Страница 100 из 212
Захлопнув папку, он снова старательно зевнул, подмигнул кому-то в дальнем ряду, и продолжил:
— Теперь переходим к вашим вопросам. Ну, и у кого какие ко мне вопросы? Вот вы, девушка в первом ряду, у которой слева возле уха седой волос блестит — начнем с вас. Какой у вас вопрос?
Журналистка, которой с трудом удалось сохранить невозмутимость лица после этих слов, поднялась с места с диктофоном в руках:
— Газета «Караханский пророк». Господин президент, я думаю, что у многих моих коллег здесь и сегодня к вам есть один, очень важный и существенный вопрос, на которой и мы, и наш народ, хотим узнать ответ немедленно и по существу. И я думаю, никто не будет против, если я его озвучу. Как долго еще убийцы из преступной организации «Ночной Рейд» будут терроризировать наши города и улицы, убивать каждого, кого им захочется, а полиция будет сидеть сложа руки? Спасибо.
— Хм… да, хороший вопрос, — Замбевич поскреб щетину на подбородке. — Убийцы, убийцы.… А разве их еще не поймали? Вот странно, я отчетливо помню, что не далее, как позавчера, мне сообщали…. Короче, их скоро поймают, зуб даю.
Но его фальшивая отмазка никого из присутствующих не убедила.
— Да, вот вы, юноша с отвратительной розовой «бабочкой» на шее, какой у вас вопросы?
— Телеканал «Техномагия и научный прогресс». Господин президент, неужели полиции все-таки удалось обнаружить тайное убежище «Ночного Рейда»? Недавно в газете писали, что они обладают продвинутым техномагическим оружием — вы думаете, что операция по их захвату обойдется без лишних жертв? Спасибо.
— Да кого волнуют эти жертвы? — хмыкнул президент. — Вот я бы на месте того, кто проведет операцию по захвату, вообще бы с ними не церемонился — каждому пулю в голову, а потом в тюрьму до конца жизни. Но демократия, будь она проклята.… Да-да, мужчина в старом и растянутом свитере, что у вас?
— Журнал «Криминальные хроники». Господин президент, как вы прокомментируете зверское убийство, произошедшее на днях в караханской столице? Спасибо.
— Я в это время был в деловой поездке — показывал одной крошке… то есть, журналистке, спальню президентской виллы — и если честно, я вообще не в курсе, что там случилось. Следующий? Да?
— Газета «Новости для народа». Господин президент, как вы считаете, «Ночной Рейд» действует, как группа наемников, или у них есть своя, тайная цель? Может, государственный переворот, или гражданская война? Спасибо.
— Да на здоровье. А ваш вопрос неуместен — разве может кто-нибудь желать смены власти, когда у руля стоит такой красавчик, как я, а? — игривое подмигивание. — Вот когда поймаем их, тогда спросим, тогда я вам и скажу. А пока — извиняйте, бананов нэма… Давайте-ка, друзья мои, закругляться, мне еще указ о новых лавочках в парке подписывать — а то тут многие парочки жалуются, что им на свидании целоваться негде… Последний вопрос! Давайте вы, девушка в первом ряду, спросите еще что-нибудь.
— Господин президент, недавно в столице открылось новое, элитное учебное заведение, известное как Боевая Академия. Я хочу написать о ней статью, и поэтому у меня к вам вопрос личного характера: правда ли, что там из учеников будут готовить новых бойцов для техномагических операций, а сама школа — прикрытие для того, чтобы отвлечь внимание от солдат спецназа, бывших заключенных и одаренных магов с нечеловеческими способностями, которые будут там обучаться на самом деле? Спасибо.
Это был непростой вопрос, отличающийся присутствием особенно сложных умозаключений, необходимых для постановки ответа, но Замбевичу удалось выкрутиться коротким:
— Э-э-э… да, почему бы и нет? Рад был помочь, удачи со статьей. Всем спасибо, я пошел работать, до встречи в следующий раз.
Несмотря на то, что пресс-конференция заняла от силы пять минут, в этом не было ничего необычного — все знали, как трудно их президенту дается общение с умными людьми, особенно когда они рядом в большом количестве. Поэтому Замбевич всегда старался сократить такое общение по минимуму. Тем более что других дел у него было предостаточно — например, очередной визит в сауну.
Короче говоря, у всех, кто знал президента Карахана — лично, косвенно, или даже просто видел его по телевизору — всегда создавалось единое однозначное мнение о его умственных способностях. Началось это еще на прошлых президентских выборах — когда главный оппонент Замбевича выступил под лозунгом «Не голосуй за придурка!», имея в виду действующего главу государства. А уж как Замбевич снял свой предвыборный агитационный видеоролик, где он, пьяный в хлам, на склоне холма, плясал со сломанной электрогитарой в руках — это вообще отдельная история. Как пел еще товарищ Высоцкий — ну, дурачок, что с него возьмешь.
Но был и другой Замбевич — умеющий становиться серьезным, решительным, идущим к своей цели, и даже на удивление неплохо соображающий головой. Бывали даже моменты, когда кукла в руках кукловода рвалась к своим, самостоятельным решениям — разумеется, втайне от хозяина. Ибо пока еще понимала свое место, и что с ней сделают, если она с этого места сдвинется. Хоть Замбевич и знал, что суперсекретная техномагическая организация «Эдем» контролирует каждый его шаг, он все равно не мог удержаться, чтобы порой не блеснуть тщеславием. За это ему порой даже прилетало — не сильно, но доходчиво.
Весело посвистывая, президент двинулся к выходу из парламента, чтобы сесть в свой личный летающий лимузин и на нем улететь с этой скучной, нудной и тяжелой работы куда-нибудь, где будет весело, и выпивка будет литься рекой. Сопровождали его четверо телохранителей — двое, как полагается, шли спереди, и двое сзади. Шагая, Замбевич на ходу достал из кармана костюма маленькое зеркальце, чтобы заботливо проверить, не появились ли от сложных вопросов новые морщины на его безупречном, благородном лице. Ведь достаточно один раз нахмурить лоб, обдумывая какой-нибудь ответ — и вот она, новая морщина, откуда не возьмись, сверкает себе внаглую. И вдруг….
Один из телохранителей, идущих впереди, внезапно запнулся, захрипел, и начал медленно оседать на пол, брызжа вокруг кровью — в его горло воткнулся остро отточенный сюрикен. Второй встрепенулся, но сделать ничего не успел — мелькнула черная тень, сверкнула сталь катаны, и голова покатилась по полу, а тело так и осталось стоять на месте, пока не рухнуло плашмя…
— Господин президент! — не успел Замбевич опомниться, или даже испугаться, как двое оставшихся мгновенно оттерли его к стене, закрывая своими телами. И достали стволы вместе с рациями, чтобы поднять тревогу.
Но не справились.
Что-то щелкнуло, и в голове одного из оставшихся мгновенно образовалась небольшая дыра, оставшаяся после вошедшей туда пули, выпущенной из снайперской винтовки. И еще раз. Две пули — два трупа, все четко, как по учебнику. Оставшись в гордом одиночестве, Замбевич побледнел, затрясся всем телом, но постарался гордо выпрямиться, и заодно унять противную дрожь вдоль хребта. Он уже знал, что раз его охрану убили за какие-то доли секунды, а тревогу вокруг не поднялась — значит, пришли те, о ком его только что спрашивали на пресс-конференции.
— Что, суслик, испугался? — из-за угла коридора, ведущего к выходу, вышел… сам Замбевич собственной персоной. В отличие от оригинала, двойник президента чувствовал себя отлично, и с точно таким же выражением лица смотрел на себя в зеркало, баюкая в другой руке бокал с коньяком. Теперь было понятно, как убийцы проникли в защищенное здание парламента — видать, охрана и понятия не имела, на что способен «Ночной Рейд».
— Не дергайтесь, господин президент, — из-за спины двойника выдвинулся Ярослав. — Мы просто поговорить. Вам послание от «Эдема», просили передать лично.
— Ха-ха, — нервно отозвался Замбевич. — А нельзя было на прием записаться, или там письмо прислать? Желательно, по «эмейлу».
— Змей! — коротко скомандовал Ярослав. Мелькнула черная тень, и вот уже безмолвный убийца стоит рядом с президентом, прижав к его горлу острие катаны. Замбевич судорожно сглотнул, и неубедительно заметил: