Страница 205 из 217
103
Рэйчел
С комом в горле я сажусь напротив мистера Тэлбота. Оглядываясь вокруг, понимая правду. Это столик на четверых с местами, установленными для двоих. Мои ребята не придут. Они солгали мне. У меня такое чувство, что мистер Тэлбот собирается рассказать мне, почему.
— Ты бывала здесь раньше? — говорит он, делая глоток чая со льдом.
— Нет, — отвечаю я.
— Ну, я заказал несколько блюд. Мы можем поесть, пока болтаем.
Как по команде, красивый официант подходит и ставит искусно сервированную тарелку тартара из тунца. Маринованные кусочки рыбы укладываются поверх ложа из нарезанного кубиками авокадо, украшенного зеленым луком и семенами кунжута.
— Могу я предложить вам что-нибудь выпить, мисс?
— Просто воду, — бормочу я.
— Вы можете заказать все, что захотите, — говорит Тэлбот. — Вино? Коктейль?
— Вода подойдет, — повторяю я.
Официант уплывает, оставляя нас одних за столом.
— Что ж, давай углубимся, — говорит Тэлбот, накладывая себе тартар. — Ты не хочешь никаких...
— Я хочу знать, что происходит, — отвечаю я. — Сэр, я пришла сюда, ожидая встретить... кое-кого другого.
— Ты... о, черт. — Он издает смешок, со стуком откладывая вилку. — Эти подлые засранцы. Комптон обманом заманил тебя сюда? Боже, это объясняет, почему ты ведешь себя так чертовски странно. — Он вздыхает, качая головой с очередным смешком, и я немного расслабляюсь.
Я ничего не говорю, ожидая.
— Ну, тогда давай на минутку забудем об этом чертовом тартаре, — говорит он, отодвигая свою тарелку в сторону. — Я вижу по твоему затравленному выражению лица, что ты не собираешься есть, пока не узнаешь, какого черта я здесь делаю.
Я киваю, крепко сжимая руки на коленях.
— Что ж, доктор Прайс. Короче говоря, мой дом в огне, и я готов сделать все, чтобы его потушить.
— Пожар, сэр?
— Да, — отвечает он, эти темные глаза прикованы ко мне. — Моя команда. Моя организация. За последние пять дней мы были потрясены сверху донизу. Ты когда-нибудь пробовала тушить пожар в доме, Прайс? Теперь я могу сказать тебе, что это совсем не весело.
— Я не понимаю.
— Нет? Все это началось с вас, доктор Прайс. Я думаю, ты единственная, кто может положить этому конец.
— Положить конец чему?
— Безумию, охватившему мою команду, — говорит он, взмахивая рукой. — За последние пять дней у меня в офисе было больше половины моих игроков, которые угрожали мне уволиться. Другая половина просит, чтобы их обменяли. Они выдвигают требования, прижимая мои ноги к чертовым углям. Я готов заплакать. И вот я здесь, разговариваю с тобой. — Он стучит по столу между нами.
Это обо мне? Задействована вся команда? Это не имеет никакого смысла.
— Спросите меня о чем угодно, и я скажу вам, сэр, — говорю я.
— На самом деле у меня к тебе только один вопрос, доктор Прайс, — отвечает он. — Нравится ли тебе работать на Рэйс?
— Я... да, сэр, — бормочу я. — Мне нравится. Я люблю команду. Я люблю вспомогательный персонал, дух товарищества. Мне понравилась идея быть частью чего-то нового, строить что-то долговечное с нуля.
Он медленно кивает.
— И каков твой пятилетний план, Прайс?
Я прерывисто вздыхаю.
— Ммм... Я всегда надеялась, что, если я выиграю стипендию Баркли, это приведет к работе на полную ставку. Не то чтобы я когда-либо ожидала этого, — быстро говорю я. — Я просто знаю, что Баркли часто переходит на постоянную работу. И это то, чего я хочу... хотела, — поправляю я.
— Из того, что я понял, ты на самом деле не выбирала Рэйс, — отвечает он. — Стипендия была предназначена для какого-то другого врача.
Я киваю, прочищая горло.
— Да, насколько я понимаю, он сражался с плотом, и плот победил. Должность стала вакантной, поэтому я ее получила.
— Итак, ты не выбирала Рэйс, — настаивает он. — Ты остановилась на единственном открытом варианте.
— Наверное, я так это не вижу, — отвечаю я. — Я воспользовалась возможностью. Открылась дверь, и я прыгнула в нее. И, по крайней мере, в моей жизни лучшее, что когда-либо случалось со мной, всегда было тем, чего я никогда не планировала. Видела ли я когда-нибудь себя врачом спортивной медицины в команде НХЛ? Нет. Честно говоря, когда я приехала в Джексонвилл, я даже не могла назвать названия всех должностей. Но я быстро влюбилась в этот город и эту команду. Я бы ни за что не поменяла свое место работы. — Он задумчиво кивает и делает еще один глоток чая со льдом.
Мой взгляд падает на стопку папок у его локтя.
— Что это? — Осмелилась спросить.
— Это? — Он кладет руку на стопку. — Это твои файлы, Прайс.
— Мои файлы?
— Да, в этой верхней - все твои профессиональные достижения, — говорит он, поднимая верхнюю папку. — Любезно предоставлено доктором Тайлером. Это твое резюме, стенограммы, твое заявление на получение стипендии Баркли, включая рекомендательные письма от врачей «Лос-Анджелес Гэлакси», «Лейкерс» и клиники «Цинциннати Спорт».
— А в остальных?
Он берет вторую папку.
— Ну, это наводнило мой офис в течение последних пяти дней. Это письма благодарностей практически от всех известных пациентов, с которыми ты когда-либо работала.
— О, мой бог, — бормочу я, слезы жгут мои глаза.
Тэлбот открывает папку, листая страницы.
— У меня здесь письма от профессионалов гольфа, бронзового призера Олимпийских игр в прыжках в высоту и, похоже, половины «Цинциннати Бенгалс». Все сияют от их похвал. Все они до единого считают меня идиотом, если я не найму тебя немедленно.
Я поражена. Это сделали мои ребята. Это должны были быть они. Как им удалось так быстро привести все это в действие?
— Мистер Тэлбот...
— И еще вот это, — говорит он, поднимая последнюю папку.
Я прикусываю губу, пытаясь остановить слезы, которые переполняют меня.
— Письма поддержки от каждого игрока моей команды. Каждый из Рэйс, включая большинство парней из медицинской команды. Сотрудники службы управления тоже написали. Все менеджеры по экипировке в восторге от того, какая ты милая и с тобой легко работать. Здесь даже есть письмо от продавщицы кофе в тренировочном комплексе. По-видимому, Кэнди говорит, что ты щедро оплачиваешь уроки игры на тромбоне ее сына в этом году, потому что она не может себе этого позволить. Благодаря тебе он занял первое место в оркестре средней школы. И Джордж из обслуживающего персонала сказал, что ты купила ему новый мопед с подходящим шлемом, когда он сломался в прошлом месяце.
Они даже выследили Джорджа? Да, я официально плачу. Я хватаю салфетку со стола, промокая под глазами.
— По крайней мере, вся эта драма пролила свет на гноящуюся рану, — продолжает он.
— О?
— Да. Оказывается, большинство парней были недовольны уровнем ухода, который они получали под руководством доктора Эйвери. Они просто все страдали в тишине. Но они больше не молчат. На этой неделе у меня в офисе было больше половины команды, угрожавшей уволиться, если я не уволю его. Другая половина стучала в мою дверь, говоря, чтобы я нанял тебя вместо него.
Я качаю головой. Это слишком. Я не хотел зарабатывать место таким образом.
— Сэр, я никогда не хотела доставлять вам столько хлопот, — говорю я, наклоняясь над столом. — Я просто хотела делать свою работу. Мне нравится помогать людям, и я в состоянии это делать. Деньги для меня ничего не значат, сэр. Я думаю, вы можете понять это лучше, чем большинство, — добавляю я.
Он ничего не говорит.
— Я усердно работаю, потому что хочу, — продолжаю я. — Я помогаю людям, потому что могу. И я клянусь вам, я бы никогда не поставила под угрозу здоровье игрока. Все, что я делала с Киннуненом, было для его безопасности. Я вытащила его со льда, даже когда он этого не хотел. Я достала ему сканы. Я работала с ним на всех физподготовках, на которых только могла. Да, мы влюбились, — признаю я. — Но если уж на то пошло, это сделало меня более преданной его заботе, а не меньше. И если это делает меня ужасным врачом, потому что я эмоционально вкладываюсь в уход за пациентами, что ж... думаю, мне все равно, — говорю я, махнув рукой. — Сэр, мне все равно. Я Двойной Рак, что означает, что я эмоциональная развалина, человек, который слишком глубоко заботится и слишком старается. Может быть, им не следует разрешать больным Двойным Раком поступать в медицинскую школу. Но я сделала это, и я здесь, и я стою на своем выборе. Я бы сделала все снова.