, я поворачиваюсь к нему лицом.

— Что произойдет, если этой осенью мне предложат место в университете в другом штате?— спрашиваю я, нервно скользя руками по джинсам, чтобы высушить их.

Он подъезжает к одному из своих мест и глушит двигатель.

— Тогда ты принимаешь это. Если условия тебя устраивают, то да.

Я закусываю нижнюю губу, когда он открывает дверь и подходит ко мне. Когда он открывает ее, я выпаливаю первое, что приходит на ум.

— Но что происходит с нами? Если мне придется переехать в Висконсин, Пенсильванию или еще куда-нибудь?

Чейз стоит у моей двери, обдумывая мои слова, и я не могу не восхищаться тем, как его белая классическая рубашка туго облегает его грудь и как темные джинсы, черный блейзер и черные кожаные ботинки каким-то образом дополняют его фигуру.

— По словам Лиама, это большая вероятность. Насколько я знаю, и поправь меня, если я ошибаюсь, но когда дело доходит до академических кругов, ты не можешь быть придирчива к местоположению.

Он не понимает моего вопроса…

Я глотаю. — Я знаю. Но что будет с нами , если мне придется переехать в Висконсин?

— Тогда, я думаю, мы переедем в Висконсин, — просто говорит он, глядя на меня, приподняв брови, уверенно глядя на меня своими яркими светло-голубыми глазами. — Паркер, нет никакой версии моего будущего без тебя. Так что, если нам нужно переехать, мы переедем.

— Но твоя работа…

— Я могу выполнять свою работу удаленно, — спокойно говорит он мне, его губы приподнимаются в легкой успокаивающей улыбке. — И летать в Калифорнию, когда это необходимо.

Мое сердце колотится, и я хочу быть уверен, что он знает, во что ввязывается.

— Но мы встречаемся всего… меньше недели, — выпаливаю я.

Чейз улыбается мне одной из своих сногсшибательных улыбок, той, что тянет его ямочки на щеках и делает его чертовски молодым.

— Верно, но я люблю тебя уже восемь лет.

Он хватает меня за руку и помогает выбраться из машины. Мне нравится это — то, как он всегда заботится обо мне, прикасается ко мне, следит за тем, чтобы со мной все было в порядке… Я глотаю эмоции, подступающие к горлу, ожидая, когда же вырвутся наружу. Ведя меня к лифту, я все еще размышляю над его словами.

Я люблю тебя восемь лет.

Я люблю тебя восемь лет.

Я люблю тебя восемь лет.

Когда я поднимаюсь на лифте, Чейз наблюдает за мной. Я знаю, он привык к тому, что мой разум творит чудеса, привык к тому, что я все обдумываю. Когда мы подходим к «Пентхаусу», я хватаю его за руку и сжимаю ее один раз в знак молчаливой благодарности. Когда двери распахиваются, он тянет меня вправо, от кухни к той части квартиры, которую я еще не исследовала.

— Куда мы идем? — Я спрашиваю.

— Вот увидишь, — говорит он, весело глядя на меня сверху вниз.

Мы поворачиваем за угол, и я вижу перед собой залитый солнцем двор. А во дворе…

— Мистер Петух, — выдыхаю я, ухмыляясь, открываю дверь и выхожу наружу.

По двору скачет большой петух, и хотя я никогда не думала, что скажу такое о петухе, я смотрю на Чейза и говорю: — Он прекрасен.

Чейз кивает и подходит к животному, поглаживая его по голове.

— Это дикий петух Кауаи, — объясняет он. — Никто не хотел его после моего отца…

Он умолкает. — В любом случае, он был моим приятелем много лет. Их нормальная продолжительность жизни составляет от пяти до восьми лет, но он у меня уже более десяти лет.

Я вижу бирюзовый хвост и красные и желтые перья. — У него есть имя?

Чейз усмехается. — Я стал называть его мистер Петух.

Я поворачиваюсь к нему лицом, когда мистер Петух громко кукарекает. Я подпрыгиваю, широко раскрыв глаза, смотрю на Чейза.

— Я думала, он не кукарекает? — спрашиваю я, переводя взгляд с петуха на Чейза.

Чейз пожимает плечами, глядя на причудливый курятник, когда из него выходит маленькая курица. Должно быть, она той же породы, что и мистер Петух — у нее такие же оранжевые и бирюзовые перья.

Чейз засовывает руки в карманы и подходит ко мне, а я смотрю, как два зверя расхаживают по их большому двору.

— Оказывается, ему просто нужна была курица. Не переставал кукарекать с тех пор, как я представил миссис Цыпленок. Петухи, без моего ведома, предпочитают заботиться о стае. И доминировать, — бормочет он.

— Думаю, у нас есть что-то общее, — добавляет он, его улыбка становится шире, когда он подходит и обнимает меня.

— Почему бы нам не войти внутрь, хорошо? — мурлычет он, его намерения очевидны.

Я извиваюсь в его объятиях и ухмыляюсь, обвивая руками его шею. — Куда бы я ни пошла этой осенью, нам нужно убедиться, что у нас есть место для них, — говорю я, вставая на цыпочки и целуя Чейза в губы.

— Я уже думал об этом, Паркер, — говорит он мне в губы.

— Возможно, нам есть о чем поговорить, поскольку мы встречаемся меньше недели, и мы оба сказали: «Я люблю тебя», — шепчу я. — Как будто мы делаем все наоборот.

— Я знаю. И мне плевать на то, в каком порядке мы будем это делать. Потому что прямо сейчас все, чего я хочу, это затащить тебя в свою спальню и трахать до тех пор, пока ты не забудешь свое имя, — рычит он, притягивая меня к себе.