Проклятие черного единорога. Часть вторая

Впереди плато было точно раздроблено в крошку. Вокруг образовавшейся ямы из сложенных пирамидками камней торчали древки знамён. Некоторые из них были сломаны. Кое-где изорванные флаги просто переложили камнями. Ветер сердито трепал разноцветные полотнища.

Фрумос Копак и наёмница подошли ближе. Посол остановился у края. Дженна онемела. Яма в диаметре лишь немногим уступала остальному лагерю. Всё её дно покрывали трупы. Лишь очень немногие тела были сложены аккуратными рядами. Остальное походило на груды искорёженного металла и мяса.

— Мы потеряли бо̀льшую часть войска, — вздохнул Фрумос Копак, отмахиваясь от приставучих мух. — Солдат просто размозжило… Всё было в крови…

— Вы хотели сказать, Кривхайн потерял бо̀льшую часть войска, — напомнила Дженна, изо всех сил борясь с тошнотой. Несмотря на прохладную погоду, дух разложения уже витал над мёртвыми телами. — Но почему их до сих пор не похоронили?

— Сложно было разобраться, кто есть кто, как видите, — ответил мужчина. — К тому же кривхайнцы поклоняются Зоару — воину и кузнецу, Отцу металла и огня. Согласно их традициям, тела убитых должны быть преданы не земле или камню, а огню. И для этого нужно много древесины…

— И за ней они, конечно же, направились в леса Каахьеля, — прошептала Дженна, вспомнив стук топоров. — Навстречу диким зверям и волколакам… — она усмехнулась. — А вы и правда смелы, посол, если до сих пор не сбежали. Как только солдаты натолкнутся на нечисть, сказка про «земли Гиатайна» превратиться в ваш смертный приговор.

— Ваша сказка, леди Дженна, вам нравится больше? — лукаво прищурился мужчина.

— Все мои сказки основаны на правдивых событиях, — холодно ответила наёмница. — Я не искажаю действительность. И я не понимаю, зачем это вам?

— …Вы когда-нибудь наблюдали стихийное бедствие, леди Дженна? — спросил мужчина, проигнорировав её замечание. — Лесной пожар, землетрясение, ураган? Вы видели, как погибают деревни, целые города? Вы теряли близких, родителей, детей? — он поморщился. — Мою семью погубил шаркани. Милая Флари, сын и две девочки… Они просто гуляли в лесу…

Фрумос Копак испытывающе взглянул на девушку. В его тёмных глазах она прочитала уверенность. Он и вправду верил в то, что говорил. Возможно, он убедил разум, но не сердце, и от того голос его звучал до отвращения фальшиво. Не было у него ни жены Флари, ни детей, которым он даже не удосужился придумать имена. Дженна стиснула зубы. Её чутьё лисы-наёмницы било тревогу.

— Шаркани — это стихийное бедствие! — продолжал посол. — Это сила, от которой невозможно защититься. Но, как показывает опыт, её можно уничтожить… — он мечтательно улыбнулся, взглянув на небо. — Знаете, милая, я свято верю в то, что когда-нибудь люди получат контроль над силами природы. Не будет более ни землетрясений, ни ураганов. Мы осушим болота, вырубим леса, расширим сельские угодья и возведём огромные города. Никакие чудовища больше не посмеют угрожать нашим детям… Ну а пока я сделаю всё возможное, чтобы расправиться хотя бы с родом шаркани, — мужчина доверительно взглянул на девушку. — Так скажите, леди Дженна, поможете ли вы мне на этом славном пути?

— О, это ещё одна ваша сказка, — мрачно усмехнулась наёмница. — Хотите, я расскажу вам, чем она закончится? Желая счастья и процветания только для своих детей, вы забываете, что дети есть у лесов и болот. Добывая своё счастье с помощью меча и топора, за счёт чужого горя, в конце концов, вы останетесь совсем одни. И тогда уж ненавидеть будет некого, кроме самих себя. Вы никогда не подчините природу, но сломаете её! Не останется больше ни лесов, ни болот, у вас не будет даже дня и ночи… А у ваших детей — будущего.

Посол Гиатайна одарил собеседницу снисходительной улыбкой:

— А у вас настоящий дар придумывать сказки.

Дженна промолчала. Сейчас она жалела о том, что не обладает даром показывать сказки. В некоторой степени она могла повлиять на души слушателей своими песнями, но сейчас этого было бы мало, да и голос её подводил… А что сказал бы Фрумос Копак, увидев её родной мир? Отказался бы он от «славного» пути или…

Где-то глубоко в её душе взвыл серый волк. Старый больной волк, уверенный в том, что людей нужно уничтожить. Ибо лишь смерть утолит их аппетиты. Зуб за зуб. Уничтожение против уничтожения!

— Боюсь, господин посол, мне пора продолжить свой путь, — сказала Дженна.

— Как печально это слышать, — вздохнул мужчина. — Мне казалось, что вы умнее. Разве вы не поняли, что выбора у нас нет? Своей волей или по принуждению, вам придётся мне помочь, — он усмехнулся и крикнул: — Взять её!

Девушка не стала сопротивляться. С самого начала она не желала оставлять этим людям какой бы то ни было выбор. Пока солдаты связывали ей руки, Дженна стояла спокойная, точно мраморное изваяние. Она лишь сложила кисти особым образом так, чтобы в дальнейшем ей было легче высвободиться. Чем меньше борьбы, тем слабее будут путы.

— У вас ничего не выйдет, — честно предупредила девушка. — Драконы — не единороги. Согласно сказаниям, им нужны принцессы, а я…

Она запнулась, вспомнив слова Беловой: «Представь, если бы ты могла поменяться местами с Дженной — королевой-воительницей». «Королевой» — но прежде, чем стать королевой, она должна быть принцессой, верно? Что если это было сказано не в переносном смысле, а в самом что ни на есть прямом?

— Вот и поглядим, правдивы ли сказания, — невозмутимо ответил Фрумос Копак. — В любом случае, драконам нужна пища, не так ли? — он отвернулся. — Прощайте, леди…

— Мы ещё встретимся, посол… — прошептала ему вслед сумеречная лиса.

Созданные вулканической природой каменные колонны искрились металлическим блеском. Дженна никогда не видела подобного камня, но она ясно ощущала, что мост этот пережил не одно землетрясение, а возведён был далеко не человеческими усилиями. Широкое полотно из шестиугольных плит могло бы вместить целый отряд.

Конвой следовал за наёмницей на расстоянии. Они связали ей руки, а к талии прикрепили верёвку-поводок. Острия их копий были направлены ей в спину.

Девушка достигла середины моста. Здесь парапет был изломан, и открывался устрашающий вид на бледно-бирюзовые воды. После пребывания в лагере запах Смрадной реки теперь показался Дженне не таким уж гадким. Один из солдат прикрикнул, и девушка перевела взгляд на берег.