Страница 11 из 18
Глава 8. Испытание ч.3
Я быстро оценила ситуацию. Тьен лежал чуть в стороне, и я видела, как медленно встают на место кости и начинают затягиваться раны. Беспокоиться о демоне не стоило. Гуасин шел ко мне, и лицо его было довольным до отвращения, а каменные путы не давали мне создать заклинание. Я трепыхнулась, пытаясь сбросить стремительно затвердевшие оковы и сложить пальцы, чтобы выдавить хоть каплю силы. Но пошевелиться было невозможно. И также невозможно было показать некромантию.
В моей голове раздался голос Тьена:
«Задержи его! Я скоро восстановлюсь и смогу атаковать. Воспользуйся золотой искрой. Ты сможешь, нужно просто захотеть!»
Захотеть? Магия внутри меня опасна, она убила сотни людей на моих глазах, и я не контролирую ее. Легко сказать!
Гуасин навис надо мной и протянул руку. Я скрипнула зубами и впилась в него яростным взглядом. Больше всего мне сейчас хотелось замедлить время хоть на миг, чтобы дать возможность Тьену атаковать, а затем разрушить свои путы. И золото внутри меня проснулось.
Первый раз в жизни оно показалось теплым, а не обжигающим. Искра раскрылась подобно цветку. Золотой свет больше не был неукротимым фонтаном силы. Поток тепла сбежал по моим пальцам, в одно мгновение окутал каменную сеть и тело Гуасина. Учитель замер, его глаза удивленно расширились. Я поняла, что он не может пошевелиться.
В тот же момент Тьен прыгнул. Пес не успел залечить одну из лап, она все еще торчала вбок. Но ему хватило трех. Тьен сбил Гуасина с ног, и в тот же миг с хрустом осыпались мои оковы. На земле рядом со мной учитель отчаянно боролся с трехногим демоническим псом. Магу удавалось держать клыки на расстоянии, при этом он наносил кинжалом удар за ударом, а затем точным движением выбил только вставшую на место лапу. Это взбесило меня больше, чем злорадные взгляды.
Я и сама не помнила, как сотворила заклинание – каким-то чудом светлое. Стихия земли в последнее время стала даваться мне легче, и я сотворила «малую топь». Почва под учителем превратилась в скользкую жижу. Тьен отскочил в сторону. Прежде чем Гуасин успел ответить или выбраться, я наложила «глубокую заморозку». Это заклинание у меня получалось через раз, и земля просто застыла, вместо того, чтобы превратиться в лед. Мне хватило и этого. Следом я выплела множественные «серпы льда». Кромка лезвий сверкнула на солнце, а над плацем на минуту воцарилась тишина.
Тьен торопливо подполз к наполовину погруженному в застывшую землю Гуасином и зарычал, приблизив клыки к его горлу. Надо отдать ему должное, учитель не дрогнул. Только холодно посмотрел на меня и процедил:
— Неплохо. Ваша взяла.
Зайтен торопливо приказал:
— Отзовите тварь и снимите заклинания.
Я отпустила свою магию, позволяя заклинаниям рассыпаться, и подошла к Тьену. Пес сел и начал зализывать раны. Не обращая внимания на выбирающегося из земли учителя, я опустилась рядом с демоном и положила ладонь на черную холку. В моей голове прозвучал голос Тьена:
«Это было красиво».
Самое главное, что сработало. Хотя выражения лиц присутствующих радовали. Герцог Бейтан и Стэндиш смотрели одобрительно и шептались о чем-то. Зайтен явно был удивлен. Ректор хмурился. Наверное, прикидывал, чего больше я принесу в его родную Академию – славы или суеты.
Тьен похромал к Стэндишу. Я поднялась на ноги и последовала за ним. Шероховатый камешек за пазухой холодил кожу. «Разговор»... Наивно было думать, что мне дадут «управление». Похоже, Стэндиш проник в тайны рода Мисуто гораздо больше, чем я думала. Он не только с помощью артефакта привязал демона к телу пса, но и смог создать амулет. отдельный, чтобы давать возможность другим людям приказывать Тьену. От мысли, что пса сдают внаем, как прокатную лошадь, стало не по себе.
Тьен оглянулся на меня, голос пса прозвучал равнодушно:
«Не думай о моей участи. Мы справились. Твои друзья справятся тоже».
Пес снова растянулся у ног Святого и начал зализывать поврежденную лапу. Я подняла глаза. На лице охотника была холодная усмешка.
— Неплохо, – сказал он. – Когда ты научилась так владеть эльфийской магией?
Я покосилась на Шоннерта и Ястера, которым предстояло быть следующими, и тихо ответила:
— Не знаю. Само получилось.
— Да, – согласился Стэндиш. – Каждый раз, когда я вижу магию эльфов, не могу понять, как она действует. Со стороны, и правда, кажется, что "оно само".
Я дернула плечом и сказала, стараясь выглядеть равнодушной:
— Вы жили среди них. Неужели вам ничего не рассказывали?
— «Жили среди них» и «дружили» – это разные вещи, Шия, - терпеливо пояснил он. - Я видел, что эльфы проводят дни в медитациях и созерцании природы Но не знаю, как это помогает им пользоваться магией.
Нам пришлось замолчать, потому что начался бой. Ястер и Шон засыпали учителя самыми мощными заклинаниями, на которые были способны. Щиты Гуасина стойко перенесли удар, а затем учитель пошел в атаку. Со смесью досады и восхищения я наблюдала за юношами. Кажется, их Гуасин решил взять измором – защищался будто лениво, и тут же атаковал – но тоже слабо. Помнилось, что меня он старался победить с куда большим энтузиазмом. А в парнях как будто не сомневался. Или не пустить на турнир хотели только меня?Наконец, Шону и Ястеру удалось захватить Гуасина. Учитель признал поражение с улыбкой и повернулся к Винсенту.
Эта битва была стремительной. Вин вкладывал много магии в каждый удар. По лицу Гуасина я видела, что он удивлен. Причем, скорее, приятно. Несколько минут учитель и ученик обменивались мощными атакующими заклинаниями, а затем Винсенту удалось обездвижить его тем самым заклинанием, которое он показал нам на днях. Победа друга меня порадовала. Я присоединилась к товарищам, которые теперь стояли напротив ректора и смиренно ждали его вердикта. Винсент протянул мне руку, но отвеить тем же я не успела. Между нами втиснулся Тьен. Пес оттолкнул Вина и подсунул под мою ладонь свою голову. Я не стала возражать и почесала его за ухом.
Господин Дуэй в этот момент прокашлялся и степенно заговорил:
— Что ж, вы показали себя. Сейчас мои коллеги выскажут свое мнение.
Первым заговорил Гуасин:
— Леди Гемхен в одиночку ничего из себя не представляет. Если бы не пес, она не смогла бы справиться.Почему-то я не сомневалась, что победа не поможет мне вырасти в его глазах.
— Если бы не эльфийская магия, – вмешался в разговор герцог Бейтан. – Бороться с эльфами их же оружием – разве это не восхитительно? Вы только представьте лица высоких лиц Линьина, когда они обнаружат, что в команде Академии Орджей полуэльфийка. И какая - с открытой искрой! Мне кажется, только ради этого стоит отправить леди Гемхен в Лиансин.
Зайтен нахмурился и пожевал губами, но герцога поддержал:
— Да, это было впечатляюще. Не думал, что полуэльфы могут овладеть этой силой.
Если бы я еще ей владела. Но говорить об этом не стоило. Поэтому я только мило улыбнулась, как будто все это было хитрым планом.
Ректор задумчиво оглядел учителей, а затем вынес свой вердикт:
— Что ж, не вижу причин отказать вам, молодые люди. Не думаю, что вы вернетесь с победой. Но, надеюсь, сможете достойно представить нашу Академию в Лиансине. Теперь придется организовать вам отправку в Линьин...В его голосе прозвчало отвращение. Кажется, господин Дуэй был готов отказать нам только из-за бумажной волокиты, которая сопровождает отправку сутеднтов за Великую стену.