Страница 67 из 137
Крик отчаяния замер в горле Дженны вместе с последним вздохом. Сознание её помутилось. Мир окутали сумерки. И во тьме наёмница увидела каналы жизненной силы, размеренно пульсирующие в теле её врага. Это была мощная система без единого изъяна и признака болезни. Разрушить её было невозможно…
Не в силах больше сопротивляться, наёмница обмякла. Сознание покинуло её.
Находясь между сном и явью, Дженна вновь увидела горы. С оглушительным грохотом пламя рвалось из их недр и взмывало к небесам бурными потоками огня. Огонь выл песнь силы. Он был так жарок и так прекрасен…
Он дремал и грезил снами Сии. Он внимал великой музыке творения и любовался танцем жизни. Перед его глазами проносились времена и эпохи, рождались и погибали целые виды, расы и цивилизации. В этом едином круговороте витали он вновь обретал покой, и силы его — не только физические, но и душевные — восстанавливались наилучшим образом. Наилучшим — и всё же не до конца.
Странник дремал и грезил снами своих братьев и сестёр — тех, кого он знал, и тех, кого не увидит никогда. Он созерцал парящих в небесах драконов, фениксов, гарцующих среди изумрудных лесов единорогов, крадущихся в тенях лис, волков и других древних созданий. Он любовался хранителями — и вдруг среди них он различил
Он распахнул глаза, не веря видению. Неужели Дженна пробудилась?
Девушка очнулась в тишине. Лишь ветер шуршал сухими травами и ласково перебирал локоны её волос. Пахло гарью и жареным мясом.
Она была одна. Шаркани пропали. Только Задира, пытавшийся её спасти, так и остался лежать там, где упал.
Дженна оттолкнула сжимавшие её пальцы. С трудом, но они поддались. Рука великанши потемнела. Кожа на ней высохла, сморщилась и крошилась от прикосновения. Её обладательница была мертва. Она раскинулась на земле, словно страшное горелое чучело.
Тело самой наёмницы было черно от копоти. Жар, терзавший её, немного успокоился. Во рту пересохло, сердце бешено колотилось. А мир вокруг всё не переставал кружиться, будто она напилась крепкого вина.
Пошатываясь, Дженна поднялась на ноги и, не понимая, что и зачем она делает, направилась к ближайшим скалам. Между камней бежал ручей. Там она упала на колени, жадно прильнула к воде и пила, казалось, целую вечность. Утолив жажду, девушка нашла среди скальных складок самое прохладное место. Забравшись в расщелину, она свернулась клубочком и уснула.
Когда она снова проснулась, солнце уже поднималось над горизонтом, разлив над бурыми просторами долины мягкий свет. Должно быть, после встречи с великаншей прошли вечер и ночь. Птенцы вернулись. Они стрекотали, кричали и пищали на разные лады. На этот раз мелодия их песен звенела торжеством.
Выбравшись из расщелины, девушка увидела жуткую сцену пира. Драконы пожирали великаншу. Они обгладывали её руки и ноги, не трогая чрево и голову. Наёмница облегчённо вздохнула — птенцов было четверо.
Девушка приблизилась к драконам, а они подняли головы и возбуждённо захлопали крыльями. Задира и Золотинка первыми оторвались от трапезы и побежали к ней навстречу. На радостях чуть не сбив Дженну с ног, они положили головы ей на плечи и закопались носами в её всклокоченные волосы.
Остальные птенцы, Гора и Тихоня, подошли к ней. Желая прикоснуться к её разгорячённой, напоенной запахами камня коже, они толкались и шутя отпихивали друг друга. Дженна гладила их по очереди, произнося ласковые слова и выговаривая за порванное платье.
Платье она смогла починить, благо нитки и иглу всегда носила при себе: никогда не знаешь, не придётся ли зашивать одежду или рану. Хотя юбки и стали короче, в целом им удалось вернуть приличный вид и даже сохранить несколько карманов.
Что же касалось их содержимого, то бесценный запас сладких орехов и сухофруктов пропал. Шаркани съели всё подчистую, погрызли даже костяной гребень для волос! Не тронули они только мешочки с солью и пряными специями.
Не меньше её беспокоила беззащитность птенцов. Всё это время они вместе охотились на мелких животных, и на большее шаркани способны не были! Дженна не знала, стало ли это следствием её близости — ведь дети берут пример с родителей, а она, несомненно, являлась их лидером — или же это естественное состояние всех детёнышей? Обладая силой, скоростью, смертоносными когтями и зубами, при нападении врага они оказались даже беззащитнее, чем она!
Трох боялся, что птенцы шаркани проявят опасную кровожадность. Ах, лучше б так оно и было! Пока что они демонстрировали лишь щенячью нежность, шкодливость да вопиющую трусость… Наёмница очень переживала, как же она оставит этих глупышей одних, когда они доберутся до Зумрут? Что если там не будет взрослых драконов, которые примут птенцов как своих?
Погружённая в мрачные размышления, Дженна тщательно изучила труп, но снова пришла к неутешительному выводу. Девушку окружали загадки! Она смутно помнила, что произошло перед тем, как потеряла сознание. Она не понимала, что произошло и почему великанша сгорела. Поэтому она поднялась на ноги, вздохнула и просто отправилась дальше.
Видение оказалось обманным. Дженна не вспомнила себя. По крайней мере, не полностью. Её тело проявило свою силу, столкнувшись с невесть как забредшей в эти края самкой великанов. Немногочисленное их племя до сих пор обитало у берегов Спящего моря. Возможно, женщина была изгнана сородичами. «Зимы всё дольше, а лета — холоднее», — вспомнил странник слова мороя.
Судя по поведению Дженны, всё случившееся сильно озадачило её. Прежде чем тронуться в путь, девушка ещё долго рассматривала убитую великаншу. Она пристально изучила мёртвое тело со всех сторон, шумно вздыхая, ругаясь и стуча себя по голове, очевидно, рассчитывая, что это поможет мыслительному процессу.
Дженна даже попыталась разрезать труп! Хотя вскрыть грудную клетку наёмнице не хватило сил, мужчина оценил попытку и отметил, что её любознательность весьма достойна уважения.
Когда же девушка и её питомцы, наконец, скрылись за холмами, странник приблизился к трупу. Настала его пора удивляться. Мужчине не нужно было делать вскрытие, чтобы понять — великаншу погубил жар. Подобную картину, как на физическом, так и на тонком плане, он наблюдал множество раз. Обугливание кожи и перегрев чаще всего приводили к болевому шоку, спазму жизненных каналов, отёку лёгких и удушью.