Страница 63 из 99
Вместе с вцепившимся в него миконидом, лиломол со всей дури бросился на второго и сбил того с ног. Дальше в ход пошли задние лапы. За пять секунд он превратил соперника в труху на полу. Потом подцепил первого и мощным пинком отправил в воздух. Пока тот летел, нашинковал его аля самурай катаной женский платочек, на показательных выступлениях перед императором.
Я покосился на Найзирию. Хотелось встать и захлопать, но нельзя поперек будущей тещеньки влезать.
Она поймала мой взгляд и улыбнулась краем губ.
— Браво самурскому лиломолу, победителю чудищ! — бросила она в зал. — Сей зверь заслужил наше уважение и королевское расположение!
Все захлопали, завопили, загалдели, а я, извинившись перед царственной семейкой, заторопился вниз. Дайто уже вернулся и стоял внизу арены, наблюдая за последними секундами схватки.
Найзирия неспешно спустилась вниз, ей уступали дорогу и кланялись.
— Хочу поухаживать за лиломолом, — капризно потребовала она, — сиропом напоить. Отвечаешь за процедуру и мою безопасность.
Это даже не вопрос был. Просто отвечаешь за мою безопасность. Перед фактом поставила. Что за существа эти дамочки королевственные. Лиломол её конечно не обидит, но это по его понятиям. Вдруг он вздумает королеву в щеку лизнуть? Язык у него, как я успел убедиться, на кошачий похож, такой же шершавый и щекотный, а на конце он даже разтроенный.
Королева взвизгнет, отпрыгнет, охрана подумает плохое, начнется суматоха. И всё из-за таких спонтанных решений.
— А если он решит вам выказать свое расположение, ваше величество? — вкрадчиво спросил я. — Лиломол так-то для этого лапку поднимает, но, если вы ему сильно понравитесь, может и лизнуть. В щечку. Он же не знает, что вы замужем.
— Вот и скажи ему, — потребовала Найзирия, — чтобы целоваться не лез.
Лиломол почуявший сироп, уже терся рядом, умильно вереща на своем «где моя награда, готов за неё целоваться!».
Женщины, дети и звери. Иногда мне кажется, когда они чего-то хотят, то глупеют одинаково.
— Нельзя целоваться, — строго сказал я лиломолу, наливая ему в миску сиропа, — прямо вот ваще нельзя! Перед тобой её величество ослепительная Найзирия Роштийская! Выпей сиропа и просто скажи спасибо.
Лиломол забавно поднял лапу, словно клянясь, что не станет домогаться поцелуями, и я смирился. Будь что будет, не убьют же его за один невинный слюнявчик.
Найзирия взяла миску двумя руками и поднесла его лиломолу. Тот жадно припал к ней, замелькал его коротенький разтроенный язык и Найзирия даже дернулась от неожиданности.
Всё обошлось, хотя лиломол после сиропа захотел проверить: не завалялось ли у королевы еще чего вкусного в платье. Морду свою просунул к телу королеву, шаловливо нацелившись на её пышную грудь, но я мужественно заслонил Найзирию своим телом.
— Это что такое? — строго вопросил я мерзавца. — Что за игрища такие творцепротивные? Ты мне что обещал? Не видать тебе свободы и второй бутылки сиропа с таким подходом к своему слову.
Он заскрипел смешливо, запрыгал на месте, довольно чирикая. Этакий здоровый воробей-переросток с пилами в лапах.
— Мы выражаем своё удовольствие королевскому наместнику Самура Джерку Хиллу, — громко сказала Найзирия. — Ждем с отчетом во дворце, по окончании миссии возвращения лиломола в свою естественную среду обитания.
— Мы тоже довольны, — веско провозгласила Аиша, а мне тихо шепнула, под восторженный гул народа, — не опаздывай на танцы и покажешь потом, как лиломол целуется. Я не всё поняла.
Хотелось предупредить её, что она сильно рискует: ведь Большой Взрыв из-за моих поцелуев с одной богиней случился. Только не поймет еще шутку, приревнует, объяснения затянутся.
Королевственная семейка упорхнула, народ постоял, поглядел на ужимки довольного лиломола. Тот, впрочем, недолго скакал: принялся пожирать ужаснокрыс, а это немного не то зрелище, на которое можно спокойно смотреть.
В общем все рассосались: остались Дайто, я и Гушми Идририя, рабочие и хозяин балагана у которого я потребовал повозку. Предстояло вывезти в ближайший лесок славного монстроборца и, напоив сиропом, отпустить с миром.