Страница 144 из 158
— Господин Рэйвен, возможно вы не поверите, но ваш заказ и та причёска, которую вы у меня сделали в ваш прошлый визит, перевернули моё понимание своего дела. Мне казалось, за столько лет я знаю всё о ножницах, расчёсках и волосах. Но вы всё изменили. Когда я увидел, как ваша коса падает отрубленная на песок арены, мне было физически больно. Но при этом я безмерно рад, что вы снова пришли ко мне. Увы, я не знаток магии Иллюзии, но если позволите пригласить сюда мою жену…
— Приглашайте.
Цирюльник удалился в глубину своего дома и вернулся меньше чем через минуту. Вернулся не один. С ним вместе в мастерскую зашла немолодая бодрая худощавая женщина, которую парикмахер представил как свою супругу Тхенжин. Было видно, что дама стесняется, но после подбадривающих слов мужа она уселась на табурет напротив меня, закрыла глаза и погрузилась в медитацию.
— Первый вариант. — Обратился к супруге цирюльник, и через несколько секунд в воздухе между нами появилось изображение новой причёски.
Уловив отсутствие заметной заинтересованности с моей стороны, парикмахер тут же приказал:
— Второй вариант.
За вторым последовал третий, затем четвёртый, потом пятый и так далее… Было заметно, что мастер много и долго работал над переосмыслением своей профессии после моего прошлого заказа. Его явно зацепила та моя причёска за живое. Открыла для него новые горизонты, вдохнула свежесть и новизну в профессию, в которой, как ему до этого казалось, он знал всё. Скорее всего он долго обсуждал свой новый взгляд с женой и та помогла ему визуализировать его обновленные мысли.
— Вам ничего не понравилось. — После просмотра девятой иллюзии с грустью и тоской в голосе констатировал мастер. — Я много дней думал, представлял, но всё оказалось не то…
— Не совсем так. — Улыбнулся я. — Да, вы не смогли окончательно перешагнуть свои привычки. — С каждым моим словом плечи цирюльника опускались всё ниже. — Это так, но вы пытались, и это видно.
— Пытался… — Горько рассмеялся мастер. — Как это оби…
— Постойте! — Прерываю я его причитания резким жестом. — Во-первых, новый путь не пройти за один шаг. Во-вторых, первый шаг вы сделали в верном направлении.
— Да?
— Госпожа Тхенжин, вы можете вывести две прически сразу?
— Да. — Голос жены цирюльника сух и безэмоционален, она полностью сосредоточена на медитации визуализации.
— Тогда, если не трудно, выведите сразу первый и пятый варианты.
Минут десять я пояснял, что мне надо, и что я в итоге хочу увидеть. Показывал это на примерах уже разработанных мастером причёсок. Что-то он схватывал сразу, а вот что-то вообще не мог понять и принять:
— Как? Выбрить полосу волос? Начисто? Словно просеку в лесу? И такую тонкую полосу?
Несмотря на потерю косы, я хотел сохранить в своей причёске птичью тему. И через частичное выбривание полос, а также комбинирование данного приёма с небольшими и тонкими косичками, мне показалось, можно получить искомый результат. А те изменения в иллюзии, которые вносила Тхенжин, следуя моим словам, только уверили меня в верном выборе.
— Это необычно! Ещё более смело, чем ваша прошлая прическа! — Когда я добился нужной мне визуализации, цирюльник не менее пяти раз обошёл иллюзию по кругу.
— Справитесь? — С провоцирующей улыбкой спросил я.
— Да. — Мастер даже не обратил внимание на мою усмешку, он уже мысленно был в работе.
От цирюльника я вышел через час. Вышел, получив то, что хотел. Моя причёска напоминала сложенные крылья ворона. Крылья, среди которых можно было разглядеть отдельные «перья». Мастер ножниц и расчёски не взял с меня ни медяка. А когда я уходил, он поклонился мне в пояс и так и стоял, пока я не ушёл. Так он выразил своё уважение и благодарность судьбе, которая свела его с тем, кто вдохнул в него новый интерес к его, казалось бы, изученной вдоль и поперёк, и уже ставшей обыденной, профессии.
— Мастер, — подал голос Аун, как только мы оказались на улице, — как у вас так постоянно получается?
— Получается что?
— Всегда хорошо выглядеть!
— Природный талант и понимание того, что мужчине не зазорно выглядеть хорошо.
Пока мы шли в молчании, серьёзно задумался о том, что следует изучить несколько бытовых заклинаний магий Воды и Воздуха, чтобы ухаживать за своей новой причёской. Впрочем, подобная повседневная магия вообще сильно облегчает жизнь. Особенно жизнь походную. В отличие от боевых техник, изучение бытовой магии никак не ограничивалось, никто не делал из неё никаких секретов, так что мне и правда стоило озаботиться её изучением. Две с половиной моих Звёзд Талантов в Воде и Воздухе для освоения большинства бытовых заклятий было вполне достаточно. Заодно потренирую плетение энергопотоков на отличных от Молнии стихиях, что тоже полезно. Точнее, этим точно надо будет по-любому когда-нибудь заняться, так почему не в ближайшее время?
— Подскажи, магические лавки, с обычными заклинаниями, в Триесе также, как в других старых городах, располагаются на улице за Храмом? — Спрашиваю у паренька, идущего рядом.
— Да, между Домом Гильдии Проходчиков и Храмом эта улица начинается. — Подтверждает мои домыслы Аун.
— Понял. Завтра, после гранд-финала и всех церемоний, загляну туда.
— Кстати! — Внезапно оживился, до этого пребывающий в глубокой задумчивости, мальчишка. — А что вы выбрали в качестве награды за победу на Бронзе?
В ответ я достал из поясного кошеля небольшой деревянный футляр и на ходу открыл его. В обшитом изнутри бархатом футлярчике лежали два хрустальных шарика размером с перепелиное яйцо, и к каждому такому шарику прилагалась стеклянная палочка.
— Это что? — Видимо, Аун впервые видел такую вещь.
— Сигнальный артефакт. Точнее, целых два таких. Увы, одноразовые. Каждый шар образует со своей палочкой связанную пару. Как только палочка ломается, так связанный с ней шар становиться чёрным или красным. Самое интересное, что расстояние, с на которойм срабатывает эта связь, не имеет значения. В пределах Айна, разумеется. Например, если шар будет у меня, а полочка у тебя, то мой шар среагирует на поломку твоей палочки, даже на западном мысе континента.
— Что-то слышал о таком. — Кивнул мальчишка.