СКЛ

- Ааа, понятно… - безразлично ответила я. - Ладно, я пошла к себе. Или ко мне еще какие-то вопросы?

- Нет, ты свободна.

Я заметила, как Саша посмотрел на меня широко распахнутыми от отчаяния глазами. Он позвал меня на помощь и наверняка ожидал, что я начну усираться и доказывать, что там реально было полмиллиона. Я бы могла сделать это, притащить Женю и Клаву, найти расчеты, начать ругаться, но не в этот раз. Когда я сделала безразлично-уставший вид и свалила из кабинета, он понял, что никогда не отобьет у Мейер эти 200 штук. Я шла по коридору и улыбалась. Двести тысяч, такая хорошая ощутимая сумма, которая очень отрезвляет. Особенно обидно, когда тебя наебывают и говорят, что ты оказывает, сука, не профессионал, а какой-то мудак с улицы, самоучка.

Саша вернулся из кабинета очень удрученным. У не было никакого желания работать, он сидел за компом смотрел развлекательные сайты потухшим взглядом и находился в полной прострации. Я дождалась вечера, когда все наши уйдут. Мы с Сашей остались тет-а-тет.

- И что теперь со съемкой?

- Ничего. Триста…

- Мдааа. Мы считали на пятьсот. Мейер просто врет в глаза.

- Да, я тебе верю, - глухо ответил Саша.

- Может прогуляемся в кофейню? Есть кое-какие мысли, но не для этих стен.

- Пошли, - механически ответил Саша.

Мы зашли в кофейню и сели за столик.

- Знаешь, если бы я остался на руднике, то сейчас бы уже стал начальником рудника.

- Почему ты так решил?

- Да мы с ребятами там вместе работали, один уже начальник рудника, второй главным инженером стал, - вздохнул Саша.

- Ты жалеешь, что пришел в эту фирму?

- Нет. Не жалею. Просто… как-то херово слышать, что ты не профессионал. Тем более по съемке! Это же мой прямой профиль!

- Понимаю, мне как человеку, основавшему это направление и составившему конкуренцию НИПИ, это слышать еще более неприятно. Понимаешь, я не считаю себя профессионалом или суперспециалистом. Безусловно, спецы из НИПИ намного опытней меня. Но, слышать это в контексте, когда тебя наебывают по деньгам очень неприятно. Если я полупрофессионал, то полученные по контрактам деньги наполовину игрушечные что ли? Так выходит? - улыбнулась я.

- Не знаю, не знаю, что теперь делать… Даже идти туда не хочу.

- Я собираюсь составить серьезный разговор с начальством завтра. У меня к ним целый перечень вопросов.

- Какой?

- Ты же знаешь, что они мне должны крупную сумму денег? А еще год назад обещали процент с прибыли.

- Ну?

- Так вот, долги платить не хотят, при разговоре о процентах Мейер дурочку включает. За июнь мне даже ни копейки не начислили.

- А ты ходила ругаться?

- Неа. Так… только Мейер обозначила свое недовольство. Ругаться будем по-крупному, - я сделала дьявольскую улыбку.

- То есть?

- Сейчас я тебе все объясню.

И я вкратце рассказала, что провела анализ сумм по контрактам, анализ зарплат по проектам и обозначила, что собираюсь Мейер выставить претензию.

- А что именно ты будешь говорить? То есть как ты ей это скажешь?

- Посмотрим, как пойдет, - пожала я плечами.

- А знаешь, что? Помнишь наш самый первый технологический проект? Ну тот, что Валера случайно пообещал, мы еще его с Палычем отработали.

- А… мрак моей жизни что ли? Помню конечно!

- Мне за него до сих пор не заплатили.

- То есть? Как не заплатили?

- Ну так, заплатили не всю сумму. Тысячу долларов должны остались.

- Эээ… а почему ты мне не сказал?

- Ну я сам подходил потом к Валере, он сказал что-то типа «проехали», а… нет… «поезд ушел», он сказал, что «поезд ушел».

- Пиздец!

- Да ладно, хер с ним. А что ты хочешь от Мейер?

- Бабло! Меня интересует только бабло! Я хочу свою зарплату за прошлый год, хочу свои проценты с прибыли и хочу обещанную нам премию гигантского размера. Премию мы с тобой разделим.

- И думаешь она заплатит?

- Добровольно-то нет конечно, но надо приложить усилия! - улыбнулась я.

- Я вообще хочу уйти обратно на предприятие, мои ровесники уже все начальники отделов и рудников, а я тут торчу.

- Ну, не каждый твой ровесник зарабатывает такие деньги как ты, это они сочиняют больше. Но желание уйти и меня посещало, но… уйти не с пустыми руками. Иначе в чем смысл этого протеста?

- Я хочу пойти с тобой на этот разговор с начальством. Я им объясню, что есть расценки на работы, и сколько надо платить проектировщикам. И кто тут профессионал, а кто нет! - раздухарился Саша. - Я им все выскажу! Я им скажу, как на нормальных фирмах платят!

- Пошли конечно, вдвоем будет в разы проще.

Мне нравился Сашкин боевой настрой, но я знала, что завтра он сдуется. Так сказать, «переспит» с проблемой и смирится с обстоятельствами. Впрочем, выбора у меня не было, потому как завтра был самый подходящий день для разборок. Упускать его было никак нельзя. Мейер и Валера уже были на чемоданах и уезжали почти на месяц, думать им было некогда. За старшего на фирме оставалась Кох, которая не работала с заказчиками. Перечень моих претензий был весьма внушительным и веским. Ибо залупаться за каждые 2000 рублей, как это делал Женя, для меня было несерьезно.

На следующий день я увидела, что Саша очень сильно дрейфит. У Саши был загнанный взгляд. Он смотрел на меня с ужасом и надеждой, но идти на разговор к начальству не отказывался. Я предупредила Мейер и Валеру, что нам с Сашей надо обсудить кое-что важное и серьезное перед их отъездом, и попросила полчаса времени на эту беседу. Мы сели в переговорной с ежедневниками. Я смотрела на спокойно-пренебрежительные лица Мейер и Валеры и понимала, что, то что я сейчас им скажу вслух, они никак не ожидают от меня услышать. В их лицах не было настороженности, значит, мой удар будет внезапным.

- Прошу прощения, что отрываю вас от дел. Я понимаю, что вы сейчас заняты и завершаете массу вопросов перед отъездом… - начала я разговор.

- Давай, ближе к делу! - нетерпеливо заметил Валера, получив полный осуждения взгляд Мейер.

- Ближе к делу, хорошо. Вчера мне был задан вопрос довольна ли я своей зарплатой. И я всерьез задумалась над этим. Я проанализировала свою выписку, и честно признаться я в шоке.

У Мейер и Валеры в глазах зажглось внимание.

- Я сделала небольшой анализ. И выяснила, что, оказывается, с каждым годом я зарабатываю все меньше и меньше. Сейчас я зарабатываю меньше, чем три года назад. И я задала себе вопрос: «В чем же дело? Неужели я так плохо работаю?».

- Контракты не очень хорошие, - предположила Мейер.

- Именно! И тогда я сделала сводку по отработанным договорам. И вот тут я прозрела. Выяснилось, что за первый отчетный год по справке Кох, общая сумма договоров составляла N млн. рублей, на следующий год 3N млн. рублей, на третий год уже 4N… Последний год у нас не блещет и вообще печален, поэтому я его не беру. И вот получается такая картина, что общая сумма контрактов выросла в 4 раза, а у Петровой зарплата уменьшается. И это при том, что Петрова получает по-прежнему только за проекты, а за административную часть получает обещалки без конкретики.

- Но ты сама виновата! - возразил Валера. - Ты же была согласна работать за эти деньги!

- Хмм, - улыбнулась я. - Саша тоже был согласен сделать съемку за поллимона, а в итоге сколько ему заплатят? А? Триста! А триста, это совсем не полмиллиона!

Я увидела на лицах начальства растерянность. Причем каждый их них растерялся по-разному, а договориться о единой политике переговоров в нашем присутствии они не имели возможности.