Страница 137 из 137
Я заканчиваю втирать лосьон в ее синяк.
— Тебе следует вернуться ко сну, — бормочу я. — Это поможет.
— Что, если это не сработает? — спрашивает она тихим голосом.
Я провожу пальцами по ее длинным волосам, натягивая на нее одеяло, чтобы ей было тепло.
— Тогда мы попробуем еще раз в следующем месяце. И через месяц. Пока ты не разбухнешь от следующей наследницы Рейвэдж, Джульетты, — шепчу я, убирая ее волосы с ее спины. — И если это никогда не сработает, тогда мы вместе придумаем наш следующий шаг. Ты же знаешь, я открыт ко всему. Усыновление тоже.
Она улыбается и издает довольный вздох.
Это версия моей жены, которую я люблю больше всего.
Измученная и бескостная от того, что целый день доставляла ей удовольствие, уязвимая, полусонная, такая доверчивая и готовая принять мою помощь и мои нежные слова. Именно поэтому, когда она полностью отдается мне, я вижу все, в чем она идеальна для меня. Как мы чертовски идеально подходим друг другу.
Вот почему я женился на ней через три месяца после того, как мы начали встречаться. И я бы женился на ней раньше, если бы мог. Я бы согласился на это в тот день, когда она приехала в замок, желая поиграть.
В тот день она предложила мне себя, и я все это принял.
Так же, как дракон, копящий свое золото.
И теперь она была готова создать нашу семью.
Здесь, в Северной Калифорнии, почти четыре года работы профессором и шесть месяцев после покупки дома нашей мечты в глуши. Джексон забрал дом их детства со своим нынешним мужем Марком, поэтому для нас имело смысл пустить корни рядом с ее работой. Кроме того, у нее всегда будет дом, куда можно вернуться, раз уж там живет Джексон.
Я до сих пор не уверен, как все получилось так идеально, но это произошло.
И я всегда буду благодарен за это. Для нее. За то, что дал мне второй шанс.
— Чейз? — спрашивает она, протягивая мне руку.
Я переплетаю свои пальцы с ее.
— Да, любовь моя?
Я ложусь рядом с ней так, чтобы мы смотрели друг на друга.
— Скажи мне еще раз, — говорит она, улыбаясь. Голос у нее сонный.
Я притягиваю ее ближе, так что ее тело прижимается к моему, кладу подбородок ей на макушку, а мои руки обнимают ее грудь.
Я смеюсь.
— Это был список плюсов и минусов, который официально меня убил, — шучу я, и она издает небольшой смешок.
— Я серьезно. Скажи мне еще раз, что ты хотел сделать той ночью.
Ей нравится расспрашивать о той ночи, когда она все еще была в запасе. Я полагаю, если заставить ее размышлять над моими словами в течение восьми лет, это сделает человека. С тех пор я извинился миллион раз.
— Ты точно знаешь, что я хотел сделать той ночью, Паркер, — говорю я ей, проводя рукой по ее животу и прижимая ладонь к ее коже.
И я ей говорю.
Я не упускаю никаких подробностей, поскольку я делюсь самыми глубокими, самыми темными желаниями, которые у меня были к ней, когда она попросила меня лишить ее девственности. К тому времени, когда я заканчиваю с гипотетическим сценарием, она садится и оседлала меня, опускаясь на мой твердый член и задыхаясь, когда я переплетаю свои пальцы с ее пальцами.
Я не прошу доминировать над ней.
Я позволяю ей взять на себя инициативу, пока она двигает бедрами, получая ее собственное удовольствие, а я сразу после этого преследую свое. И пока моя жена задыхается на мне, я прижимаю ее к себе, пока она засыпает. Я не лгал, когда сказал ей, что никогда не отпущу ее.
Она была моей и всегда будет.
Дракон и его принцесса.