Страница 23 из 173
— Старшина! — позвал Шихов. — Берите рацию.
8
Люся лежала на снегу, расслабив все тело и не спуская глаз с неприступно суровой Клавы. А та облизывала потрескавшиеся губы и не решалась подать команду к движению. Идти осталось совсем немного. Последний крутой скат. Дальше знакомая лыжня. Но и силы иссякли. Даже здоровяк Вася лежит неподвижно, с закрытыми глазами. Саня не дотянул до привала, свалился метрах в пятидесяти от остальных.
Люся прислушалась. Голос! Она с усилием села. Над кручей появилась голова. Еще одна.
Помощь!
Дальше все шло как в тяжелом и мучительно долгом полусне. Какие-то люди завладели лодочкой. Потом ступеньки. Бесконечно много рыхлых, поддающихся под ногой ступенек. И наконец лыжня! А внизу тягач с санями. Радостные лица… Сознание выделило голос отца: «Молодцы, ребята! Молодцы!», стоящий вдалеке вертолет (быстро он прилетел!), обжигающее распухшие губы какао и прикосновение теплых рук врача.
— …У одного парня обморожены пальцы ног, — донесся до Люси его голос. — Есть ознобленные…
Сильные руки подсадили Люсю в кузов саней. Приятная теплота нагретых одеял окутала продрогшее тело.
«Молодцы-ребята» съежились под одеялами, заснули. Сани покачивались на ухабах, и тогда Буркова звучно стукалась теменем о борт саней. Люся хотела поддержать голову Клавы, придвинула к ней плечо и заснула.
Крестовников открыл глаза. Первое, что он ощутил, — странно тяжелую ногу. С трудом дотянулся он рукой до туго забинтованной лодыжки и подумал вслух:
— Крепко же я спал!
— И крепко, и долго, — произнес в стороне знакомый голос.
В углу поднялась со стула женская фигура в белом халате.
Люся! Крестовников увидел бледное лицо девушки, темные тени под глазами. Откуда у нее столько сил?
— Все входит в нормальное русло, — успокоила его Люся. — Вертолет готов. Скоро вылетите в райцентр. А там Москва, университет…
— Никуда я не полечу, — перебил ее Крестовников, даже не спросив, когда появился в поселке вертолет, откуда.
— Нельзя. — Люся говорила тоном старшей. — Нельзя не лететь.
— Не полечу. — Крестовников неприязненно покосился на выпирающую под одеялом бугром ногу, потом осмотрел незнакомую комнату, белую тумбочку у кровати, застекленный шкаф, марлевые занавески на окнах. — Что с ногой?
— Ничего серьезного, — ответила Люся. — Вывих.
— А намотали на нее!..
— Вы долго оставались без помощи, — сказала Люся. — Это ухудшило травму.
Крестовников лежал на спине, не отрывал неподвижного взгляда от беленого потолка. Низкое солнце отпечатало на нем оконные переплеты. Что это? Восход? Не может быть. Закат? Сколько же времени он тогда проспал?
— Могу я повидать Самохина? — отрывисто спросил Крестовников.
— Он несколько раз справлялся по телефону, не проснулись ли вы, — ответила Люся.
— Сообщите, пожалуйста, что я проснулся и очень хочу видеть его. — Крестовников по-прежнему не отрывал взгляда от потолка. — Мне необходимо повидать его.
Люся, мягко ступая узорчатыми меховыми туфлями, вышла из комнаты.
Крестовников и сам не понимал, зачем ему понадобился Самохин. Начальник комбината ничего не мог изменить в его положении. Насторожило Крестовникова услышанное о вертолете. Улететь из поселка? Нет, нет. Это невозможно. На планшете были помечены еще две точки, где предполагался сход лавин. Надо проверить. Быть может, потерянное на Кекуре удастся в какой-то мере компенсировать. Не возвращаться же в Москву с пустыми руками!
Он потянулся к лежащей на тумбочке полевой сумке. Острая боль в лодыжке отбросила его обратно на постель. Нога!..
Крестовников услышал приближающиеся по коридору шаги. Торопливо поправил подушку. Лег поудобнее. Хотелось, чтобы Самохин увидел его уверенным, готовым действовать, бороться.
В комнату вошли трое. Полный мужчина с глубокими залысинами над высоким гладким лбом размашисто протянул больному руку.
— Заместитель председателя облисполкома Медведев, — представился он и показал на стоящего за ним старичка: — Главный инженер ОКСа Мелентьев.
— Как чувствуете себя? — осведомился маленький сухонький Мелентьев.
— Так он вам и скажет, как себя чувствует! — усмехнулся Медведев.
По тону, каким это было сказано, Крестовников понял, что о нем уже говорили, и вопросительно посмотрел на присевшего в стороне Самохина.
— Главное… здоровье! — Мелентьев поправил пенсне и назидательно поднял тонкий указательный палец. — Главное!
— В альпинисты пока не гожусь, — прикрылся шуткой Крестовников. Интерес посетителей к его здоровью он воспринял как подготовку к разговору об эвакуации.
— Стоит ли разводить дипломатию с человеком, который схватил черта за рога и отделался легким испугом? — вмешался Самохин.
— Вот это верно! — Медведев опустился на стул рядом с койкой. — Будем говорить прямо.
— Только прямо, — насторожился Крестовников.
— Областной исполком имеет к вам серьезную претензию. — Медведев грузно оперся ладонями о колени. — Очень серьезную! Вы следили за Кекуром и забыли о том, что в области есть и другие лавиноопасные места.
— Они не угрожали ни населенным пунктам, ни промышленным объектам, — возразил Крестовников.
— Вы в этом уверены? — спросил Медведев и, не дожидаясь ответа, продолжал: — В шестидесяти километрах отсюда лавина ударила по мосту. Третьи сутки дорога закрыта.
— Где это? — оживился Крестовников. Он достал из полевой сумки планшет и даже не вспомнил о больной ноге. — Где?
— У впадения Тулвы в Суру.
Крестовников жадно всмотрелся в карту. У слияния Тулвн и Суры стоял знакомый значок — лавинная угроза. Поминал ли он об этом месте на кафедре?..
— Вы все внимание отдали комбинату, — продолжал Медведев. — И сейчас прилетели сюда, минуя область.
— Спешил, — не отрываясь от карты, бросил Крестовников. — У меня были на это серьезные основания.
— Хорошо, что командующий проинформировал нас о вашем появлении, — сказал Медведев.
— В свое время я предлагал… — Крестовников не закончил фразу и посмотрел на Мелентьева.
— Не с теми людьми говорили, — отрезал Медведев и тут же с подкупающей откровенностью признался! — Да и мы недооценивали лавинную угрозу. А теперь подсчитали, что выгоднее десятки лет тратиться на противолавинный прогноз и защиту, чем один раз попасть под удар. Вот мы и хотим договориться с вами на будущее. За год-два вы соберете у нас такой материал, что ваш Фалин растеряет весь свой скептицизм.
Крестовников оглянулся и увидел быстро отвернувшуюся Люсю. Вспомнились слова Самохина: «Схватил черта за рога». Люсины слова. Она передала ночной разговор отцу, тот Медведеву.
— В своих проектах вы замахнулись на тысячи километров, — продолжал Медведев. — На таком просторе есть где разгуляться не только вашей мысли, но и возражениям скептиков. Да и сама мысль может сбиться с правильного пути, если ее не ввести в русло практических дел.
— А если точнее? — спросил Крестовников и опустил планшет.
— Создайте станцию противолавинного прогноза в наших горах, — предложил Медведев. — Приполярная область чуть меньше Англии и Ирландии, вместе взятых. Вы вели наблюдение из Москвы за тремя горными районами. Начните с одного — с нашего. Накопите практический опыт. Разберитесь в нем. Наконец, если вы научитесь видеть дальше и сможете давать лавинный прогноз на Тянь-Шань… — Он заметил протестующее движение Крестовникова и повторил: — Допустим такую смелую мысль: вы дали обстоятельно обоснованный прогноз для далеких от нас горных районов… Очень хорошо! Мы не страдаем местничеством. Поработайте в наших горах. А сделаете что-то сверх нужд области — прекрасно! Все пойдет в общегосударственную копилку.
— Мне трудно ответить сразу… — сказал Крестовников.
— А мы и не будем ждать ответа, сидя у вашей постели, — остановил его Медведев. — Продумайте, как сделать, чтобы и станция была, и вам не расставаться с университетом. Ведь не хочется бросать преподавание, студентов?