Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 38 из 74

Глава 13

Монах Василий не смог бы пройти на мою территорию с помощью своих способностей. К тому же такое появление могло бы рассматриваться мной как попытка давления, и о разговоре в этом случае можно было бы забыть.

В глазах общества Януса Двуликого я все-таки всего лишь мальчишка. Пусть и с неким потенциалом, однако относиться ко мне нужно, как к мальчишке. А потому на рисковые шаги вроде открытия портала где-то в глухом лесу Красноярского княжества и внезапное появление в городе монах Василий не пошел.

Именно по этой причине новый визит Хранителя сперва получил согласование на высшем уровне. Несмотря ни на что, Кремль и все министерства продолжали свою работу. Хотя свободного перемещения в сердце страны больше не было — наши роботы вытеснили придворных. Территорию патрулировали неусыпные «Стражи», поддерживаемые мобильными блокираторами. Под контролем опричников в Кремль завозили рабочих и стройматериалы — Игорь Михайлович решил приступить к усилению защиты немедленно, и его желание исполняли со всем рвением.

Так что с момента моего звонка прошли сутки, прежде чем монах оказался на моем пороге. С официальным визитом.

Мы разместились в малой гостиной на первом этаже особняка. Прислуга расставила тарелки с разнообразными закусками, приготовила и вино, и чай с кофе. А закончив приготовления, мои подданные оставили нас наедине.

Василий устроился в мягком кресле и, орудуя щипцами, наполнил свою чашку сахаром едва ли не до половины. Только после этого плеснул себе чая. Похоже, мастер телепортации знатный любитель сладкого. Или же его способности требуют огромного количества калорий, что больше похоже на правду.

— Итак, Дмитрий, — заговорил он, когда закончил размешивать сахар и отложил чайную ложку на блюдце. — Предлагаю начать с самого главного. Если ты, конечно, не возражаешь?

Приподняв седую бровь, он посмотрел на меня своими бесцветными глазами, ожидая реакции. Я уже замечал такой его взгляд — изучающий, чуть насмешливый. Так не смотрят на равного, только на более молодого и менее опытного. Судя по этому взгляду, монах не воспринимал меня всерьез.

— Да, так будет лучше, — подтвердил я, держа в руках чашку кофе.

Хранитель полез за пазуху и вытащил наружу небольшой медальон. Несмотря на то, что предмет выглядел как самое обыкновенное украшение, я без труда понял, что передо мной не просто артефакт, от которого расходились едва уловимая волна магии.

Главным была техническая начинка устройства. До боли знакомый почерк — такое ощущение возникает, когда ты видишь работы одного и того же художника. В моем случае передо мной была разработка Лю Хуаня. Успешно маскирующаяся под красивый, но все же всего лишь медальон.

Пожалуй, первое действительно вещественное доказательство вмешательства моих бывших коллег в историю этого мира. Медальон я мог потрогать, разобрать и воссоздать при некоторых условиях. А вот магическая система с надстройкой Хранителей — пока что вне моей досягаемости, и повлиять на нее я не могу.

Что ж, значит, на этой Земле присутствуют предметы из моего мира. Или созданные сразу в этой вселенной по воле сингуляров, забросивших меня сюда. Полезная информация, уже только ради этого следовало согласиться на встречу.

Примечательно, что пока Хранитель не продемонстрировал мне свой медальон, устройство не обнаруживалось ни одним датчиком, установленным в моем особняке. И ведь Василий с ним явно и в прошлый раз приезжал.





— Я расскажу тебе маленькую историю, — произнес Василий, не снимая артефакта со своей шеи. — Когда первые Хранители получили информацию о грядущем появлении сингуляра, они также обрели подобные предметы.

Взвесив медальон в руке, монах сделал глоток чая и продолжил речь.

— У каждого Хранителя это была вещь, которую он имел при себе в момент, когда его настигло видение, — пояснил старик. — В моем случае — этот медальон. У кого-то это было кольцо, у кого-то браслет.

Я кивнул, перестав рассматривать артефакт. И уже начал догадываться, что мне сейчас поведает монах.

В момент, пока будущие избранные спасители мира смотрели яркие сны с посланием сингуляров, их предметы были не изменены, а уничтожены и заменены техническими артефактами из другого мира. Не такая уж и сложная процедура, особенно если хозяева настоящих вещей погружены в искусственный сон.

— Безделушки перестали быть простыми украшениями, — продолжил Василий, подтверждая мою теорию. — Обладатель предмета после окончания видения получал возможность пользоваться способностями за пределами человеческих. При этом сами по себе эти артефакты не дают никакой магии своему владельцу. Если, к примеру, ты наденешь мой медальон, ты не сможешь создавать пространственные искажения, благодаря которым я могу оказаться в любой точке планеты. Но сами артефакты, назовем это так, настраивают организм своего владельца на доступ к магии Хранителей. Не сразу, и только после объявления преемника.

— То есть количество подданных на силу способностей не влияет, — уточнил я.

Василий улыбнулся.

— Не совсем, — ответил он, чуть покачав головой. — Влияет все население Земли. Я полагаю, ты достаточно глубоко погрузился в изучение магической системы нашей планеты. И уже пришел к выводу, что ее источником являются сами люди. Скажем для простоты, человек генерирует особое поле, на котором работают наши способности. Так что у наших предшественников была некоторая заинтересованность в том, чтобы остановить кровопролитие, ежедневно уносящее жизни тысяч людей.

Сделав паузу, чтобы снова глотнуть чая, монах продолжил:

— Вечной жизни не существует, и Хранители поступили так, как было сказано в видении, — продолжил мой собеседник. — Избранные для нового поколения Хранители прошли сложный отбор. А когда получили артефакты от первых избранных, они вместе с тем переняли и облик Основателей. Благодаря этому на протяжении долгих поколений считалось, что ключники — бессмертны.

Василий снял с головы шнурок, на котором висел медальон, и его лицо тут же изменилось. Без дешевых спецэффектов и магических всплесков передо мной появился действительно очень старый мужчина.