Страница 25 из 102
Глава 9. Галка
Пассажирский корт, следующий по маршруту «Аннхелл — Питайя — Аскона»
Обсудить допрос официанта Рэм и Ченич решили в каюте.
Юрист достал свой бумажный блокнот и поставил в центре листа закорючку.
— Почему ты решил, что официант соврал? — спросил он Рэма.
— Просто уверен и всё, — пожал тот плечами. И начал рассуждать вслух, видя, что сосед ждёт развития темы. — Ну, он тонкокожий, такие сразу краснеют, — вспомнил Рэм. — И ещё… Я от певца сегодня странную фразу слышал. Галка же меня почему обняла? Потому что певец ей сказал, будто она вешается на официантов. Допустим, он её за этим застал, ведь не в зале же она обнималась, верно? А где? Столько народу на корте — не продохнёшь. Значит, на кухне, в подсобке какой-нибудь. Значит, вход туда не по пропускам, раз и Галка там обнималась, и певец её видел. Может, у них там вообще бардак на кухне — заходи, кто хочешь?
Ченич задумчиво покивал и поставил ещё одну закорючку в блокнот.
— А тебе не показалось странным, что охранники певца выглядели совершенно беспомощными? — спросил он, пристально глядя на Рэма.
Словно и его пытался допрашивать, как только что допрашивал официанта. Вроде и доброжелательно, и с улыбочкой, но как рыбину подсекал.
Парень вздохнул: вот же манеры противные у юристов. Вроде стерпелись друг с другом, а чуть что — и Ченич уже смотрит на него, как на преступника.
— Так в ресторане начальник охраны корта торчал, — пояснил он. — Кифара тут царь и бог, что бы они мне сделали? Репутацию бы попортили, вот и всех плюшек.
— Но руку-то могли заломить? Или ударить исподтишка? Я понимаю, что тебя тоже готовили специально, но на каждый приём существует противодействие. А секьюрити вели себя как уличные хулиганы.
Рэм укусил губу, вспоминая их неуклюжие движения.
— Думаете, прикидывались? — спросил он, сам не заметив, как снова съезжает на «вы». Всё-таки разница в возрасте и опыте у него и попутчика была огромная. — Но зачем?
— Может, не за тех себя выдают? — подсказал Ченич.
Рэм задумался. Секьюрити и в самом деле уж больно нарочито изображали медведей в посудной лавке. Даже начинающий боец двигается ловчее. И уж орать от боли обученный человек точно не будет.
— Зачёт, — кивнул он. — Выходит, что певец в свою охрану или приятелей взял, или людей без выучки…
— Или?..
— Или они профи, но хорошо маскируются.
— Точно, — кивнул Ченич и поставил ещё одну закорючку.
— А мы не пережимаем с конспирологией? — спросил Рэм. — А то сейчас договоримся до того, что это не творческая группа с двумя певцами и арт-командой, а бандиты, нанятые, чтобы убрать меня или вас?
Ченич покивал и опять что-то пометил в блокноте.
— Мне заплачено за первичный опрос и отчёт, — пояснил он. — И я должен рассмотреть все версии, даже самые нелепые. Скоро швартовка. Отчёт предъявят на Питайе и дадут нам с тобой долететь до Асконы.
— Ясно, — облегчённо кивнул Рэм. — Специфика, значит, такая. А то вот так начнёшь рассуждать, и сразу всё кажется подозрительным. Вот, например — карманы у Галкиного комбинезона. Они топырились так, словно в них пихали что-то объёмное. Прямо лезло в глаза, что торчат. Девчонки ж не любят ничего в карманы совать, а тут всё оттянуто, как у парня.
— Что, и тебе показалось, что прямо как-то сильно топырятся? — удивился юрист.
— Ага. Но вдруг у меня паранойя? Может, нам обороты сбавить с версиями? Всё, что мы реально можем предположить — кто-то пробрался на кухню и подменил баллончики с коньяком для десертов. Нам бы надо на всякий случай ходить да оглядываться, вдруг это нас отравить хотели?
— Ну вот в этом я не уверен, — покачал головой юрист.
— Почему? — удивился Рэм. — Это же самая простая версия.
— И в чём она? Слегка отравить и продержать в медотсеке до Асконы? А смысл? У охраны корта и без этого с десяток способов нас с тобой задержать. И опять же, ну вот подумай: лежу я, весь бледный, в медицинской палате. И всё равно только на Асконе меня можно куда-то перевезти. А до Асконы я и так долечу. Зачем такие хлопоты? И зачем неприятности с таможней Питайи?
— То есть вы — за несчастный случай, — подытожил Рэм.
— Я — за несчастную любовь, — с улыбкой возразил Ченич.
— То есть? — не понял Рэм.
— Думаю, у официанта есть девушка, — пояснил юрист. — Допустим, такая же нервная, как твоя Галка. Он ей даёт от ворот поворот, а она ему — подсовывает палёный баллончик, чтобы траванул клиентов и с треском вылетел со службы.
— А где она баллончик взяла?
— Не знаю, но я написал начальнику службы охраны. И попросил осмотреть баллончики — есть ли на них метки, повреждения.
— И что? — Рэм так и подскочил.
— Вот, смотри. — Юрист показал Рэму сообщение с логотипом службы охраны. — «Наши» баллончики довольно сильно отличаются от тех, что хранились в шкафу на кухне. Официант хорошо помнит, как открыл шкаф с баллончиками и поставил на поднос парочку крайних. А потом долго ждал, пока повар промаринует и запечёт груши. Баллончики всё это время стояли на подносе. Здесь их и могли подменить, учитывая общий беспорядок на кухне. Но подмена эта кустарная, грубая. Потому я и склоняюсь к версии с женской местью.
— А! — воскликнул Рэм. — Так вот почему вы сегодня утром в ресторан не побоялись идти! Я-то думал, буду вас уговаривать, что спецбраслет всё равно сработает! А вы — прямо-таки с аппетитом!..
— Ты так уверен, что сработает? — лукаво улыбнулся юрист.
— Ага, — кивнул Рэм. — Я поставил специальный режим, чтобы он кровь брал не утром, а в процессе приёма пищи. Это — вообще верняк. Даже если яд неизвестный…
— …То ты отравишься, а я успею спастись? — подхватил Ченич.
— Ну да, — рассмеялся Рэм. — Но суп я на всякий случай есть не стал. В него легче всего что-то подсыпать.
— Ну, ты и ташип! — Ченич не смог удержаться от смеха. — Правильно твой Дерен на тебя ругается! Разве можно так рисковать?
— Ну где они возьмут такой яд, чтобы прямо не определило? — отмахнулся Рэм. — Да я и не боюсь особо. Их же спугнули в кафе, ну кто второй раз на свои же грабли? Это я так, на всякий случай режим поменял на экстренно-медицинский. А вдруг?
Глаза парня светились энтузиазмом. Он был готов ловить отравителей, хотя бы и на живца.
— Так, — сказал юрист, — отбрасывай самодеятельность. Бандиты — это не наш профиль. Да и девять из десяти, что всё это — несчастный случай из-за несчастной любви. Так я и напишу. И показания официанта вполне в тему. Он потому и соврал, что его подружка имеет доступ на кухню. Может, и не зря певец ревновал свою Галку.
— А может, певец сам баллончики подменил, чтобы официанта отшить?