Страница 23 из 136
Поэтому я коснулся кисета и вбил в мостовую флаг, окружая себя непрозрачным куполом. Буркнул Аледо:
— Отвернись.
Спустя десять вдохов я убрал флаг и показался толпе в белом халате.
Аледо кивнула:
— А в этом вам лучше, старший. Только вы же говорили, что на рукаве у каждого орденца должна быть цветная полоса, а у вас её нет, только чёрный узор.
Я хмыкнул:
— На самом деле полоса есть. Она белая, — подняв голову, я спросил у попечителя. — Так лучше?
Он помолчал, оглядывая меня сверху вниз, с высоты своего роста, а затем поджал губы и процедил:
— Хорошая попытка, управитель дознания, кто бы ты ни был, но нет. Покрой верный, верна и вязь узора на рукавах, — по его губам скользнула злая усмешка. — Вот только материал подвёл. Такой в Ордене не делают, а значит, ты местный самозванец.
— Самозванец?
Я опустил голову к Аледо, которая и протянула эти слова. Спросил:
— А ты кому поверишь?
Она несколько вдохов внимательно на меня глядела, а затем выдохнула:
— Вам, старший.
Я довольно кивнул, а вот попечитель лишь фыркнул:
— Трогательно, но для меня это ничего не меняет. Давай разойдёмся мирно, неуважаемый. Я забуду, что ты выдаёшь себя за управителя моего Ордена, ты забудешь, что хотел от нас что-то получить. Иначе...
Я вздохнул:
— Возможно, ты мне не поверишь, но я сильней тебя, поэтому будь вежливей.
Он лишь повёл рукой:
— Это ничего не значит. В Ордене никогда не было трусов.
Я понял, о чём он говорит. Никакого сигнала я не заметил, но все служители уже соскочили с телег и растягивались полукругом, да и послушники за их спиной подозрительно напряглись. Надеется, что грубой мощи и количества хватит? Ну, если бы я был Мастером шестой или седьмой звезды, который тратит все свои силы на то, чтобы духовной силой задавить трёх чуть более слабых противников, этого, конечно же, хватило бы. На самозванца. Но я же не самозванец и не Мастер.
Задумчиво протянул:
— Ты не веришь, что я из Ордена, но с халатом угадал. Он не был сделан в Ордене Небесного Меча — это память о землях одной далёкой фракции и сделан именно там. Как же мне доказать тебе, что я из Ордена?
Это и впрямь задача. Если в Ордене и были какие-то жетоны, то я никогда о них не слышал и не видел. Ну, кроме жетонов внешних учеников. Есть, конечно, ещё один способ, из записей мастера Указов Жуков. Но его следовало использовать сразу, да и не хочется мне к нему прибегать. Я, если честно, и не готов. Просто не помню дословно вязь символов.
Служитель покачал головой:
— Мне ничего доказывать не нужно. Пока ты ещё не упал без сил, перестань давить на моих людей и спокойно уходи, Орден не будет преследовать тебя.
Я, пропустив его предложение мимо ушей, протянул, наконец, вспомнив, какое отделение обозначали серой полосой:
— Ты из отделения торговли, верно? А я из отделения Академии и мы никогда не пересекались, но не слышать об Академии ты не мог, так ведь?
Попечитель с удивлением переспросил:
— Академии? Дознаватель?
Я же продолжил вести свою мысль:
— Главой Академии является комтур Шандри. Его заместитель Ксилим. Учителя Изар, Рамас, Ертий, Помот, Джанит и прочие. Часть из них погибла не так давно в проишествии перед Диким Временем, например, уважаемый учитель Урик, возглавлявший Павильон Меча Академии. Этого достаточно?
— Я мало что знаю об Академии, — попечитель нахмурился. — Конечно, я знаю его главу Шандри, но об остальных...
Я хмыкнул:
— Тогда мы в равном положении, верно? Потому что я, просидев на горе Меча, тоже мало что знаю о твоём отделении торговли.
Попечитель пробормотал себе под нос:
— Ну, не имя же магистра мне спрашивать?
Я едва сдержался, чтобы не хмыкнуть снова. А вот это, кстати, могло бы стать ещё одним камнем на чашу за самозванца и обернуть против меня попечителя. Просто потому, что я, к своему стыду, пробыв в стенах Академии больше года, так и не узнал имя магистра. Его всегда в разговорах именовали просто магистром и всё.
Да и вообще, я уже слишком устал от всего этого и решил раз и навсегда оборвать всякие сомнения в своём происхождении. Я улыбнулся и обратился к попечителю духовной речью.
«А этого будет достаточно для доказательства того, что я тебя не обманываю?»
Попечитель вздрогнул, глаза его расширились, в буквальном смысле вылезая на лоб. Я хмыкнул:
«Вряд ли Предводителю Воинов нужно выдавать себя за другого в таком мелком деле, как спор с купцом об утерянном товаре, верно?»
Попечитель медленно кивнул, а затем спохватился и согнулся передо мной в приветствии идущих:
— Старший! — на миг вскинул голову, обернувшись и резанув подчинённых взглядом. — Живо! Приветствуйте нашего старшего!
Спустя вдох весь полукруг служителей в синих одеяниях, только что готовых напасть на меня, согнулся передо мной в приветствии идущих:
— Старший!
Я тут же освободил от своего давления двух служителей за спиной. Те тоже поторопились согнуться в поклоне.
Толпа вокруг загомонила с новой силой, озадаченная таким резким поворотом. Вот эти орденцы готовы накостылять тому, что в белом, а вот они уже кланяются ему же.
Попечитель медленно разогнулся и осторожно поинтересовался:
— Старший, как вас зовут? Я... — он обернулся, смерив толпу недовольным взглядом, понизил тон. — Я не слышал о том, чтобы... — в этот миг его взгляд наткнулся на распластанного под нашими ногами мордатого купца и он скривился.
Но я отлично понял его вопрос и порадовался, что с самого начала решил использовать своё орденское имя, а не выдумывать что-то иное:
— Римило.
— Римило? — попечитель перекатил моё имя на языке. — Что-то знакомое, старший, я... — внезапно его глаза расширились, и он выдохнул. — Академия? Мясник Римило?
Аледо тут же вцепилась в это и переспросила:
— Мясник Римило? Что значит это прозвище, старший?
— Ничего, — я с досадой выдохнул. — Просто глупое прозвище, которое я получил от испуганных людей.
Попечитель оглядел меня:
— Старший, но ваша сила...
— Мне пришлось покинуть на время Академию, — я мягко улыбнулся. — И мне сопутствовала удача.
— Конечно, старший, — попечитель ответил мне такой же улыбкой.
Гомон толпы перекрыл требовательный рык:
— Что здесь происходит?
Я повернул голову, обнаружив, что на площади появились те, о ком я и думать уже позабыл. Стражники города. Интересно, они прибежали на выплеск волны поиска из моего артефакта или на шум посреди рынка?
Два десятка Воинов в лёгких доспехах и два Мастера. Один послабей держался позади, другой посильней стоял впереди и кричал. И при этом глядел только на попечителя.
Моя улыбка стала лишь шире. Никто не видел во мне скрытой силы, все считали лишь слабым идущим. Интересно даже, сколько звёзд бы мне дал этот стражник. И какого этапа? Может, все и вовсе принимают меня за Воина? Да нет, вряд ли.
Из толпы выскочил один из зевак, скользнул к стражнику и быстро, захлёбываясь, заговорил. Тот кивнул раз, другой, перевёл взгляд сначала на валяющегося купца, а затем и на меня. А после и вовсе шагнул вперёд:
— Что здесь происходит, орденцы?
Правда, в этот раз он не орал, перекрывая галдёж толпы, да и смотрел только на меня. Ответил же ему попечитель:
— Уважаемый, у нас возник спор с нанимателем, — в голосе попечителя прорезался яд. — Мы доставили товар в указанное место, но оказалось, что в вашем городе две лавки с одинаковым названием и мы, конечно же, доставили не туда.
Стражник кивнул:
— Вашу сторону, орденцы, я услышал, хотелось бы услышать сторону уважаемого купца. Освободите его от давления духовной силы.