Страница 60 из 117
- Что же мне теперь делать? - растерялся Мелик-Шахназар. Ведь на твоих деньгах не написано твое имя. Все деньги схожи. Как же я угадаю, чьи это деньги - твои или его?
В это время пришел Пулу-Пуги. Узнав, о чем спор, он попросил миску горячей воды.
"Что он будет делать?" - недоумевали односельчане.
Когда принесли кипяток, Пулу-Пуги взял деньги, которые отобрали у вора, и бросил их в воду.
- Да продлится твоя жизнь, Мелик! - сказал он. - Смотри, как на поверхности воды блестит жир. Значит, деньги принадлежат мяснику[civ] ,
Армянская, 27, 115
110. Как вор украл корову
Купил один человек корову, привел ее домой и пустил пастись, а сам прилег отдохнуть и заснул. В это время другой человек отвязал корову и увел ее. Проснулся хозяин, увидел, что вор уводит корову, погнался за ним с криками:
- Эй, ты, куда уводишь мою корову?
А вор как ни в чем не бывало идет своей дорогой. Наконец хозяин настиг вора, схватил веревку и попытался отнять свою корову. Тут вор закричал:
- Ты что, спятил? Я веду корову из дому. Как ты смеешь отнимать ее да еще ругать меня вором?
Спорили они, спорили и к судье пошли. Судья в их деле разобраться не смог и повел обоих к королю.
Хозяин коровы пал ниц перед королем и сказал:
- Ваше величество, я только что купил корову, привел се домой, пустил пастись, а сам прилег отдохнуть и задремал. Просыпаюсь и вижу - вот этот человек уводит мою корову. Бросился я за ним, хочу скотину отнять, а он не отдает ее, спорит и доказывает, что корова не моя, а его.
- А чем ты кормил корову? - спросил король.
- Травой, ваше величество, - ответил озадаченный хозяин. Тут заговорил вор:
- Ваше величество, я вел корову из дому. Вдруг этот человек набросился на меня, веревку вырывает, в краже обвиняет.
- А ты чем кормил свою корову? - спросил король.
- Горохом, ваше величество.
Приказал король слуге принести жвачку коровы. В жвачке была одна трава и никаких следов гороха. Тогда король приказал отдать корову ее хозяину, а вора наказать плетьми.
Кхмерская, 89, 297
111. [Сикхалол и Лизор]
[...] Однажды Сикхалол с несколькими юношами поехал кататься на лодке. Юноши стали купаться, а в лодке остался один Сикхалол. Лодка стояла у берега, недалеко от хижины, где женщины живут во время месячных. В это время там находилась Лизор. Она увидела Сикхалола и подумала: "Кто же этот красивый юноша?" Лизор вошла в воду и ухватилась за лодку.
- Отпусти лодку, - попросил Сикхалол.
- Иди ко мне, - позвала его женщина, - мне нужно тебе кое-что сказать.
- Я не могу сойти на берег, - отвечал юноша, - я без набедренной повязки.
Лизор придвинулась к нему поближе и сказала:
- Приходи ко мне вечером, и мы поласкаем друг друга.
- Но я не знаю, где ты спишь.
- Сейчас я живу вон в той хижине. Приходи туда.
- Ладно, приду, - сказал юноша и отплыл от берега. Дождавшись темноты, Сикхалол отправился к Лизор, и они провели вместе всю ночь. А перед рассветом юноша вернулся домой. И так они стали делать каждую ночь.
Прошло десять дней, и вождь Соксурум пришел за женой.
Он удивлялся, почему Лизор так долго остается в хижине. Но женщине не хотелось возвращаться домой. Она обманула мужа, сказав, что ее нечистое состояние еще не кончилось. На самом деле она собиралась по-прежнему принимать юношу [...]
Прошло много времени - больше трех месяцев. Однажды со время любовной игры Сикхалол случайно расцарапал ногтями щеку Лизор.
А вождь Соксурум с нетерпением ожидал жену. Наконец он пришел за ней в хижину.
- Ты меня обманываешь! - воскликнул вождь. - Ты живешь здесь уже почти четыре месяца!
Сначала женщина отказалась уходить домой, по муж разгневался, и ей пришлось покориться.
На щеке Лизор все еще были видны царапины, оставленные Сикхалолом. Чтобы муж не увидел их и не догадался, откуда они взялись, женщина стала начесывать на щеки свои длинные волосы. Но Соксурум уже заметил царапины и думал, откуда они могли взяться. Однажды он откинул волосы жены с ее щек и потребовал:
- Расскажи-ка, отчего у тебя царапины!
- Не знаю.
- Ты с кем-нибудь путалась?
- Нет! - воскликнула Лизор, но муж ей не поверил.
Он взял духовую раковину и протрубил. Сразу же все мужчины селения собрались у дома вождя. Соксурум велел им но очереди подходить и прикладывать руку к лицу жены. Он хотел найти того, кто оставил царапины. И пока мужчины один за другим подходили к Лизор, вождь стоял рядом. В руке он держал топор и был готов снести голову виновному.
Но вот все мужчины прошли испытание, и оказалось, что виновного среди них нет.
Тогда вождь велел назавтра прийти тем, которые жили в стороне от селения. [Среди этих людей был и Сикхалол. Все мужчины прошли испытание. На подозрении оставался один Сикхалол.]
Соксурум велел юноше подойти и приложить руку к щеке Лизор.
- Если ты виновен, я тебя убью! - воскликнул вождь и сжал топор.
Сикхалол приложил пальцы к щеке женщины, и стало ясно, что это он оставил царапины. Разгневанный вождь замахнулся топором, но Сикхалол был уже обучен защищаться. Он выхватил топор из рук Соксурума и отрубил ему голову [...]
Макронезийская, 105, 298
112. Тяжба с баньяном[cv]
Давным-давно жили на свете муж с женой. Муж занимался торговлей: продавал благовония. Детей у супругов не было. По торговым делам* муж часто уезжал в далекие края, лишь изредка доводилось ему жить в своем доме. Однажды, когда он давно уже не появлялся в родной деревне, его жена приглянулась деревенскому старосте. Власть старосты, как известно, велика, потому староста без труда соблазнил жену торговца и стал наведываться к лей по ночам. Однако он был осторожен: чтобы никто не догадался о его утехах, староста заглядывал в дом торговца, лишь когда совершал ночной обход. А такой обход, все знают, старостам полагается делать каждую ночь. В деревне никому и в голову не приходило заподозрить старосту в ночных шалостях.
Между тем муж торговал в дальних краях, и все ему недосуг было заглянуть домой. Дела его шли хорошо, и он заработал большие деньги. Только когда прошли три года, незадолго до годовщины смерти своего отца, торговец вдруг затосковал по дому, подсчитал барыши и отправился в обратный путь. Он был уже совсем близко от своей деревни, когда наступила ночь. Вспомнив о деньгах - а достались они ему нелегко, - он подумал: "Я ведь так давно не был дома! Как знать, не случилось ли там чего за это время?" Достал он из котомки мешочек со ста двадцатью лянгами[cvi] серебра, подошел к огромному баньяну, что на самом краю деревни, залез повыше и спрятал деньги в дупле. Потом сказал баньяну:
civ
Ср. аналогичные рассказы: индийский "Лавочник-мошенник" [48, 166] , еврейский "Находчивый мальчик" [112, 121] и др. См также прим. к No113 .
cv
Этнографической основой сюжета является анималистический культ деревьев. Ср. No 113 и примечания к нему.
cvi
Лянг - старая мера веса, более 37 г.