Страница 37 из 53
Тут я немного задумался. А че за херня? Вопрос без научной специфики и мистификации. Типовые покореженные временем надстройки подземного перехода в метрополитен, масса лишних деталей, нанесенных временем и прямоходящими. Фоновые неровности квартальных развалов… И какой в жопу «Джордж-Таун»? Это вообще откуда?
Несколько вдохов-выдохов притупили злость. Работаем с данностью, шлем нахер гадания. У спуска в подземку лениво теплилась пара прогоревших бочек. Чуть в стороне у парапета примостился солдат восхода без ярко выраженных опознавательных знаков. Да и не надо — хватит тату и куцей сабельки, которой человече отмахивал непонятный ритм. Рядом на кривом колу насажен труп — объект измордовали в мясо, связали и проткнули. Сотворили впопыхах — покойник периодически кренился в сторону восходника и тот досадливым жестом отстранял мертвечину.
Много неясностей. Кто-то проиграл сектантам, но чье место, зачем место — непонятно. Утырка с саблей обозначим за часового. И чего он сторожит с видом отмороженного дебила? Тут надо бы притормозить пружину действа:
— Ждем, — коротко приказал, и бойцы плотнее притерлись меж камней.
Задание вменяло сущий минимум — прийти, убедиться и оценить. Но в чем тогда празднество духа? И где иначе набрать био? Ответ под землей — на станции, что перешла под контроль восходников. Вот, кстати и второй хмырь нарисовался — поднялся по ступеням, харкнул и подступил к трупу. Парочка сторожей попыталась придать композиции устойчивость и вступила, судя по ленивым жестам, в дешевый спор. Любопытный уровень постовой службы.
— Смещаемся.
Мы проползли ряд домиков, извиваясь добросовестными ужиками и одним тощим питоном. Ну может еще, Фрау напоминала морского котика. Но не шумела, избегая мусорных наносов, и молодца. Вышли на позицию метрах в 30–40 от поста. Аборигены продолжали вяло пихаться. Железяка с трупом треснула и завалилась.
— Мудло! — долетел голос.
— Арбалеты, снимаете. Шест и Замес, зачищаете. Следов остаться не должно.
Мысленно досчитал до трех, пока не щелкнули тетивы. Неплохой тайминг — стрелявшие уверены либо льстят себе черти… Два тела запрокинулись и осели. Один заскреб пальцами по грудине, второй заколотился в посмертии. А к ним уже черной неумолимостью летело гео. Рывок, мясо в охапку, оружие за пояс, пинком затереть следы и обратно.
— Даже не накапало, — радостно поделился Шест, вспарывая щебень укрытия. Сбросил тело в уголок и успел пройтись ловкими пальцами по закромам. Достал и прибрал кисет.
— Какие-то прелюдии, — фыркнула Крыса. И пока тощий багровел, Замес смутился. Ясно, откуда пришло слово.
Минут через тридцать, что показательно, из подземки вразвалочку поднялся новый персонаж. Крепко сбитая женщина с бульдожьим лицом. Крохотные запавшие глазки в комплекте. Типаж неприятный и в чем-то классически стервозный. Вроде кладовщицы Мани… Вспомнил, вздрогнул.
Женщина в недоумении остановилась подле бочек, завертела головой, лохматя сальные кудряши. И визгливо рявкнула:
— Бобо?!
Говорю же, новый уровень караульно-постовой. Я прошептал в землю, чуть отклонив голову:
— Крыса с придыханием, «Бобо».
Последующего не ожидал никто. Откуда в субтильном теле взялась страсть, непонятно, но от горячечного стона «Бобо» тощий закашлялся, а я непрофессионально развернулся.
— Клушка?! — недоверчиво взвизгнула восходница. — Добралась, сука?! Он же кашляет, ты чего вставила, тварина!
И тяжело затопала с тесаком наперевес. Занырнула за стенку, успела увидеть смутные силуэты и по инерции укатилась в развалины, хрипя. Крыса мгновенно сместилась, и хрип затих. Я воткнул нож в земляной нанос, счищая красное. Минус три. Выждали еще несколько минут. Пора оставить лишний груз и вооружение. Отсюда пройдем уже по серьезному.
— Смещаемся.
Новой позицией обозначил начало спуска на станцию — первый десяток ступеней, с которых можно контролировать все подступы на 360 и есть скромная защита в виде стен с расколотой облицовкой.
— Иду вниз. Если получится, выгоню на вас, — прошептал я и команда степенно кивнула. Мандраж на уровне очередной работы — одно простое и опасное дело. Удовлетворенно отметил и ускользнул.
Ступени отозвались тихим шорохом. Схема станции почти типовая — спуск, тоннель, уводящий в изгиб, и на противоположном конце завал, где ожидалась вторая лестница. В тоннеле, по правую руку широкая выбоина, некогда бывшая выходом к эскалатору. Тяжелый сумрак разгоняла одинокая факельная стойка, бросая тени и играя разломами. Рядом вели неспешную беседу двое восходников — привалились к стенке, оружие под рукой. Трудно сказать — бдят или сачкуют…
Я прислушался. Есть далекие отголоски со стороны станции, но к ним прибуду опосля. Метнул нож и в три широких прыжка одолел расстояние до парочки. Рванул за рукоять оружия, вонзившегося в шею противнику, и на инерции сместил вперед, выдирая. На финиш точке вогнал лезвие в широко распахнутый глаз карего цвета. Чуть довернул и приседая вслед за оседавшим телом, проконтролировал первого. Минус двое.
Сколько было таких заходов, когда призраки несут тихую смерть в щедрых подарках, я уже не упомню. Всегда находилось время пошуметь и всегда находилось время просочиться тенью и неприятным сюрпризом возникнуть за спиной врага.
Выбрался к эскалатору. Момент сложный — длинный спуск в темноту, расцвеченную багрянцем, и минимум укрытий на ступенях. Кто-то подчистил обломки, так что за ступни можно не опасаться, но проблема оставалась. На станции присутствовало движение — звук играл с тенями. Опять, сука, мнусь…
15 секунд быстрого стелющегося шага — через несколько ступенек, ставших на вечный прикол. Короткая оценка развернувшейся панорамы и рывок в сторону — под укрытие сваленных у правых путей кусков облицовки, мебели и металлоконструкций, напоминавших сварные будки.
Чистый заход. Но мог особо и не стараться. Сектантам насрать — их уверенность в собственной безопасности слегка напрягла. Откуда столько похеризма? Сама станция ничем не примечательна — серая сколотая лепнина по стенам, немного кафеля, щербатые колонны прямоугольного сечения. В противоположном конце зала, где предполагался второй выход на поверхность, широкий черный оползень завала. На путях пусто — насколько могу разглядеть, в трех туннелях через пару метров видна мешанина бетона и земли. В четвертом — хаотично настроены баррикады и видны темные кучки мертвой плоти. Диспозиция для лагеря неплохая — один вход-выход, через который и проник, и запасная непонятка, уводящая в подземные блуждания. А баррикады при ней наводят на мысли, да.
В самом зале присутствует немного фанерных конструкций, вроде жилых клетушек, скопище рванины под лежанки, картонные декорации, задрапированные грязным тентом. Привычные виды апокалиптической стоянки прямоходящих. Отсветы пламени из бочек придавали картинке оттенки потустороннего.
На дальних путях сложен неровный штабель из контейнеров полтора на два метра, перед которыми мнется кучка их пяти восходников и активно обсуждает содержимое. Еще девять сектантов обступили центральное кострище и молча пялились на игру пламени. Финальным штрихом обозначились две кучки тел, сложенных у заваленного выхода — одна аккуратная, видимо из собратьев по восходу, вторая в навалку — из бывших хозяев. У второй кучки нашелся последний туземец — пристроился на подранном теле и ритмично дергал тазобедренным.
Из опыта я бы присвоил станции статус перевалочной базы, где можно временно скинуть ценное. Принадлежала ли она ранее Ферме или еще кому непонятно, но это уже вторично и на данный момент не слишком интересно.
Пора.
Я встал, поглубже натянул кепи и вышел к костру. Приблизился с ленцой, потоптался. Ближние восходники оглянулись и призадумались. Один почесал бороденку и округлил рот в справедливом вопросе:
— А?
— Не заморачивайся, — отмахнулся я и призвал пиро. Пора нагрузить дары Оси, а то все как-то спонтанно играюсь под гнетом обстоятельств. Уже перед бойцами неудобно. Одна шустрит на аэро, два других в легкую кочергу скручивают бантиком.