Страница 132 из 846
Ты, Газель, моя подруга, чтоб в миру не утонул
34 238. Ты, Газель, моя подруга, чтоб в миру не утонул,
Выбравшись из дебрей круга, Бога снова помянул…
34 239. В Нём Одном — моя удача, вымолвить одного могу
Это проще и тем паче, лишнего чтоб не взболтнул.
34 240. А любовь так мимолётна, это тоже знаю я,
Отдалившись космолётно, что давно уж упорхнул.
34 241. Речи эти не пугают, кто словесно был силён,
Остальные толк не знают, хоть спряжением вздремнул.
34 242. Это тоже понимая, упрощая ход опять,
Всё на месте оставляя, так Хозяин подмигнул.
34 243. Здесь-то можно, нет обмана, хоть народ не понимал,
Криво где, где было прямо — всё равно опять свернул…
34 244. И не я судьёй им буду, я в тайге своей живу,
Мегаполисову чуду предпочтя Его посул…
34 245. Нет печали и страданий, хоть от них давно устал,
Видно, стал уже привыкший — ветер Северный подул.
34 246. Чтоб штормами, холодами отцепить уж навсегда,
Пусть, и Мэгги засмеётся, что опять своё я гнул.
34 247. Холода пошли на пользу, ведь жары не другом был,
Хоть не мишка бело-вредный льдом спагетти заглотнул.
34 248. До чего же ты упрямый был и есть всегда, Сахъуá,
То сказал давно и прямо — землю выбрал, а не стул…
Мэгги, что — Сакрадеми… Как легко всё прояснилось…
34 249. Мэгги, что — Сакрадеми… Как легко всё прояснилось…
Долго билось и металось, наваждение закрылось.
34 250. Наконец, ты — поумнел. Пусть, того — не ожидали.
Значит, Боже пожалел. Елью не берёза взвилась…
34 251. Образов ненужных рой, что давно поднадоел,
Очень просто отсекался — Небо Милостью пролилось.
34 252. Мир давно ушёл куда-то, позабытым я остался,
Сердце бедное вдвойне радость чувствует, забилось…
34 253. Без иллюзий жить легко, хоть немногим достаётся,
Субмариной далеко в Океане бурном плылось.
34 254. Только тяготы любви, что тебе опять достались,
Не находят визави, всё сомненье растворилось.
34 255. Снова всех ты обхитрил, хитрость вкуса хоть не знаешь,
Вкусом хитрости кто жил — всё под ними обломилось.
34 256. Бог — был Лучшим Хитрецом, зверь на голову другую
Тяготы переложил, так Хафúзом говорилось…
34 257. А, раз, так — окончен бой. Окончательный и главный,
Маршал в деле будет славный. Армия вся отличилась.
34 258. Как легко идти туда, где нет цели притяженья,
Чтоб попутчиков лихих утомленье прекратилось.
34 259. Рифмой снова ты хитришь, смысла дела не теряя,
Чтоб, вконец, Сахъуá, тобой мира боль вся позабылась…
Мэгги, Мэгги, чудо-Мэгги… Саншайн-регги, будет блюз
34 260. Мэгги, Мэгги, чудо-Мэгги… Саншайн-регги, будет блюз.
Как Италий побережье гонит ветром в этот шлюз.
34 261. Чтоб один не оставался, чтоб народом не мельчал,
Труден путь тебе достался, непосильным был твой груз.
A S — S A F Í (vol.2,8). ТWO IMÁMS and SOD (II). Книги 5, 6 и 21. Газели 126–400
191
34 262. Чтоб всех сказок интересней стал бы былью твой рассказ,
Чтоб Япония-Кавказ. Станет в деле Даусуз*…
34 263. Смысла дела не теряя, никому не сообщив,
Океаном уплывая — выбрав Ветру нужный юз.
34 264. Чтоб запутать заплутавших, клином клин чтоб зашибить,
В жизни дело повидавших успокоить. Сиракуз
34 265. Брать уже нам не придётся, Архимедову Страну,
Математика-царица, не колодой вышел туз.
34 266. Стать спокойным, неприступным. И забытым властью лет,
Игроком на бирже крупным, чтоб не вышел вновь конфуз.
34 267. Даже так. Всё милым стало. Грусть-печаль навек ушла,
В сердце не найдя причала, не почувствовав укус.
34 268. Толстокожих не прокусишь. Сам готов был укусить,
Сталью всё булатной стало, а лежал когда-то брус.
34 269. Сколько раз, Коран читая, до Пещеры доходил,
Серединой отрицая, до и после был что Джюз*.
34 270. Ты, Сахъуá, стал как заказник, заповедная земля,
Заповедником не сбылся, всё-таки, найдя свой Буз*…
Мир Газели — громогласен, чтобы дело начинать
34 271. Мир Газели — громогласен, чтобы дело начинать,
Лицемеру был опасен, коему не продолжать.
34 272. С Мэгги был всегда согласен, ведь она печаль моя,
В сердце свет её тая, буду в жизни всё рубать.
34 273. С Мэгги был и я прекрасен, раскрасавицей моей,
В бесконечность Божьих дней, чтобы счётом не считать.
34 274. С ней ушёл из этих басен, где побасенками жил,
Свет той девушки вскружил голову, чтоб понимать…
34 275. Был Газелью продубасен, слов таких насочинял,
Чтоб лингвист не проклинал, впредь чтоб лексик не менять.
34 276. Без неё был мир ужасен даже мне, что Чудищ царь,
Заглянула в этот ларь, чтоб любовью оживлять…
34 277. Был давно огнеопасен, потушила ярость враз
Мэгги чудная, вот сказ, чтобы Оскаров вручать.
34 278. Мир подлунный был не красен без тебя, моя любовь,
Что пробудит Светом кровь, чтоб поставить Ту печать…
34 279. С милой в мире распрекрасен станешь ты, Сахъуá теперь,
Хоть по-прежнему был зверь, чтоб в Сакрадеми звучать…
Газели 266–280
Среди яблонь, тополей — Милая моя милей
34 280. Среди яблонь, тополей –
Милая моя милей…
34 281. Что берёзою зовётся
Среди Божьих в мире дней.
34 282. Сам бетýла называю
Я её среди ночей.
34 283. Чтоб однажды мне проснуться
Рядом с миленькой моей.
34 284. Чтоб от мира отвернуться,
Ужасает всё сильней.
34 285. Потому хотел я Мэгги
Радостью в душе своей.
34 286. Чтобы Бога состраданья
Мне достичь, Ему видней.
34 287. Чтоб в её я радость тоже
Превратился бы быстрей…
34 288. Чтоб Газелью стал моложе
Я Ширазскою скорей…
34 289. Чтоб, Хафúзу угодивши,
Мастеру кручины всей,
34 290. Мог в Сакрадеми влюбиться,
Как под стать — лишь только ей…
«Чтоб перлом редкостным никто подделку не считал»
34 291. «Чтоб перлом редкостным никто подделку не считал»*,
Из бирюзовых волн морских я Мэгги доставал…
34 292. «Доступен жемчуг должен быть для множества людей»*,
Над жемчугами властен я Хафúза волей стал.
34 293. Ну, что ж, был знатный Ювелир всегда в мечте моей,
Хотя той участи себе ни разу не взалкал.
34 294. Дороги строил и мосты, щебёнку подносил,
Каменьев этих дорогих зверь в жизни не видал…
34 295. Да Бог решил и не спросил, Ему подвластно всё,
«Пылинкой маленькою чтоб на солнце заблистал».
34 296. И в Мастерство преобразив всей юности порыв,
Чтоб в старости таким же был, не потеряв запал.
34 297. Но как же Мэгги-красота на это снизошла?..
Ведь не видал таких сей мир — и в мыслях не искал…
34 298. Она — прекрасна, спору нет, царевной молодой,
Чтоб Елисей её опять в пещере разыскал…
34 299. Чтоб образов Восток пришёл и, в блеске воссияв,
В той Мэгги грань свою обрёл — и Запад отыскал.
34 300. Но я, везунчик больше всех, тихонько в стороне
Стою давно и вдаль смотрю, чтоб взор мой отдыхал.
34 301. Чтоб Мэгги, пожалев меня, улыбкою спасла,
Чтоб впредь Сахъуá «сей мир забыл и боле не мечтал» …
«Разгладь морщины на челе в счёт нашей новой встречи…»
34 302. «Разгладь морщины на челе в счёт нашей новой встречи:
Ведь я с тобой ещё не вёл беседы откровенной!»*
34 303. «Прав был Джамшúд, а не Бахрáм»*? Хафúзу вновь виднее…
Сияет в вечность небосклон звездою незабвенной.
34 304. Чтоб не сбивались мы с пути, что слабые, и зреньем
Не лучшим для себя опять впотьмах в сей жизни тленной
34 305. Смогли бы Правду отыскать, что редкого посола,
Её шеф-повар отрядил всей пряностью отменной,
34 306. Что на Востоке лишь росла. Отсюда — все Пророки.
И речь Востока лишь была в той тайне сокровенной.
34 307. Что знают про неё сейчас от жизни горемыки?
Что в очереди бьются вновь всё в той же вновь пельменной.
34 308. Чтоб тавтологией пути, обрёкшего в страданья,
Найти не смог бы всяк чужой в константе переменной.
34 309. Чтоб сбить? Нет, чтобы оградить ненужного соседа,
Что приблудился здесь и спит в постельке негой N-ной.
34 310. Был ты жесток и вновь такой, что в сердце изменилось?
А разве перемен я ждал меж Раем и геенной?
34 311. Так, всё не страшно под луной? И так — над Небесами?
Коль не увидишь ввек себя — пускай, и высоченной
34 312. Сосной иль пылью, что во мгле растаяла навеки, –
Тогда, Сахъуá, сумел найти ты Мэгги во вселенной…