Страница 39 из 94
Адъютант Вин Трумер принес ужин на двоих, таращась на Марину, накинувшую на плечи китель Люка и скрестившую босые, измазанные травой ноги на койке. Люк, расстегнув воротничок рубашки, закатав рукава, сидел напротив, ел сам, смотрел, как она ест, как смеется, как говорит. Как смотрит на него — задумчиво, спокойно. Она рассказывала про Вейн, про матушку, про Риту и госпиталь, про дела герцогства, он — про Тамми и драконов, про то, что ему предстоит. Пахло крепким чаем, пряным жарким с мясом. Снаружи мерцали всполохи от огнедухов. Послышался голос Майлза — он, видимо, уже проснулся, но Люк не мог себя заставить выйти к нему. Если очень будет нужен, докричатся. Пока он хочет побыть с женой.
«А ведь это может быть нашей последней встречей», — вдруг мелькнула у него мысль, и он скрипнул зубами, обругав себя.
— Что такое? — тут же заметила она.
— Ничего, — хрипло проговорил Люк. Посмотрел на часы, на выход из палатки. На Марину. Та вопросительно и весело подняла брови.
— Твои охранники надежны? — поинтересовался он небрежно.
Она засмеялась, кивнула.
— Исключительно надежны, — пообещала она. Потянулась, сбросила с плеч китель и откинулась назад.
Он любил ее там, на узкой армейской койке, почти на полу палатки — осторожно, горячо, и она, чуть медлительная, была так же отзывчива и безрассудна, то поворачивая голову, чтобы поймать его губы, то сверху царапая его грудь, сжимая волосы, склоняясь, чтобы поцеловать. И очень тиха — им обоим не хотелось посвящать в свою супружескую жизнь весь штабной лагерь. Затем, разгоряченные, восстанавливая дыхание, они минут двадцать дремали, обнявшись, прижавшись друг к другу.
Люк, уткнувшийся лицом ей в плечо, обнимающий за живот, почувствовал, как кто-то ударил изнутри, словно поздоровался. Он усмехнулся, потерся губами о влажную кожу. Силы в нем сейчас было столько, будто он сутки отсыпался.
— Нужно лететь, иначе в Вейне начнется паника, — лениво проговорила она. — Не хочу. Отодвинь войну на пару суток, а?
— Не могу, — с сожалением сказал он. — Я провожу тебя. Постарайся ближайшие несколько суток не соваться сюда, прошу.
— Я понимаю, — так же замедленно ответила Марина. — Прикажу забить ставни и запирать меня на ночь. Или вообще затребую у Ирвинса клетку.
Он лизнул ее в плечо. Не сдержался. Марина повернула голову и серьезно посмотрела на него.
— Не волнуйся, я не буду тут крутиться и подставлять тебя под удар. Мне и сегодня не стоило прилетать. Но теперь я понимаю, куда меня тянет, и смогу ограничить себя, пока не научилась этим управлять.
Люк потянулся. Покрутил плечами.
— Не стоило прилетать, — согласился он, — но, детка, я в восторге, что ты сейчас тут.
Он змеем проводил ее за линию дармонширской артиллерии, понаблюдал как крошечная птица улетает под лунным светом, и направился назад. Туда, где он сейчас был нужнее.