Страница 65 из 146
- Но! У этой девы вера есть. Кстати, никого не трогает, что та не менее безумна. Тут речь про мои "выходки". Тебе достало собственных наблюдений и косвенных улик, чтобы относительно меня сразу усомниться. А Лелиана, как есть выслушав, ни капли не поверила в слова об одержимости. Потому что если так, основа веры ложна. Подводя итог - мотивы той крепко связаны со мной. Бетани? Правда для той как яд. Быстрее обучиться и стать сильнее девушка должна. А не на кошмары отвлекаться. Смысла мне нет пока что ученицы опасаться. Помыслы той, думаю, тоже со мной увязаны. Или будут. А вот ты… Во-первых, любые твои принципы упоминание сестры тот час заставит раствориться. И вместе с ними, основанное на том чувство долга. Во-вторых, те же принципы, случись такое, легко переметнуться подтолкнут. Не вижу, на что опереться, кроме одной дороги на двоих.
Эльф мрачно сверлил чародейку взглядом, не находя подходящих возражений. Смотря правде в глаза, сказанное лежало близко к правде. Будто перекручено на некий чудной манер, чтобы выглядеть гротескно, но… Подавшись вперед в попытке не выглядеть молчаливо согласным, Алим немедленно наткнулся на подводящую итог Морриган.
- Пожалуй, достаточно для одного серьезного разговора.
Поиграв желваками, мужчина кивнул. И было уже взялся за ручку двери, когда вдруг обернулся и в пол оборота бросил вопрос.
- Ты действительно не имела ни практики, ни привычки применять магию без вспомогательной скороговорки?
Чародейка, подтверждая, медленно кивнула. Эльф в ответ скривился и добавил.
- Значит, имея в качестве основы столь сложный метод построения заклинаний, ты за пару недель освоила его стремительное и многократное применение без костыля, который сопровождал постижение искусства с самых основ?
Девушка ответила молчанием. Легко читалось, подобные умозаключения ту тоже посещали. Но слышать такое от другого было вдвойне неприятно и тревожно. Кивнув, Алим молча посмотрел на Лелиану и вышел, оставив в воздухе тягостное послевкусие, подталкивающее к невеселым размышлениям.
* * *
Корабль лег на обратный курс не без труда. Словно само судно, ветер и команда одинаково противились идее возвращения в холодные воды Каленхада на излете Матриналиса. Многочасовое лавирование в просторном стоке реки Дейн вылилось в продвижение немногим быстрее былой лодки. До позднего вечера первого дня совместного путешествия на палубе царила гнетущая атмосфера. За тяжелой работой каждый вновь и вновь прокручивал в уме произошедшее, удивляясь - почему вместе команда подчиняется четверке незнакомцев, трое из которых вовсе женщины. И, в который раз завершая круг, невеселые мысли упирались в преграду. Каждый убедился или оказался убежден соседом - как минимум пара из четверки владела искусством. Для моряков этот термин не являлся точным. Наполненный слухами и суевериями, тот отдавал мистицизмом и нес за собой насыщенный эмоциональный фон. Для подавляющей части малообразованных жителей страны маги - это редко встречающиеся и исключительно опасные существа. Не ради красного словца на страже тех стоят Храмовники. Только сила последних принуждала чародеев использовать дар во благо. А коли поводок рвался - те с наслаждением воплощали в жизнь чужие и собственные ночные кошмары. Наглядная демонстрация на палубе «той самой силы» только укрепила уже укоренившиеся страхи. И пусть маги, как рядовой люд, дышали воздухом и по-прежнему состояли из крови и плоти, податливой для доброй стали. Но, одно дело - клинок, что пронзает сердце, если не сдюжил с хозяином того совладать. Другое - умереть с щелчка пальцами или, того хуже, когда магу достанет и косого взгляда… Такой риск отбивал желание играть в героев. Каждый молча принимал успокоительное решение - нужно внимательно смотреть по сторонам, быть готовым, а пока - терпеть.
Капитан конечно видел дальше и знал больше. Мужчина четко представлял - и конкретные ограничения магов, и как можно было бы расправится с пассажирами за предстоящие дни пути ценой жизни пары или тройки моряков. Искусство искусством, но потребность питаться, пить, спать и испражняться - никто отменить не в силах. А в плаванье отыскаться могли и другие… слабости. Каждая, при правильном подходе - уязвимость. Останавливала того пара глаз цвета расплавленного золота и отдающийся в черепной коробке эхом хохот. Воспоминания о том звуке и вызывающе обнаженной фигуре пускали волну мурашек и путали мысли. А опыт подсказывал - с этим “зверем” лучше не связываться. Ни одним, из приходивших на ум, способов. Доверяя собственным инстинктам, Капитал оставил проблему на совесть Храмовников, встречи с которыми в пункте назначения вряд ли бы удалось избежать. Осталось только уклонится от острых углов.
А углы будто на зло выскакивали в самых неожиданных местах.
В закатных сумерках того же дня команда и пассажиры наткнулись на первый. Идущее на встречу судно. Морриган в то время сидела на палубе у свернутого каната, используя тот в качестве опоры. Вместе с Бетани две чародейки продолжали практиковаться, фокусируясь на деле вместо личных размышлений. Из скудных разговоров моряков легко прояснялось - те узнали корабль по парусу. Пару дней назад тот уже маячил позади. Но низкая посадка делала судно медленнее и менее маневренным. В результате с очередным восходом позади того уже не оказалось. Когда борта судов поравнялись и между теми осталось с десятка полтора шагов, второй экипаж приветственно засвистел, не упуская шанса продемонстрировать остроумие и черное чувство юмора. Фразы и жесты метко разили гордость и самолюбие моряков захваченного судна, легшего на обратный курс. Выступавшие целью издевок безрадостные матросы, в ответ только кривились. Переглядывались. И опасливо косились на желтоокую ведьму. А вот короткая встреча глаз двух капитанов, выхваченная последней из царящего беспорядка, рассказала казалось больше, чем иное письмо. Морриган специально обернулась, провожая судно вдаль. И ожидаемо наткнулась на ответное тревожное внимание, схожим образом изучающее виновника неожиданной встречи. Поднявшись из трюма ближе к концу инцидента Лелиана показалась индифферентной к удаляющемуся силуэту. Но, повернувшись к чародейке, вопросительно выгнула бровь.
Казалось бы… Но воля и острый ум Морриган не дали той расслабится и пустить происшествие на самотек. Окружающие мужчины гарантировано станут источником слухов о случившемся. И сама девушка окажется неотъемлемой частью искаженных и приукрашенных историй. Общение с рыжей “сестрой” подбросило ворох подсказок, чтобы чародейка смогла достоверно представлять механизм и силу молвы. По крайне мере та считала - что оценивает масштабы корректно. Но начало этому положить должно было прибытие к цели. И запас в три-четыре дня. Конечно, случается, даже на Каленхаде корабли пропадают. При ином взгляде озеро больше походило размерами на внутреннее море. А вот теперь… Некоторые слухи появятся куда раньше и разойдутся куда как шире. И кроме того, исчезновение судна уже не выглядит разумным вариантом. Поморщившись, Морриган через усилие констатировала - подобный вариант нельзя было рассматривать в качестве разумного при любом стечении обстоятельств.
Перед тем как лунный свет посеребрил корабельные снасти и залил палубу зыбким светом с нечеткими тенями, у хозяйки жёлтых глаз состоялся ещё один разговор. Предвестник новых неприятностей. На судне присутствовал узкий выбор вариантов для сна. И, исключая каморку Капитана, ни один из двух оставшихся не предоставлял роскоши приватности. При этом палуба проигрывала общему трюму открытостью для непогоды. Да и необходимостью устраиваться на твердой древесине или жёстких канатах с парусиной. На этом фоне старые ароматные гамаки, развешенные в лабиринте ребер жесткости трюма, выглядели роскошью. Спускаясь, дабы оккупировать дальний угол, обособленный от остальной команды хотя бы парой лишних метров, Морриган наткнулась на поджидающую у ближайшего к спуску столба Лелиану. В сгустившейся под палубой темноте, наполненной шевелением и бормотанием, яркий квадрат лунного света выхватывал только обувь девушки. Подавшись навстречу и блеснув внимательными бледно-зелёными глазами, та на грани слышимости произнесла.