Страница 127 из 161
Этим утром поработать в тишине и покое было решительно невозможно! Пару раз заходила миссис Трикк — она говорила то ли о ланче, то ли об обеде, а может, сперва об одном, а потом о втором, но времени ни на еду, ни на экономку не было. То и дело возникал Джаспер со своими утомительными фантазиями на тему не менее утомительной Полли Трикк — он прикладывал недюжинные силы в попытках отвлечь дядюшку, но дядюшка не отвлекался.
В тетради появилось не менее десяти новых страниц, вокруг доктора вырос лес из склянок, рядком перед ним были разложены несколько пилюль, и под каждой лежала ленточка бумаги с порядковым номером; под одной стоял вопросительный знак.
Натаниэль Доу проводил одновременно два исследования. Первое исследование было озаглавлено в рабочей тетради, как «Ф. Фиш. И кража лекарств», — в котором доктор размышлял и пытался вывести логическое следствие из этой кражи. Пока что все его выводы сводились к тому, что Фиш просто злокозненный человек, который любит злодействовать. Подобные умозаключения доктор Доу, разумеется, считал неудовлетворительными, и так как он не мог с ними примириться, то решил на время их отложить и заняться исследованием № 2, а именно: «Ф. Фиш. Припадок». И хотя Натаниэля Доу постоянно тянуло на пространные рассуждения на тему, заслуживают ли подлые шантажисты быть вылеченными, и не станет ли их излечение причиной для шантажа в будущем, он все время себя одергивал и насильно возвращал в более… научное русло.
Доктор Доу окинул подозрительным взглядом своего бессознательного пациента и вычеркнул очередную запись в тетради. Очередное лекарство не подходило. Это была уже вторая страница… вторая страница вычеркнутых предположений.
— Что же ты такое? — пробормотал доктор, глядя на оставшийся, как и прежде, прозрачным раствор в круглой стеклянной колбе, стоящий на крошечной горелке. Никакой реакции, а это значит, что нужно все начинать заново.
Доктор знал, что именно стало причиной неожиданного приступа мистера Фиша. Его конфета. Сладость прямиком из Льотомна — кто знает, что они туда добавляют и что именно вступило в реакцию с теми средствами, которые он применял к Фишу. И хоть доктор Доу был крайне терпеливым человеком, сейчас он был близок к тому, чтобы все бросить. А как хотелось. Все сразу стало бы проще: он тут же выбрался бы из неприятной ситуации, в которую его загнали Фиш с Блоххом. Можно взять и ввести Фишу кое-какое средство, и тогда подлый шантажист уже не придет в себя, или… или просто можно ничего не предпринимать… Но нет, он не мог так поступить. Долг врача не позволял ему воплощать свои мстительные порывы. Нет уж, он вылечит Фиша, чтобы потом лично вышвырнуть его из этого дома. И пусть только попробует распускать язык…
Доктор как раз придумывал, какое из средств против излишней болтливости Фиша применить, как вдруг в кабинете раздался приглушенный металлический звон.
— Это еще что за новости?
Натаниэль Доу выдвинул ящик стола. Внутри, на установленной системе оповещения, дергался колокольчик, подведенная к нему проволока ходила ходуном.
Доктор помрачнел: он понял, что это значит. Поднялся, закрыл тетрадь и, взяв со столика скальпель, покинул кабинет. Ни в коридоре, ни внизу, в гостиной, никого не было — тем лучше.
Доктор Доу направился прямиком в чулан, открыл люк в полу.
Из подземного хода на него глядели три пары глаз, болезненный свет фонаря высветил кровоподтеки и рваные раны. У всех троих незваных гостей были длинные серые пальто и серые цилиндры.
— Вы дома, док, — сказал обладатель густой черной бороды. — Славненько.
Доктор Доу промолчал, но по его лицу было видно, что он крайне раздражен.
— Я помню, что мы должны вас предупреждать о своих визитах, док, — продолжил чернобородый, — но мы попали в крысорезку, и парень пострадал.
Доктор Доу оценил самого молодого и с виду неуклюжего из всей троицы. Тот и впрямь выглядел не ахти: его кое-как перебинтовали там и здесь грязными тряпками, но все его пальто было в крови, кровь текла на глаза из-под тульи цилиндра.
— Подлатайте его, док. Я не могу вернуться и сообщить боссу, что мы еще одного новичка потеряли.
— Что насчет вас, Смолл? — Доктор перевел взгляд с чернобородого крысолова на молчаливого гиганта, цилиндр которого едва ли не торчал из люка: — Мэпл?
Смолл усмехнулся:
— Пара царапин. Ничего серьезного…
А Мэпл улыбнулся, кровь просочилась между его зубами.
Доктор склонился к проему.
— Помогите его поднять. Так, сюда… Осторожнее, да, вот так.
Вскоре крысолов Блэки оказался в чулане, прислонился к стене рукой.
Доктор глянул вниз, сказал: «Ждите там», — и закрыл люк…
Пошатывающийся бледный Блэки был доставлен в кабинет доктора, усажен на стул и подвергнут тщательному осмотру. Доктор помог ему снять пальто и цилиндр.
— Бла… благодарю, доктор, — выдавил крысолов.
— Пока что не за что.
Доктор Доу оценил изорванные в клочья и окровавленные рукава Блэки, зажег все свои лампы и направил их на пациента. После этого взял со столика с инструментами ножницы и разрезал рукава рубахи крысолова. Под ними обнаружились жуткие кровоточащие раны, явно оставленные чьими-то зубами. В некоторых местах из них вырастали пульсирующие зеленоватые фурункулы.
— Инфекция от крысиных укусов, — прокомментировал доктор. — Что произошло, мистер Блэки?
— Про… просто Блэки. В братстве нет мистеров. Ну, кроме босса…
— Вот, значит, как вы заговорили…
Блэки застонал, но больше от ужаса и отчаяния, чем от боли. Он не мог глядеть на свои жуткие раны и отвернулся, крепко зажмурился.
— Не бойтесь, я помогу вам, — сказал доктор.
— Я… я благодарил вас за вашу помощь. За ваше средство, которое… крыса на испытании боялась меня. Если бы не вы, я бы не пережил ночь испытания…
Доктор Доу взял со столика судок и наполнил его из толстой коричневой склянки. Прозрачная жидкость зашипела, но доктор, не обращая на это внимания, скатал из салфетки рулончик, взял его щипцами и опустил в судок. Немного выждав, пока тряпица пропитается, он принялся очищать раны. Теперь уж зашипел крысолов, все его тело будто охватил паралич.
— Что ж, я рад, что вы до сих пор живы, — протирая раны и не замечая мучений пациента, проговорил доктор. — Как они с вами обращаются? Полагаю, ужасно.
— Они… они не так плохи, — выдавил Блэки, сквозь зубы. — Если узнать их чуточку лучше. Мэпл только кажется грубым и непрошибаемым, но на деле он видит мир как ребенок. А Смолл…
— Смолл, да, — кивнул доктор Доу и положил щипцы на стол, взял скальпель. — Смолл из тех старых солдат, которые живут в вечном ожидании новой войны. Он очень умен, Блэки, советую вам держать с ним ухо востро.
— Ммммммм… — простонал крысолов, когда доктор одним быстрым движением вспорол несколько фурункулов. Из них потек буро-зеленоватый гной. Доктор подхватил со столика крошечную ложечку и пустую склянку — стал собирать в нее гной.
— Я встречал подобные последствия укусов ранее. Где вы получили ваши раны?
— Мы отправились в Гарь. К фабрикам Уоррена и меб… меблированным комнатам Брумс, где живут рабочие. Там нашествие крыс. Очень злобных и опасных. Твари набросились на нас, и Мэпл вытащил меня из потока крыс. Он успел зашвырнуть меня в нишу, а сам около часа сдерживал напор этих тварей. Огромных, размером с волкодава, тварей! Вы представляете, доктор? Вы знаете, как я боюсь крыс. Но это… это уже что-то за пределом ужаса. Когда ты просто прекращаешь осознавать происходящее и способен лишь безвольно и тупо глядеть на налитые чернотой глаза и оскаленные пасти. А Смолл… Смолл схватился с крысой, которая была размером… размером с ваш дом, доктор. Еще неделю назад я и представить не мог, что подобные твари существуют. Это… это…
— Ужасно, полагаю, — буднично сказал доктор Доу. — Что ж, теперь займемся вашей головой, Блэки.
Блэки поглядел на свои руки — он и не заметил, как доктор обработал раны, смазав их какой-то зеленоватой мазью, после чего перетянул их чистыми бинтами.