Шайба на вылет

77

Рэйчел

— Что, если ему не нравится, что я здесь? — бормочу я, сидя на наших местах двумя рядами выше за стеклом. Мы находимся немного по диагонали от ворот. Если Илмари повернет голову влево, он, скорее всего, заметит нас. — Что, если я отвлеку его? Может быть, мне стоит пойти...

— Не смей, блять, — рычит Калеб, хватая меня за локоть. — Ты остаешься прямо здесь, Ураган. Мы хотим, чтобы оба наших мальчика видели тебя именно здесь.

Я смотрю налево, но Поппи не обращает внимания. Она в полном режиме социальной бабочки, смеется и болтает с владельцами абонементов, сидящими позади нас. Клянусь, эта женщина могла бы подружиться с паркоматом.

— Почему ты хочешь, чтобы они видели меня?

— Потому что им нужна мотивация, — отвечает он.

Я смеюсь, делая глоток его напитка. Обычная кока-кола, конечно. Полна сахара. Я буду делать этому мужчине уколы инсулина в его подтянутую ягодицу к тому времени, когда ему исполнится тридцать пять.

— О, да?

Он закатывает на меня глаза.

— Прекрати нести чушь, Ураган. Ты знаешь, что выглядишь, как жена хоккеиста. Ты похожа на его жену, — добавляет он, его взгляд падает на цифру 31 на моем плече.

Я сглатываю, внезапно чувствуя, что у меня перехватывает дыхание. Я возвращаю ему его содовую.

— Как ты думаешь, почему важно, что сегодня на мне номер Илмари, а не Джейка?

— Потому что Марс будет мотивирован на победу, — отвечает он. — Он будет думать о тебе всю игру. Каждый удар по воротам, каждый сейв. Он будет думать о том, чтобы снять с тебя эту джерси и трахать тебя до бесчувствия. Если мы попытаемся прикоснуться к тебе сегодня, он откусит нам руки в стиле человека-медведя.

— Ношение джерси так важно? — говорю я, приподняв бровь.

— Это очень важно, — торжественно отвечает он. — Если бы у меня все еще была джерси, я бы тоже хотел видеть тебя в ней, — признается он. — Видеть тебя в джерси другого мужчины? Что ж, это редкий вид пытки. Один взгляд на тебя, и Джейк сыграет свою лучшую игру в сезоне.

Скрытая в толпе других стоящих болельщиков, я беру его за руку и нежно сжимаю.

— Да?

Он ухмыляется.

— Ты думаешь, что наш избалованный маленький Телец такой милый и избалованный? Просто подожди, пока он не получит то, что хочет. Нападающим Кракена лучше бы пройти матадорскую подготовку.

— О боже, — бормочу я, как раз когда гаснет свет.

Рядом со мной Поппи прыгает вверх-вниз, хватает меня за руку и кричит. Звучит вступительная музыка и загорается свет, создавая супер крутой вид тропического рифа на льду. Это совершенно завораживает, поскольку освещение и видеодисплеи работают вместе, создавая визуальное впечатление арены. Мы словно мчимся сквозь коралловый риф, мечась, как рыбы. Цвета ряби на воде танцуют на наших лицах.

— Это так чертовски круто, — бормочет Кей рядом со мной, неохотно впечатленный. Никому из нас никогда не удавалось посмотреть предматчевое шоу с такого ракурса.

Я с усмешкой беру его за руку, подпрыгивая на носках.

К тому времени, когда зазвучала интенсивная музыка и запустилась дымовая машина, толпа сходит с ума, когда объявляют каждого игрока. Рэйс выходят на лед, когда называются их имена, начиная с нападающих. Лэнгли, затем Карлссон, затем наш капитан Салли. Мы все трое сходим с ума от восторга, когда объявляют Новикова и Комптона в защите. Последним на лед выходит Илмари. Толпа сходит с ума из-за него, когда он медленно катится к своим воротам, полностью в своей зоне.

Загорается свет, и Кракены выезжают на коньках под громкое улюлюканье, затем обе стороны проводят последние минуты разминки перед падением шайбы.

— Давайте привлечем их внимание, — издевается Калеб. Боже, он такой помешанный! Почему его это так заводит? Его энтузиазм должен меня разубедить, верно?

Джейк и Нови едут на коньках мимо, и Калеб окликает их.

— Не надо, — кричу я, дергая его за руку. — Я передумала...

— Эй, 42 - ты отстой! — кричит он так громко, как только может, зажимая рот руками.

Две вещи происходят одновременно. Двое парней, стоящих перед нами, наклоняются, чтобы взять свое пиво. В тоже время голова Джейка резко поворачивается, вызванная звуком голоса Калеба. Я стою, как олень в свете фар, когда он без усилий останавливается и смотрит на нас обоих. Из-за бликов света на его прозрачном забрале я не могу разглядеть его глаза, но я чертовски уверена, что вижу, как крепко сжаты его челюсти.

— О, черт, — бормочет Кей, обнимая меня за талию, когда Джейк бросается вперед.

— Прекрати это, прекрати это, — хриплю я, дергая его за руку.

Он просто смеется, все еще прижимая меня к себе.

Джейк подъезжает на коньках прямо к борту, ударяя обеими руками по стеклу. Парни перед нами вскрикивают от удивления, когда один из них проливает пиво себе на грудь, а его друг смеется.

— Какого хрена, Сиэтл? — Джейк кричит, глядя на меня.

Рядом со мной визжит Поппи.

— Комптон, что ты делаешь...

— Сними это! — рявкает он на меня.

Толпа вокруг нас останавливается, все взгляды прикованы к нам. О, это плохо, очень плохо. Такая плохая идея. Глупая, Рэйчел!

— Может быть, если ты действительно хорошо сыграешь сегодня, она наденет твою джерси в субботу, — дразнит Калеб, живя ради этого момента наивысшей дерзости.

Группа вокруг нас смеется, когда Джейк смотрит на нас так, словно у него только что лопнула селезенка.

— Прости, — кричу я через стекло, внезапно сожалея о каждом решении в моей глупой жизни. Выражение пытки на его красивом лице - это то, что выбивает меня из колеи. Я хочу перелезть через борт и заставить его обнять меня.

Но у Калеба нет этого.

— Она совершенно не сожалеет, — язвит он. — Иди катайся на коньках, придурок каноэ! Постарайся не смущать ее!

Если бы Джейк мог спонтанно воспламениться, это был бы подходящий момент. Вместо этого он медленно поворачивается и катится прочь, решительно расправив плечи.

— Я собираюсь убить тебя, — шиплю я на ухо Калебу, толкая его локтем в бок.

— Пока ты этого не сделаешь, — говорит он, явно живя ради этого момента. — Улыбнись вратарю.

Я ахаю, обращая свое внимание на сетку, где стоит Илмари. Он смотрит прямо на меня сквозь решетку своей маски, его глаза теряются в тени. Он медленно поднимает ее вверх, желая видеть меня без каких-либо препятствий.

Парни перед нами смеются и указывают на меня, уклоняясь, чтобы он мог точнее увидеть. Возможно, они не знают, во что они здесь вляпались, но они более чем счастливы помочь Калебу размешать этот большой горшок дерьма.

Выражение лица Илмари заставляет меня превратиться в лужу.

— О боже, — шепчу я, затаив дыхание.

В этот момент Калеб поднимает руку с моей талии на плечи, притягивая меня ближе к себе, чтобы одарить большим небрежным поцелуем в щеку. Марс наблюдает за всем происходящим, медленно опускает маску обратно на лицо, глубоко зарываясь в свою броню.

— Ты действительно хочешь, чтобы тебя убили сегодня вечером, не так ли? — бормочу я.

— Оно того стоит, — отвечает он.

Парни перед нами смеются, когда я отталкиваю его, а Поппи визжит.

— Боже мой, что происходит прямо сейчас? Мы не хотим, чтобы наши мальчики расстраивались перед большой игрой!

Калеб тоже смеется, убирая от меня руку.

— Не волнуйся, Поппи. Это всего лишь небольшое упражнение по сплочению команды. — Он подмигивает мне, его рука опускается обратно между нами, чтобы взять мою.

Мы единственные двое, кто знает правду: Рэйс - это не та команда, о которой он говорит. Определенно не та.