Космоэколухи

На вирт-экране возникло поясное изображение человека за пультом — мужчина лет тридцати, худенький и лопоухий, со смешливым, подвижным обезьяньим личиком.

— Что, коллеги по несчастью, зависли? — жизнерадостно поинтересовался он. Целый с виду транспортник с включенными огнями, неподвижно болтающийся в космосе и не подающий сигналов SOS, мог означать только одно. Или другое — но тогда на вызов бы никто не ответил.

— Угу, — кисло подтвердил Тед. — А ты?

— А у меня пять часов обратного отсчета! — похвастался чужой космолетчик. — Даже побрился уже на дорожку, видишь?

— Везет, — завистливо сказал пилот и вопросительно обернулся к Станиславу Федотовичу: поддержим добрую космическую традицию?

Сейчас капитану меньше всего хотелось принимать и развлекать гостей, но именно поэтому он согласно угумкнул. Иначе команда так и будет киснуть и огрызаться друг на друга.

— Давай к нам, сдашь вахту, — перевел Теодор.

— Не вопрос! — Мужчина воодушевленно потер ладони. — Сейчас пристыкуюсь. Сколько вас там?

— Семеро. — Тед покосился на Дэна и поправился: — То есть шестеро.

— Значит, возьму три штуки, — заключил собеседник и отключился.

Через полчаса гость стоял в шлюзе, прижимая к груди три длинные винные бутылки, а Полина с Дэном заканчивали накрывать на стол.

— Станислав Федотович, — первым представился капитан, на миг приложив руку к фуражке.

— Па… вел. — Гость закашлялся и постучал себя по груди бутылкой. — Можно просто Паша. Капитан, пилот и техник в одном лице. Хлопот больше, зато головной боли меньше.

— Завидую, — честно сказал Станислав. — И чем ваша «команда» занимается?

— Да так, по-разному, — уклончиво ответил Паша, — шляюсь по космосу, тут кое-что продам, там кое-кому помогу или что-нибудь интересное замечу. На сухпайки хватает.

Теодор понимающе хмыкнул: таких «золотоискателей» в дальнем космосе было полно. Гнали их туда жажда наживы, романтика странствий или просто полиция, отобравшая лицензию на торговлю (а это последнее, что у тебя спросят поселенцы на какой-нибудь Тьмутаракани-6, где прилет корабля с тушенкой и гвоздями — главное событие месяца, если не года).

— Ух ты, боевой киборг! — присмотревшись, восхитился гость. — Пятерка?

— Шестерка, — нехотя ответил Тед.

— Круто! — Павел уважительно поглядел на Станислава и тут же с недоумением поинтересовался: — А зачем он вам?

— Да вот мы и сами теряемся в догадках, — выразительно сказал капитан.

— Продать не хотите? — живо заинтересовался гость, вдвое пристальней изучая Дэна. — Прошивка фабричная или «ломаный»? Сколько процентов износа?

— Не хотим, — отрезал Тед, и немедленно сменил тему: — Ты не стесняйся, проходи, присаживайся, у нас тут все по-простому.

Паша, не настаивая, послушно шагнул к столу, издал сдавленное: «Ёпрст!» и с жутким грохотом, дребезгом и мявом рухнул посреди пультогостиной.

Кошка, которую никто не успел заметить, в том числе споткнувшийся об нее гость, перепугалась и метнулась обратно в коридор. Прошуршала туда-обратно какая-то дверь.

— Киска заперта в каюте, милый, — гордо доложила Маша. — Я умница?

— Ты — да, — подтвердил капитан, метнув суровый взгляд на потупившуюся Полину.

Гостя поспешили поднять и рассыпаться в извинениях, но дребезг был неспроста. Павел так скорбно уставился на бордовую лужу, будто на этом месте зарезали его родную маму.

— Через полгалактики его протащил, для особого случая берег, — вздохнул он, жадно принюхиваясь к винным парам, раз уж не довелось отхлебнуть. — Хотя… — Гость почему-то покосился на киборга. — Ну и ладно, черт с ними.

— Ничего, у нас коньяк есть, — утешил его Станислав. — Верно, Вениамин?

Доктор укоризненно поджал губы, намекая, что бутылка у него одна, а любителей коньяка много, но «стратегический запас» на стол выставил.

Паша оказался тем еще треплом, за месяц исстрадавшимся без собеседников.

— Болтаюсь тут, болтаюсь, и хоть бы какая сволочь мимо пролетела! — импульсивно жаловался он полчаса спустя. — Такая дыра, что даже пиратов нет. Впрочем, когда Унылый Роджер балферовскую банду разгромил, в космосе заметно тише стало. Слыхали эту историю?

Теодор с Полиной переглянулись, но промолчали. Они и перед Алексеем-то не спешили распускать языки, а перед чужаком тем более: слава пособника пиратов (без разницы, на чьей стороне они сражались) здорово навредила бы транспортнику. И обыски на таможнях жестче будут, и клиенты пойдут… специфические.

Пришлось выслушать версию Паши, порой бессовестно хохоча в не предусмотренных рассказчиком местах. Недоумевающий Алексей раздраженно косился на весельчаков, опошляющих всю романтику. Вот там — настоящая жизнь, а не рутина грузоперевозок! Да еще в компании неудачников и лодырей.

Паша, впрочем, прекрасно понимал, что привирает, и на смех не обижался. Выговорившись, он принялся расспрашивать, что произошло с транспортником, участливо охая в нужных местах. Сам торгаш угодил в «завис» куда более банальным способом: прослышал о якобы золотоносном астероиде, дрейфующем в этом секторе, и метнулся на поиски, но Пашу то ли опередили, то ли одурачили. Вот и пришлось несолоно хлебавши провисеть в космической пустоши почти месяц.

— Больше всего боюсь, как бы моя девчонка за это время к другому не ускакала, — доверительно признался он. — С астероидом-то я бы себе вмиг любую подцепил, а так…

— Ну не любую, — ревниво отозвалась Полина. — Но если эта ускачет, то и фиг с ней. Любовь должна быть к человеку, а не к астероиду.

Паша рассмеялся, показав крупные желтоватые зубы, опрокинул рюмку и великодушно предложил:

— У меня чуток свободного места есть, могу одного-двух человек с собой захватить, если прихворнули или там спешат куда-нибудь.

Станислав покачал головой — спешить на его корабле было уже некому, — но все-таки громко спросил:

— Ребята, никто не хочет сойти?

Команда громко зафыркала: мол, за кого вы нас принимаете?!

— Я пойму, — на всякий случай добавил капитан, но добровольцев опять не нашлось — хотя Алексей промолчал и в первый, и во второй раз.

— Уважаю! — честно сказал Паша. — А вот на «Стальной комете», помнится…

Разговор снова свернул на космические байки, и время пролетело незаметно.

— Пойду-ка я, пожалуй, вздремну часок-другой перед отлетом, — решил Паша, широко зевая. — А то глаза слипаются, как бы не напортачить с управлением. Вы не против, если я попозже отстыкуюсь?

— Можете и у нас переночевать, — великодушно предложил Станислав. — В каюте или вон прямо на этом диванчике, мы вам одеяло дадим. Хоть до утра спите.

— Ох, спасибочки! — обрадовался Паша. — Точно не помешаю? Серьезно? Ну, я ваш должник! До утра-то нет, мне только мозги освежить, а потом отчалю тихонько — даже беспокоить вас не буду.

От каюты гость тоже отказался, заявив, что типовые койки осточертели ему на собственном корыте, и с наслаждением растянулся на диванчике, положив «лишний» кусок ног на мягкий подлокотник.

Вечер определенно удался. Омрачило его только одно: уже отправившись спать, Станислав обнаружил, что Маша заперла кошку в его каюте и она там вовсе не скучала.

Через полчаса лежавший бревном и вроде бы мгновенно уснувший Паша беззвучно откинул одеяло, сел, спустил ноги с диванчика… и вздрогнул, обнаружив, что он в пультогостиной не один.

— Тебе чего здесь надо? — сердитым шепотом поинтересовался он.

— Активирован ночной охранный режим, — бесстрастно отозвался стоящий в проеме коридора киборг. Оружия у него не было, но скрещенные на груди руки вполне его заменяли.