Страница 160 из 217
81
Рэйчел
Я издаю стон, выгибая спину над кроватью, когда я крепче сжимаю наручники.
— Да, детка, я собираюсь кончить...
Калеб отрывает рот от моей киски, позволяя спирали моего оргазма затухать, оставляя меня тяжело дышащей на кровати. Он давил на меня последние десять минут, с тех пор как повесил трубку после разговора с Джейком.
— Пожалуйста, — говорю я со вздохом, не в состоянии видеть его через повязку на глазах. Мне нравится сенсорная депривация, поскольку все остальные чувства обострены. Его вкус у меня на языке, теплый и манящий. Ощущение его рук на моем теле, когда он исследует меня, мягкость простыней Джейка. Мужчина - сноб, когда дело доходит до постельных принадлежностей. Клянусь, это как спать на облаке. Прямо сейчас, привязанная к матрасу, я чувствую себя развратным ангелом. И мне это нравится.
Сигнализация на стене звенит, и мы оба замираем. Мгновение спустя входная дверь с грохотом захлопывается.
— О-о, — поддразниваю я. — Кто-то в беде... ах...
Его язык в моей киске заставляет меня замолчать. Я задыхаюсь, когда он пронзает меня, его грубые руки заставляют мои бедра раздвинуться немного шире, мои лодыжки напрягаются от завязок. Я погружаюсь в ощущение его рта на мне, пожирающего меня.
— КАЛЕБ!
Голос Джейка эхом разносится по дому, когда дальше по коридору скулит Посейдон, царапаясь в дверь комнаты Калеба. Он слишком невинен, чтобы быть свидетелем того, что здесь происходит.
— Тебе лучше прятаться или стоять на своих гребаных коленях, — кричит Джейк, его голос теперь доносится с лестницы.
Рот на моей киске, Калеб смеется. Боже, этот человек бесстрашен. Он хочет, чтобы его поймали, хочет понести наказание. Тем временем мое сердце учащенно бьется, пульс стучит в горле. Я знаю момент, когда Джейк видит нас, растянувшихся на его кровати.
— Кей! — ревет он.
Калеб отрывает свой рот от меня, покрывая мое бедро быстрыми поцелуями.
— Было приятно познакомиться с тобой, Ураган, — смеется он.
Я ничего не вижу, когда Джейк и Илмари врываются в комнату, но я чувствую их дикую энергию, когда вес тела Калеба покидает кровать.
— Наконец-то, — кричит Калеб. — Прости, что мы не... вау... трахнулись...
Я вскрикиваю, когда слышу безошибочные звуки драки.
— Ребята, остановитесь, — кричу я, зная, что ничего не могу поделать.
— Ты, блять, мертвец, — рычит Джейк приглушенным голосом, пока они валят друг друга на пол.
— Ай... дерьмо... ты бьешь, как профессионал гольфа, — дразнит Калеб.
— Возьми его... за руку...
— Ой...
— Paska...
— Нет, не лицо, — ворчит Калеб.
Боже мой, они собираются убить его. Наконец-то он позволил своему умному рту зайти в шутке на один шаг дальше. Продолжается потасовка, которая звучит так, будто они валят его на пол.
— Держи его, — бормочет Джейк, когда Калеб смеется.
Илмари мрачно бормочет по-фински.
— Думаешь, это было смешно, придурок? — Джейк кричит, его голос дрожит, когда он направляется к своему шкафу. — Твоя маленькая игра в замену джерси будет стоить тебе большого времени. Тебе повезет, если сегодня ты не будешь спать в дюнах.
Я замираю, ожидая, когда Калеб выдаст правду о том, что смена джерси была полностью моей идеей. Но я знаю, что он ничего не скажет. Ему слишком весело. И он действительно довольно быстро согласился поменяться.
— Никто не носит мой номер, кроме Рэйчел, — рычит Илмари. — Единственный способ надеть ее снова - это сделать татуировку на лбу. Согласен?
Калеб стонет, и я могу только представить, как его вдавливает в пол тяжелый вес Илмари.
— Унг... согласен.
— Подними его, — зовет Джейк из своего шкафа. — Мы собираемся связать его.
— Ооо, становишься извращенцем, ангел? — дразнит Калеб.
— Заткни его.
Снова потасовка.
— Ребята, не надо, — умоляю я, готовая сдаться и отдать себя на их милость.
— О, да ладно, чувак. Не носок, — ворчит Калеб. — Не... нуууунг...
Я выгибаюсь, отчаянно пытаясь разглядеть что-нибудь сквозь повязку на глазах. Кто-то заткнул Калебу рот кляпом, и теперь он кряхтит, когда его поднимают. Комод дребезжит. О боже, они привязывают его к комоду?
— Завяжи ему глаза, — рычит Илмари.
Когда Калеб безмолвно протестует, я слышу смех Илмари. От этого звука у меня мурашки пробегают по коже. Эти мужчины сегодня больше не играют ни в какие игры.
— Ты хочешь знать, что будет дальше, Кей? — дразнит Джейк. — Просто слушай внимательно и используй это красочное воображение.
Калеб хмыкает, и я знаю, что они, должно быть, тоже чем-то завязывают ему глаза. Это редкая пытка для мужчины, который любит наблюдать, любит дразнить своими словами. Теперь он стоит там, его единственное неповрежденное чувство - это слух, когда он становится очевидцем того цирка, который они собираются устроить с моим телом.
Как будто мне нужно какое-то напоминание, Джейк зовет.
— Не думай, что мы не видели, как ты сегодня порхала в наших джерси, заводя нас своими кокетливыми улыбками. Ты, блять, следующая, Сиэтл!
— Следующей мы трахнем тебя, — поправляет Илмари.
Все мое тело светится в предвкушении. Мы все здесь. Мы все в деле. Нас четверо. Я втягиваю воздух через свои тяжело дышащие легкие, когда слышу, как они сбрасывают одежду на пол. Каким бы ни было наказание, я хочу его.
— Сначала я возьму ее, — говорит Джейк. — Растяну ее, прежде чем атаковать этой анакондой. Нам нужно, чтобы она продержалась сегодня. Всю гребаную ночь. Подожди, чувак, у вас в Финляндии есть змеи?
— Без разговоров, — рычит Илмари, и я не могу удержаться от улыбки.
— Ты собираешься трахнуть меня, ангел? — зову я. — Собираешься преподать мне урок за то, что я соплячка?
Вес опускается на край кровати, когда я чувствую, как что-то касается кожи моих голеней.
— Джейк...
— Чувствуешь это, детка? — говорит он своим глубоким, бархатистым голосом, творящим невыразимые вещи с моими внутренностями. — Что у меня в руках?
Я ахаю, прекрасно зная, что было оставлено на полу, когда я в спешке раздевалась ранее с Кеем. Мои губы растягиваются в улыбке, когда он проводит тканью по моим бедрам.
— Твоя джерси, — шепчу я.
— Чертовски верно, — рычит он, наваливаясь на меня всем телом и засовывая два пальца глубоко в мою пизду.
Я вскрикиваю, пытаясь выгнуть бедра навстречу его ищущим пальцам, но мои лодыжки скованы, джерси зажата между нами. Кожаные ремни натирают мою кожу. Это наилучший из возможных видов боли.
— Джейк...
Он заставляет меня замолчать своим ртом, забирая весь воздух, когда целует меня так, как будто это первый и последний раз, когда меня когда-либо целовали. Я стону в него, тело в огне с головы до ног, пока он продолжает работать пальцами во мне, наш поцелуй беспорядочный, когда мы пытаемся поглотить друг друга.
Он отстраняется, тяжело дыша, его теплое дыхание касается моего лица.
— Если девушка носит мой номер, эта девушка моя. Ты моя, Рэйчел?
— Джейк...
— И я не просто имею в виду, что я могу трахать тебя, обнимать и вращаться вокруг тебя, как спутник, — добавляет он. — Я имею в виду, что ты вся, блять, моя. Ты моя девушка из Сиэтла. — Он крепко сжимает мою челюсть, удерживая меня неподвижно, пока я тяжело дышу. — Надень мою джерси еще раз, и тебе лучше быть готовой носить мое кольцо и мою фамилию, потому что это то, к чему это приведет. Не дразни меня больше, блять, если ты тоже не прошла весь этот путь.