Страница 53 из 82
Вроде бы красота. Вроде бы всё вокруг прекрасно — попал в тропический рай… Вроде бы. Однако что-то смущает. Повёл носом — ну, точно, лёгкий запах протухшей рыбы портит приятную картину. И, сдаётся мне, тянется он как раз с той стороны, где сейчас идет бой.
— Давай, красавица, поспешим, — шепнул я собаке. Радостно гавкнув, она прибавила скорость.
В голове кружился привычный хоровод мыслей. Во-первых, я твёрдо решил повременить с пробуждением Крыла-один и отправкой осколка надгробия в Саутз, как мы изначально планировали. Слишком уж легко местные аборигены сбили Мыша-два. Не стоит считать, что береговая охрана острова наёмников сработает хуже. А меньше всего я сейчас хочу, чтобы камешек с моей энергией посмертия попал в руки какого-нибудь бога.
Думал я и о том, что, возможно, стоит закопать осколок надгробия где-нибудь на этом острове прежде, чем я вступлю в бой с неизвестным мне врагом. Если вдруг убьют, то смогу возродиться тут же. Ну, или перенестись сюда позже, с подкреплением…
Но решил, с одной стороны, не рисковать, оставляя без защиты свою точку возрождения, через которую к тому же можно найти другие. С другой же стороны, наоборот, рискнуть — если выйду из боя без потерь, разберусь с тем, что из себя представляют лягоиды и заберу Талла, то мне уже не потребуется возвращаться на этот остров. Или… В любом случае, так будет правильно, а потом посмотрим.
И всё-таки, что здесь делал Талл? Судя по его словам, он наёмник. И, должно быть, весьма успешный, раз в Трикуни прикрывался дипломатической миссией, чтобы проникнуть в город. Рядовому служителю меча и звонкой монеты вряд ли бы доверили столь тонкое дельце.
Так почему этот парень оказался здесь? Ещё и в такой нелепой позе…
Поток мыслей резко оборвался — мы уже какое-то время неслись по песчаной косе и теперь, повернув, увидели… истлевшее море.
Смрад становился сильнее, до слуха всё отчетливей доносились звуки битвы — глухие удары, стоны, крики и щёлканье клешней. Велла бесстрашно рвалась вперед, я же вглядывался в даль.
Я видел возню, развернувшуюся метрах в трёхстах от нас: несколько десятков полутораметровых воинов с палками и подобиями копий бились против громадных тёмно-серых крабов, ещё каких-то тварей, напоминающих крокодилов, и морских змей, к счастью, не столь огромных, как тот, что был в моём видении во время ритуала. Я окончательно убедился, что передо мной истлевшие морские обитатели. Они отличались от своих лесных товарищей: внешнее проявление тления у волков, медведей и пауков едко-зёленого цвета, а у этих же было ближе к чёрному.
Отличались не только твари, но и сами мёртвые земли. Хотя в этом случае правильнее было бы сказать «воды». Я отчётливо видел, как широкая чёрная полоса делит море надвое. Вода в ней была мутная, покрытая тиной, а в воздухе стеной стоял чёрный туман.
Я остановил собаку, чтобы повесить на нас перед боем «Спокойствие Тьмы» и вновь запрыгнул ей на спину. Скачка продолжилась.
Расстояние, отделяющее нас от сражающихся, стремительно сокращалось. Я уже мог лучше разглядеть монстров, видел, что их тела местами покрывает чёрная слизь или даже гниль, а на песок под ногами тварей капает чёрная мерзкая жижа.
Запросил информацию о ближайшем ко мне противнике.
— Г-р-р-а-а!!! — рявкнула Велла, ударом лапы сбив до единички ХП монстра. Собака не стала тратить время на добивание, оставив это дело изумлённому лягоиду пятьдесят третьего уровня, до нашего появления сражавшемуся с истлевшим.
— Друзья! Мы на вашей стороне!!! — во всю глотку заорал я, спрыгнув на песок и материализовывая оружие. — Нас попросила о помощи ваша матриарх!
Рядом со мной оказался краб сорок восьмого уровня. Почувствовав внутри себя потоки энергии, я пропустил их через древко да зубья тришулы и с шагом вперед нанёс противнику мощный восходящий удар.
Чёрный дым окутал лезвия моего оружия, без труда пробившие грудь гигантскому членистоногому. Краб дёрнулся, крякнул, а через мгновенье из его спины вылетели три чёрных столба, ударившие в находившихся поблизости истлевших.
Едва я выдернул трезубец из тела краба, из его раны тут же хлынула чёрная разжиженная, словно разбавленная грязной водой, кровь. Я без проблем увернулся, но едкой дряни было больше, чем с лесных истлевших, а песок, на который она попала, вдруг начал превращаться в крохотное болотце.
Сражаться один на один с неразумным противником, уступающим тебе по всем параметрам — плёвое дело. Вроде бы ничего интересного, но, нанеся первые два удара, я расплылся в довольной улыбке. Чёрт подери, как же мне этого не хватало! Кажется, будто я уже целую вечность не брал в руки оружие, хотя на самом деле прошло всего пять дней. Последний мой бой был с Лейдом, до этого мы сражались под Ильентой против бойцов Цунтера. Сражения с людьми не доставляют той радости, что приносит бой против истлевшей твари. Всё же люди — разумные. Да, они враги, да, мы в жестоком мрачном мире, но маячащая где-то на периферии сознания морально-этическая сторона подобной битвы не позволяет получать удовольствие от процесса. Другое дело — монстры. Бестолковые куклы, выполняющие волю своих матерей.
Всё просто: передо мной враг всего живого. И ещё какие-то слова здесь ни к чему.
Наши с Веллой персоны тут же привлекли к себе внимание врагов, численно превосходящих лягоидов минимум в два с половиной раза. Вот уже трое монстров окружили собаку, а на помощь моему противнику-крабу спешили ещё один членистоногий, два змея и та тварь, что напоминала крокодила. Мельком взглянув на его длинную чёрную (метров шесть, не меньше) тушу, стремительно перебирающую могучими лапами по песку, запросил информацию:
Я успел ударить своего краба вилами ещё раз и, сильно оттолкнувшись от земли, под небольшим углом перелетел через него.
Пожалуй, впервые почувствовал «Лёгкость», которую я выбрал направлением в «Акробатике». Мне и раньше без особых усилий удавалось прыгать, теперь же тело будто превратилось в стремительную рапиру — выпад, и враг уже мёртв, даже не заметив этого.
Да, моя «Лёгкость» уж точно не сравнится с лёгкостью перышка, плавно покачивающегося на ветру.