Проклятие черного единорога. Часть вторая

11 Тонкие сферы

— Ты говорила, что веришь мне…

Дженна едва различила голос учителя, хотя они и сидели близко друг к другу. Слова прошелестели, как сухие листья, рассыпались и, подхваченные сквозняком, затерялись в глубинах пещеры Звёзд. Где-то там в темноте бил источник живой воды. Но девушка не слышала его музыки за тягучей песней, которую нашёптывала у неё внутри мёртвая вода.

Чародейка плотнее закуталась в шерстяной плащ. Её лихорадило.

— Я не могла дышать, — тихо проговорила она, глядя во мрак. — Я вдохнула Ваш огонь и…

— Ты начала думать, Дженна, — покачал головой маг. — Твой ум тебя вновь запутал. Ты забыла, что есть разница между витали и обыкновенным огнём. Ты не вдохнула пламя — ты поймала мою магию и могла использовать её против меня. Ты могла преобразовать мою атаку в свою силу, что и требовалось… И ты почти сделала это, но…

— Но я не поверила Вам, — повторила Дженна.

— Почему? — Сайрон посмотрел на неё.

В его обсидиановых глазах, таких чёрных, что невозможно было разглядеть зрачков, чародейка вдруг увидела боль. Ей стало стыдно. Ей захотелось спорить, ругать себя, обнять его — сделать хоть что-то, чтобы вернуть нечто важное, чтобы вновь увидеть улыбку на его губах.

— Я не знаю, — тихо сказала она. — Мне было страшно.

— Ты запаниковала.

— Да, я забыла все правила и признаю ошибку, — шмыгнув носом, произнесла Дженна. — …Цѐлую кучу ошибок.

— Признавать ошибки, — прошептал Сайрон, — это то, чему мы учимся всю жизнь…

Воцарилось долгое молчание. Дженна зачарованно следила за тем, как мужчина что-то вычерчивал перед собой. Его пальцы скользили по воздуху, и иногда на их кончиках зажигались искры. Мелодия живой воды как будто зазвучала громче. Стало теплее.

— Когда я говорила, что верю Вам, — всхлипнула девушка, — я не обманывала… Честно-честно! Это вышло неосознанно, случайно… Просто я, — она запнулась, — я слишком привыкла не верить… Понимаете? В детстве со мной никто не дружил, но однажды появился человек… мужчина. Ему было интересно слушать мои придуманные истории. И я доверяла ему свои секреты. А потом, — Дженна горько усмехнулась, — он решил убить меня…

— Сколько лет тебе было? — маг оторвался от занятия, взглянув на ученицу.

— Двенадцать… Почти что тринадцать, — ответила она.

— Двенадцать, — повторил Сайрон. — Расскажешь, что случилось?

— Не хочу вспоминать всё это, но… тогда я впервые убила, — сдавленно произнесла Дженна. — Я убила единственного друга, чтобы он не убил меня. — Сайрон молчал, и девушка продолжила: — Поймите, мне сложно доверять… особенно мужчинам…

— Ты рассказывала, что твой первый наставник бросил тебя в Чернолесье, — припомнил маг.

— Да… — Дженна горько усмехнулась. — Из-за моей силы…

— Эта сила влияет на окружающих тебя существ куда больше, чем ты думаешь, — кивнул Сайрон. — И сейчас она возросла…

— Значит, всё станет ещё хуже? — спросила ученица.

— Какая же ты глупенькая… — вздохнул мужчина.

Дженна сердито фыркнула. А маг вдруг обнял её за плечи одной рукой, так что сердце девушки подпрыгнуло.

— Что ты чувствуешь? — спросил он. — Когда мы разговариваем, когда я прикасаюсь к тебе?

— Я… — Дженна зажмурилась. — Мне хорошо… Мне… вкусно.

— Хм, это странное определение… — в низком голосе Сайрона промелькнуло удивление. — Но верное. Запомни: Диву вкусно, твоему учителю было вкусно, возможно, и твоему другу детства — тоже… Им всем вкусно. Поначалу, — он отнял руку и отстранился. — Но люди и им подобные — не Див. Наши помощники питаются магией и накапливают её, чтобы в крайнем случае вернуть силу нам… А люди… Люди желают лишь обладать. И через некоторое время им становится мало. Раньше или позже, но это происходит всегда. Они хотят всё больше и больше, даже если и не могут усвоить эту пищу…

— Как кадаверы? — ахнула Дженна.

Сайрон ухмыльнулся:

— Кадаверы просто жрут. А людей наша сила способна изменить… И чаще — не в лучшую сторону. Вскоре им начинает казаться, что они сильнее, умнее, значимее. Затем люди осознают болезненность этой связи, и чувство привязанности начинает причинять им неудобство. Люди думают, что это не дружба или любовь, но мерзкое колдовство, которое наложили помимо их воли… И чем мощнее был обмен витали, тем сильнее становится их ненависть! Во всех мирах случаются вспышки насилия над чародеями и колдунами… Как правило, они следуют за расцветом магии. Даже в благословлённой витали Сии я наблюдал подобное… — Сайрон с нежностью взглянул на Дженну. Младшая сестрёнка. Как сильно он сам привязался к ней. — Знаешь, ты гораздо талантливее многих моих учеников, но… и беспокоюсь я за тебя больше, чем за всех них вместе взятых. Возможно, от того, что мелодия твоей души напоминает мне…

— Что? — нетерпеливо произнесла девушка.

— Впервые я попал в Сию, откликнувшись на зов. Не знаю, кем была та хранительница и откуда она знала имя, данное мне при рождении… Мне удалось услышать лишь затухание её мелодии, — мужчина стиснул зубы. — Я не успел помочь! Её сожгли. А толпа рукоплескала, радовалась…

— В Энсолорадо сожгли хранительницу? — ужаснулась девушка. — Настоящую хранительницу Сии?

— Это произошло в королевстве Агару, что лежало когда-то на Южном материке, между Джаэрубом и Калосом — ответил маг. — Позже в стране разразилась эпидемия. Жители покинули её… а те, кто не успели, погибли от огня, который был призван уничтожить болезнь… — произнёс он с видимым усилием. — Говорят, в своё время Агару была сильной державой, но настоящим рассадником ненависти к чародеям и заслужила свою участь…

Дженна сморщила лицо от огорчения, глубоко задумавшись над чем-то.

— Ясно. Мне понадобятся такие же «виталинепроницаемые» перчатки и плащ, как у Вас, — наконец, тихо произнесла она.

— Не помешают… — согласился Сайрон.

— Никогда в жизни больше ни к кому не прикоснусь… — тихо прошипела ученица.

— Кратковременные связи со смертными безопасны и могут принести пользу обеим сторонам, — заметил учитель. — Кай Двейг тебе подходит. Он приучен к общению с огненной витали…