Страница 59 из 117
У брахмана был друг, по имени Витарка. Этот Витарка подошел к нему и шепнул: "Друг, когда придешь во дворец царя, все время чмокай губами и ничего не говори". Брахман так и поступил. Министр сказал: "Никакого преступления этот человек не совершил. Это у него от рождения привычка такая". Так и оправдался брахман перед людьми благодаря спасительной мудрости Витарки.
Индийская, 88, 236
107. Хитрая женщина
Жила-была женщина, и у нее был любовник. Однажды ночью их застал муж. Он убил любовника, а сам убежал. Женщина тотчас сварила труп, сделала из него похлебку и скормила ее свиньям. Так все и обошлось. Через некоторое время муж вернулся н с удивлением узнал, что дело осталось без последствий. Ночью жена ему рассказала, как она поступила, и, когда они с удовольствием обсуждали эту историю, их подслушал сосед, который в это время справлял нужду у стены. Поскольку у него были счеты с этой семьей, он па них донес.
На суде женщина сказала:
- Мой муж ничего не знает. Я все сделала вместе с истцом. Он тоже был моим любовником. А сейчас у него зло на меня, поэтому он донес.
Суд оправдал мужа, а жалобщика наказал за убийство.
Китайская, 147, 116
108. Лай и Амаирми
Однажды Лай и Амаирми[ciii] вместе гнались за зеброй. Вскоре Лай устал и сказал Амаирми:
- Я устал, понеси меня, Амапрми!
- Хватайся за мой хвост, - ответила Амаирми, - я тебя понесу. А сама подумала: "Понесу его немного, а потом съем".
Лай схватился левой рукой за большой хвост Амаирми, а правой достал свой нож.
- Ты хорошо держишься? - спросила Амаирми. - Я совсем тебя не чувствую.
- Хорошо, - ответил Лай и стал ножом резать ей хвост. - А теперь ты чувствуешь что-нибудь? - спросил он.
- Нет, я ничего не чувствую.
Лай стал резать дальше, пока Аманрми не закричала:
- Ой, что-то меня кусает!
- Это, наверно, мухи, - ответил Лай. Они облепили твой хвост.
- Что это за мухи, которые так сильно кусают?
- Это такие кусачие мухи, - ответил Лай. - Беги побыстрей, чтобы они отстали.
Амаирми побежала быстрей, а Лай тем временем отрезал ей хвост. Амаирми почувствовала, что ей стало намного легче, и спросила:
- На месте ли мой хвост? Лай ответил:
- Хвост на месте, но он, кажется, разлетелся в клочья.
- Как же это? - в ужасе воскликнула Амаирми. - Я хочу взглянуть на него.
Она обернулась и закричала:
- Где же мой длинный хвост?
- Наверно, ты его потеряла по дороге, - ответил Лай.
- Что ты наделал, Лай! - запричитала Амаирми. - Ты отрезал мой хвост!
- Как я мог его отрезать? Это мухи его сожрали.
- Оставь свои разговоры! - кричала Амаирми. - Сейчас я тебя убью!
В это время навстречу им вышла сестра Амаирми. Лай испугался, потому что он был один.
- Что у вас случилось? - спросила их сестра Аманрми.
- Вот он отрезал мой хвост, - ответила Амаирми. Сестра посмотрела на ее хвост и засмеялась. Амаирми в гневе прыгнула на Лая, но он успел увернуться.
- Почему ты на него бросаешься? - спросила сестра. - Так не годится. Дело надо передать правителю этой страны, пусть вынесет приговор. А ты, сестра, знай, что в нашем доме тебе нельзя теперь появляться, потому что у тебя нет хвоста.
Амаирми заплакала. А Лай спросил:
- Кто ваш султан?
- Наш султан - змея Харарио, - ответила Амаирми.
- Нет, к нему я не пойду, - сказал Лай, - он не сможет нас правильно рассудить. Лучше пойдем к нашему султану.
- Ваш султан велит осудить меня, - возразила Амаирми, - я к нему не пойду.
- Вы к моему не хотите, и я к вашему не хочу, - ответил Лай. - Каждому дорога своя жизнь.
- Тогда верни мне мой хвост! - закричала Амаирми.
- Где я его возьму? - ответил Лай [...]
Наконец он согласился идти к змее Харарио. По дороге он набрал красной земли и вымазал себе колени, как будто они были в крови.
Амаирми побежала к султану первой, а Лай пошел, хромая, словно еле-еле передвигал ноги.
Харарио выслушал жалобу Амапрми и сказал:
- Я знаю Лая, он очень хитрый человек. Пусть придет. Где он?
- Он немного отстал, - сказала Аманрми. Харарио послал гонца поторопить Лая.
- Султан требует, чтоб ты шел побыстрей, - сказал гонец. - Почему ты еле тянешься?
- Дурак, - закричал на него Лай, - разве ты не видишь, что я болен и с трудом передвигаю ноги?
И он продолжал идти не торопясь. Явившись к султану, Лай притворился совсем больным, начал тяжело стонать и охать.
- Здравствуй, султан, - еле выговорил он наконец.
- Здравствуй, нехороший ты человек, - ответил Харарио. - Зачем ты оскорбил моего гонца да к тому же отрезал хвост у Амаирми? Чувствуешь ли ты себя виноватым?
Лай сел на землю и сказал:
- Я не знаю. Посмотри сам в свои законы, и ты увидишь, виноват я или не виноват.
- А что с твоими коленями? - спросил султан.
- Посмотри, посмотри в свои законы, - вместо ответа продолжал твердить Лай, - ты все в них увидишь. Султан повернулся к Амаирми:
- Это ты его так отделала? - спросил он. - Смотри, он весь изранен.
- Посмотри лучше на мой хвост, - сказала Амаирми, - насколько он стал короче!
- Да, я вижу, - возразил султан, - и я уже решил в душе, что Лай достоин смерти. Но так тоже не годится. Идите каждый своей дорогой.
- Как, ты его отпускаешь ненаказанным? - спросила Амапрми.
Лай попытался встать, но никак не мог этого сделать. Ему помогли подняться.
- Он все равно не жилец на этом свете, - сказал султан Амаирми. - Неужели ты не видишь, что здесь не нужен мой приговор? Подожди немного, пока он сам умрет.
Лай медленно пошел прочь. Удалившись на значительное расстояние, он крикнул:
- Я - Лай!
И побежал дальше со всех ног. Султан только вскрикнул от изумления. А Амаирми сказала:
- Видишь, только что он был болен, а теперь оказался здоров и силен. Я больше знать не хочу ваших законов! Пусть теперь лучше каждый сам судит, как считает справедливым.
Ираку, 160, 108
О СЛЕДАХ, УЛИКАХ И СУДЕЙСКОЙ СМЕТЛИВОСТИ
109. Следы жира
- Да продлится жизнь твоя, Мелик! - сказал мясник Али. - Э гот человек украл мои деньги, а говорит, что не брал. Когда я продавал мясо, только он стоял у прилавка, больше никого не было.
ciii
Амаирми - зооантропоморфное чудовище; у Ираку - чаще всего в виде огромной женщины с хвостом, которая пожирает людей и зверей.