Дурное начало

Искатель смерил Морриган хмурым взглядом и медленно кивнул собственным мыслям, прежде чем продолжить.

— Отправишься со мной. Лучше держать такое на коротком поводке и внимательно смотреть, что будет дальше. Филактерий послужит отличным поводком. С моими знаниями тот покажет себя более эффективным инструментом, чем в пыльной подсобке Круга. Спутниц твоих тоже заберем. Негоже барду мутить воду в этой луже. Бард... Кто бы подумать мог.

Недвусмысленно отразив на лице скепсис и недоверие, девушка цинично указала на истинные мотивы собеседника:

— Просто мало одного поводка.

— Я сторонник максимального результата при минимуме затрат.

— Значит... Ты, я, и...

— Конечно, ещё пара Храмовников. И пара магов Круга. Посмотрим, кто изъявит желание упорхнуть из развалившегося гнезда вопреки рискам.

Мужчина плавно поднялся, легко подхватив с комода клинок и журнал. Обе вещи в руках Искателя смотрелись будто бы на своем месте, позволяя представить того и «книжным червем», и в горячей схватке посреди сражения. Вполоборота повернувшись к выходу, Тристан добавил:

— Письма Короля и Императрицы. Зачем?

— Мне показалась... М-м-м... Вот представь. Ты в неизвестном лесу. И вдруг под рукой заостренная палка. Почему бы с собой не прихватить?

— Интересно... Корабль отходит завтра днем. До этой минуты считай себя свободной. Оба Корпуса Храмовников в полной мере в курсе ситуации. Часы до заката, ночь и утро. Прояви мудрость, распоряжаясь этим сокровищем.

Легко открыв незапертую дверь, Искатель без лишних слов вышел, спеша по другим делам...

* * *

Морриган без затруднений покинула здание, в котором состоялся разговор с Искателем. Внешний мир встретил девушку прохладным ветром, забирающимся под одежду, чтобы напомнить о вступившей в права осени, и настойчиво пытающимся растрепать черные волосы. Солнце клонилось к закату, проглядывая между обрывков тяжелых облаков, несущихся тому навстречу. Небо ещё сохраняло пронзительную голубизну, но день уходил на запад, а с востока вздымалась пока едва различимая ночь. Вдохнув полной грудью ароматы опавшей листвы и очагов ближайших домов, чародейка сдержанно ухмыльнулась. Стоящий у выхода Храмовник держал правую руку поблизости от клинка и косился на девушку. Но и только.

Беглого взгляда хватило, чтобы прочувствовать слова Искателя. Пространство между Башней и внешней стеной заполняли Храмовники. Не все здесь были в сияющих доспехах. Большинство в обыденной одежде занималось работой по устройству быта или спешило по иным делам. Блеклые оттенки шерсти, выбеленный лен и дешевая кожа. Но повсеместно болтающиеся на поясе или покоящиеся неподалеку ножны намекали — вокруг одни воины. И, конечно, сплошь грубые ферелденские черты.

Чувствуя легкую тень головокружения, Морриган спустилась с лестницы, сохраняя столько грации, сколько могла себе позволить. По некой причине девушку распирала потребность показать окружающим сколь та отличается. Язык тела выглядел идеальным инструментом для самовыражения. Пусть в итоге самой чародейке походка казалась нетвердой... Но неуверенность во взглядах мужчин лучше иного факела во тьме демонстрировала успех. Может ли чародейка, ещё недавно бывшая заключенной, столь высокомерно нести себя сквозь лагерь Храмовников? Спорная победа была сиюминутна, но даже так приносила девушке радость.

У входа в Башню острый взгляд заметил фигуры Лелианы и Валинси. Мужчина вкрадчиво объяснял нечто трем послушникам. Но особого желания к тому у мага не наблюдалось. Нетрудно было разглядеть, тот скорее убивал время, не в силах пренебречь обязанностями «старшего мага». Рыжая «Сестра» же, укутавшись в шерстяной платок, стояла поодаль, облокотившись на древнюю стену Башни и задумчиво наблюдая горизонт на севере. Девушка немедленно направилась к группе молодежи. Юноши первыми заметили приближение чародейки, изменившись в лице. Удивление, тень страха, стеснение?.. Быстро переглянувшись, те искренне поблагодарили старшего мага и ретировались в Башню. А Валинси обнаружил подле себя гостью.

— Тебя отпустили?..

— Искателю все выложил?

— Что?

Обмен фразами произошел одновременно, вызвав со стороны мужчины паузу замешательства. Но, быстро сориентировавшись, тот хмыкнул и отрицательно покачал головой.

— Конечно. Ведь не ожидала, что на вопросы Искателя буду молчать как немой. Это выглядело бы глупо. И ничего в конечном счете не дало бы. Он спрашивал, я отвечал. Ровно столько, сколько тот хотел услышать и ничего сверх того. В основном звучали очевидные вопросы о причинах твоего состояния. Ах, нет... Было кое-что сказано и по моей инициативе. Попытался упомянуть о спасении Круга. Тот только отмахнулся. Либо Искателю нет дела до судьбы Круга. Либо другие... Лида и Жанн, уже оказались допрошены. И ещё, Искатель уточнял о твоем поведении в последние дни.

— Хм... «Забавный ритуал»?

Валинси потер подбородок в легком раздражении и неопределенно протянул:

— Ах это...

Морриган только покачала головой, не став напирать. Бросив взгляд на облака, окрашивающиеся в алые тона, девушка осторожно обронила:

— Неплохо бы поесть. Наконец.

Собеседник с готовностью кивнул, жестом предложив следовать за собой. Девушка перекинулась взглядом с Лелианой, не предпринявшей даже попытки приблизиться. На лице «сестры» царило одновременно облегчение и неуловимая хитрая ухмылка. Будто только что увиденное уже послужило ответом на ещё не заданные вопросы. Чародейка одними губами произнесла: «завтра», и рыжая копна волос слегка качнулась, подтвердив, что Лелиана увидела и поняла.

На первом этаже было полно снующей туда-сюда молодежи. На втором... Морриган с удивлением наткнулась на прибранные коридоры, чистый пол, простенькие двери из свежей древесины, вставшие на место тех, что пошли на дрова. За прошедшие дни Башню вернули близко к изначальному состоянию.

— Чисто...

Валинси удивленно обернулся, замерев посреди коридора, и согласно кивнул.

— Усмиренные. Благодаря тому, что смогли стольких спасти, многое дается легче. В организации и выполнении работы, требующей терпения и отсутствия брезгливости им нет равных.

Чародейка скривилась, осознавая, кем некогда были усмиренные. Но маг уже отвернулся и не увидел эмоций девушки. А спустя один поворот мужчина открыл дверь в общую комнату на дюжину человек, которая ныне выглядела пустой и покинутой. Морриган вспомнила, что в подобном помещении навещала Нерию. Но тогда вокруг царили мрак, тени и безысходность. Сейчас из узких окон свободно изливался вечерний свет, а Валинси без труда добавил к освещению пару свежих толстых свечей. Усадив девушку на кровать, мужчина вскоре сотворил рядом с той кружевной платок, пару щедрых ломтей подсохшего хлеба, два свежих яблока, пахнущих ушедшим летом, и крынку цветочного меда с деревянной ложкой.

— Воды?

Морриган кивнула, вгрызаясь в мякоть ещё сочного плода, и Валинси ненадолго вышел, чтобы скоро вернуться с крынкой, полной прохладной чистой воды. Передав ту девушке, маг присел напротив и задал вопрос:

— Значит, у Искателя все прошло... нормально? Тот так целеустремленно проследовал в Башню. И судя по отсутствию Ирвинга, который первым должен был встретить тебя, у этих двоих нашлось о чем поговорить.

Как следует прожевав пищу, чародейка пожала плечами.

— Ты прав. Судьба Круга — не приоритет Искателя. Но угрозы для выживших нет. Хотя второй Корпус Ордена Храмовников здесь останется. И... Будет объявлен карантин. На десятилетие.

Лицо мужчины вытянулось, но тот быстро вернул себе самообладание и тихо прокомментировал новость.

— Вот оно как... Удивлялся, зачем Храмовники привезли с собой столько припасов. Значит, никакой практики для только преодолевших «Истязания» за пределами островов. И никакого притока молодежи. Что до тебя?