Страница 15 из 19
Когда через двадцать минут под дождем и ветром старый священник и его воспитанник добрались до сада дворца, поток воды почти достигал колен Кредиса. В саду их встретила взволнованная Грэм.
– Собирается совет. Боюсь, Вы даже не успеете переодеться. Я принесла полотенца. Лучше пойти пандусом, там есть навес.
Когда они добрались до навеса, девушка достала из-под плаща два сухих полотенца. Прин хотел было отказаться, но Кредис настоял, чтобы юноша тоже худо-бедно высушил свои волосы. Втроем они как могли быстро поднялись наверх, в зал совета, расположенный в огромном куполе на самом верху дворца Одина. Почти все старейшины уже собрались, и шли оживленные споры.
– Империя зарывается! Это возмутительно! – кричал Салир, один из молодых агрессивных членов совета, стоящий почти в центре комнаты. Высокий, с крупным мужественным лицом. Кредис слышал, что он очень любит свою внешность и даже заказал у скульпторов несколько статуй Одина, которые ваялись по его подобию. Разумеется, статуи стояли в его личных комнатах, куда не было хода посторонним.
– Но ведь мы уже год как не поставляли им Семя Хаоса. Возможно, это ответ на тот факт, что мы не обеспечиваем нужды Совета магов. Нам нужно удержать эмоции в узде и решить, наконец, проблему Копей Отчаяния, – отвечал ему Влим, возлежавший на удобном диванчике. Известный консерватор с проимперскими взглядами, который давно настаивал на том, чтобы именно ему поручили курировать восстановление добычи Семени Хаоса в известных всему миру шахтах в горах Ужаса.
– Послушайте, меня больше волнует не этот лай имперских собак, а сорванные поставки продовольствия из Арима. Если мы поссоримся с Империей, то южный континент станет нашим единственным спасением от торговой блокады. Не торговать же с северными варварами! А у нас уже пропали четыре корабля, возвращающихся из Арима! – спорил со всеми, кто был готов его слушать, напомаженный толстяк Эльм, эконом дворца Одина.
Голоса трех спорщиков, стоящих ближе всего к Кредису, смешивались, так как они орали, перебивая друг друга. Такие споры шли по всему залу, разделившиеся на фракции члены совета криком отстаивали свои точки зрения. И это совет старейшин церкви Одина! Все еще влажная борода Кредиса встопорщилась от возмущения. Даже обеспокоенные слухами необразованные люди на рынке сегодня вели себя приличнее. Мокрый как мышь священник прошел вперед, не обращая внимания на споры. На возвышении напротив дверей разместился Эм, глава совета. Он пока не говорил ни слова, внимательно наблюдая за тем, как члены делятся на фракции. По его взгляду Кредис понял, что он просто ждет, когда станет понятно, у кого большинство голосов. А потом выступит со словом поддержки большинства. Это недопустимо!
Старейшина уже хотел было рискнуть, второй раз за день угомонив толпу. Все равно за его речь на рынке ему предъявят много претензий. Одной больше, одной меньше. Но тут за его спиной громко хлопнули двери. Все обернулись. У входа стоял человек, явно не имевший отношения к совету старейшин или даже к церкви Одина. Высокий, чуть сутулый, со спутанными мокрыми волосами, одет он был в имперскую военную форму, с мечом на поясе. В зале тут же воцарилась полная тишина.
Мужчина обвел взглядом совет. Его глаза были то ли серые, то ли зеленые, но столь темного оттенка, что казались почти черными. Салир неспешно вышел ему навстречу. Сначала уверенно, но подходя к незнакомцу, он немного сбился. Тот был выше молодого священника на полголовы.
– Ты посланец Империи? – строго спросил он.
Незнакомец смерил Салира пристальным взглядом, отчего стало казаться, что их разница в росте еще больше.
– Нет. Я тот, кто когда-то первый провозгласил вашу независимость от Империи.
Кредис нахмурился. А Эм, встав, спросил, повышая голос:
– Это ересь! Новый Завет всегда был Новым Заветом. Таким его создал Один.
Незнакомец улыбнулся, так что все в зале поморщились, будто тот провел напильником по стеклу.
– Я Амер, Убийца Богов. И я в курсе, что вы сами не верите в свои Догмы!
В зале опять повисла тишина. Кредис тоже молчал. Слова казались шуткой, но весь облик незнакомца и то, какой эффект он оказывал на окружающих, говорили об обратном. Первым не выдержал Эм.
– Этого издевательства над нашей церковью я не допущу! Стража!
– Стража вам не поможет. Я… убедил их не вмешиваться. И чтобы было меньше вопросов, смотрите, – незнакомец, назвавшийся именем ужасного бога, протянул руку в сторону главы совета старейшин. Они оба тут же взлетели на несколько метров в воздух. В комнате стало ощутимо холоднее, воздух будто бы застыл. Никто не мог пошевелиться, даже сделать вдох.
С трудом скосив глаза, Кредис пристальнее присмотрелся к незнакомцу. Тот едва заметно светился алым. И тут воздух стал теплее, священник вдохнул полной грудью, как и остальные в комнате. Эм рухнул на пол, глотая воздух жадно, как утопленник. Незнакомец все еще парил в воздухе на высоте полутора метров, отчего его и так грозная фигура казалась еще больше и опаснее.
– Я мог бы всех вас убить, выпотрошить, сжечь. С учетом предстательства истинной церкви Одина, которую я когда-то с таким трудом защищал от Альмерина, я даже не сильно мучался бы потом совестью. Но у меня есть к вам несколько вопросов. К тому же я хочу верить, что среди вас найдутся приличные люди, а не только продажные шкуры.
Он помолчал, снова обводя всех членов совета взглядом. Мало кто остался спокойным, глядя в его темные глаза. Почти все дрожали или отворачивались. Когда он посмотрел на Кредиса, тот сделал шаг вперед.
– Если ты Убийца Богов… Если ты Амер… Скажи, жив ли Владыка? Ждать ли нам его?
В глазах бога мелькнула жалость. Он опустился на пол, приземлившись мягко, как большой кот.
– Я не знаю. Вы, священники, учите то, что зовете «истинной историей». Я родился почти спустя пять веков после смерти Одина. Если хочешь знать правду, ищи других богов.
– Других? Ты не один вернулся сюда?
– Я… Я не знаю. Возможно, вернулись все. Возможно, и Один тоже вернулся. Я не знаю, можно ли убить бога окончательно, хоть меня и прозвали Убийцей Богов. Но если вернутся все… Тогда лучше прячьтесь и укрывайтесь, плывите на юг, бегите на север. Я постараюсь дать вам шанс выжить. Но только шанс.
Амер кивнул Кредису, а потом повернулся к остальным.
– Меня интересует ваш архив. Когда-то давно я оставил у вас одну вещь на хранение и хочу знать, где она сейчас.
Никто на это не прореагировал. Амер снова указал рукой на Эма, и Кредис уже ожидал худшего, но главу совета только слегка приподняло с пола. Затем бог подошел к нему и сказал, глядя в глаза священнику:
– Веди меня в архив.
На этот раз Эм кивнул и повел неожиданно появившегося бога прочь из зала. Глава совета всегда был на стороне победителей.
Глава 5. Каррир. Голодные крысы
Понадобились недели пути по западному тракту, чтобы дойти до Герны, крупного города на западе Империи. Малому было идти не просто, поэтому дети часто останавливались не только на ночь, но и на два-три часа днем, чтобы поесть и отдохнуть. Приходилось купаться в ручьях и спать в зарослях ежевики или молодого боярышника, которые часто росли тут вдоль тракта. Нередко ягоды были их единственным ужином. Цены на ночлег и еду из-за беженцев взлетели до небес. Те деньги, что были скоплены их шайкой еще до смерти Рима и близняшек в Каллимаре, хватило на неделю. Дальше шли впроголодь.
Навыки Малого и Фаллы мало могли помочь тут, ведь не было толпы, в которой можно затеряться и что-то своровать. А магию Каррира решили не показывать, кроме тех случаев, когда им угрожала опасность. Что случалось нередко. Когда их останавливали взрослые, было не страшно. Мародеры и разбойники, как только понимали, что дети богаты только ручной крысой, сразу их отпускали. Но пару раз они попадали на тракте в объятия компаний подростков, тоже занявшихся промыслом, ведущим на виселицу, и тогда было не до шуток. Для вчерашних детей было важно не только грабить, но и укрепить свой авторитет. А ведь это так легко сделать, издеваясь над тройкой куда-то бредущих малышей.